Темногорск
Шрифт:
Теперь провидец решил переиграть судьбу. Переезд в новую квартиру, двери, запертые заклинаниями, – все это было частью дерзкого плана, в этом уже сомневаться не приходилось. Но всего этого слишком мало, чтобы иначе переплести десятки, а может быть, и сотни нитей. Интуиция подсказывала Юлу: старший брат будет рисковать. Вопрос лишь в том, что именно отчаянный игрок готов был поставить на карту.
И что Стен может поставить в игре с Судьбой против жизни сына и младшего брата?
После
В квартире было три комнаты и кухня. Окон же всего семь. Четыре окна выходили на площадь. Здесь Стен повесил виниловые жалюзи. Но все равно юный чародей на всякий случай заговорил стекла на на полную непрозрачность.
– Ну, все, теперь без нужного заклинания никто из этой квартиры не выйдет, даже тараканы убежать не смогут, если они имеются.
– Надеюсь, канализацию не заблокировал? – усмехнулся Алексей.
– Унитаз работает. Так что дерьмо можно сливать. На вход заговорил, но избирательно. От лихих людей и комаров. Ну, все (повтор), я свободен?
Стен отрицательно покачал головой:
– Еще одно дело.
– Так и знал! От тебя по-быстрому не отвяжешься! А я думал, мы с тобой сейчас шампанского разопьем за успех предприятия. Ты шампанское купил?
– Ожерелье можешь сделать? – спросил Стен, не обращая внимания на шутовской тон брата.
– Что? Ожерелье? Водную нить? Ты серьезно?
Алексей кивнул.
– И для кого нужно ожерелье? – спросил Юл тихо. Шутить у него сразу пропала охота.
– Я спрашиваю: можешь или нет?
Юный чародей глянул исподлобья.
– В принципе могу. Только еще ни разу не пробовал. Не знаю даже, получится или нет. Так кому понадобилось водное ожерелье?
– Мне.
Юл опешил. Старший брат свое ожерелье получил от профессора Гамаюнова. И уж сколько с ним намучился… Проклятая удавка чуть-чуть его не угробила.
– Второе ожерелье. Зачем? – растерянно спросил мальчишка.
Стен не ответил.
Знает ли Алексей, о чем просит? Знает, конечно. Провидец рассчитал все ходы. Вот только что должно получиться в результате этих сложных комбинаций – неизвестно.
Юл попробовал возразить:
– Слушай, Стен…
– Романа здесь нет. Действовать надо срочно. Сейчас. Сию минуту, – отрезал Алексей. – Другого шанса ни у меня, ни у тебя не будет.
– Ну, заклинания в принципе я знаю… – юный чародей как будто споткнулся, выжидательно посмотрел на брата. – Нет, ты послушай! Все не так просто. Ты уже наделен и одарен. Что даст тебе мое ожерелье?
– Возможность менять будущее.
– Каким образом?
Стен не ответил.
«Что же ему нужно? Два ожерелья… две разные нити… объемное зрение… Два разных варианта будущего?»
Алексей снял очки, и тут Юл увидел, что изнутри стекла черные, будто закопченные. Не простые, значит, стекла в очках – из колдовского льда. А оправа наверняка из настоящего золота.
– Романова работа? – спросил мальчишка, кивая на зажатые в пальцах очки.
– Что? – Алексей не сразу понял, о чем речь, потом, сообразив, кивнул.
– Ты с их помощью прозреваешь, так? – продолжал допытываться чародей.
– Ну…
– Опасность с их помощью увидел?
– Они только улучшают зрение… то, что я не мог прежде во всех подробностях разглядеть, теперь отчетливо вижу. Несколько связанных друг с другом событий проносятся перед глазами одно за другим. Я могу отследить всю цепь.
– Когда Роман тебе сделал очки? Зимой, во время приезда в Темногорск? После Нового года? – не отставал Юл.
– Какая разница?
– Ну, в принципе… – мальчишка тряхнул головой. – Для меня никакой. А вот ты, твои предвидения теперь наверняка на судьбу Романа влияют. И на Темногорск.
– На всех влияют, – сказал Алексей.
«Две водные нити, две версии у провидца… альтернатива… выбор… весь вопрос, что выбрать… и кого… чью жизнь… за кого отдать… не провидец – вершитель», – все эти мысли пронеслись в голове юного чародея разом.
– А ты не рехнешься от обязанности все время что-то решать? Учти – это ведь навсегда! Волшебное ожерелье – неснимаемо.
– Я знаю.
– Нити разные, от разных дарителей, колдовской шок может быть… – продолжал предостерегать Юл.
– У меня выбора нет.
«Он к Роману не пошел, потому как Роман послал бы его на хрен. Да еще бы колдовской запрет наложил на подобные фокусы!»
И будто со стороны услышал юный Цезарь свой голос:
– Хорошо, я сделаю тебе ожерелье.
Уступил, и время ускорило бег, понеслось.
“Возврата нет”, – явилась откуда-то мысль, похожая на припев, и даже музыкальная фраза, то ли услышанная прежде, то ли новоявленная, зазвучала. Юл почти догадался, откуда это все: из Лешкиной головы.