Темное зеркало
Шрифт:
И хоть она знала, что не могла вернуть старую жизнь, принятие магии шло против всего, чем ее учили шестнадцать лет жизни. Эмоции кипели, она встала и подошла ближе к другим ученикам.
Несколько девушек были теми, кто сидел с Элспет в трапезной, но двух она не узнала. Судя по их одежде, они были из деревни. Одна напоминала сестру Джека Рейнфорда. Тори узнала несколько парней из Лэкленда, она видела, как они играли, сквозь бреши в стене.
Юноши и девушки возрастом от тринадцати до двадцати. Они учились и работали как равные. Это касалось и двух учителей.
Это
Глубоко вдохнув, она приняла то, что леди Виктории больше не было. Смерть старого я ранила, но теперь Тори могла стать той, кем хотела. Это восхищало и тревожило.
Смех донесся из одного из кругов учеников. Темноволосый парень поднял голову, и она пересеклась взглядом с Аллардом, наследником герцога Вестовера. Тори потрясенно вдохнула. Он точно терял больше всех тут!
Энергия гудела между ними как задетая струна арфы. Его серые глаза были дымом и магией.
Он отвернулся, и она поняла, что и он ощутил ту энергию. И ему не понравилось.
Тори приняла решение. Если маркиз Аллард рисковал титулом и имуществом ради страны, могла рискнуть и она.
Хотя бы попробовать.
ГЛАВА 13
Приняв решение, Тори села на краю группы мисс Уитон. Учительница улыбнулась, увидев Тори в круге.
— Полагаю, у нас новый Нерегуляр?
Все в обеих группах посмотрели на Тори. Она покраснела.
— Да, мисс Уитон. Я хочу помочь хоть чем-то.
Учительница улыбнулась шире.
— Поприветствуем Викторию Мансфилд.
От твердых стен отразились аплодисменты. Джек Рейнфорд крикнул:
— Время чаепития! Нужно отпраздновать появление нового члена.
— Еще нет, — твердо сказала мисс Уитон. — Тренируйтесь, пока я поговорю с Викторией, — она оставила группу, отвела Викторию в тот же угол, где они говорили раньше. — На уроках в Лэкленде я говорю, как управлять магией, чтобы запереть ее. Теперь пора немного поговорить о теории магии, — сказала учительница. — Ты знаешь упражнения, в которых я учу представлять силу, связанную серебряными нитями?
Тори кивнула.
— Это кажется просто. Я думала, будут заклинания или зелья.
— Магия идет из разума, хочешь ты ее подавить или развить. Некоторые маги используют чары и ритуалы, потому что это помогает им сосредоточить силу и волю, но английские традиции учат визуализации. Представь желаемый результат, а потом направь силу в эту картинку.
— Так я парю! — воскликнула Тори. — Думаю о подъеме, и он происходит. Я не понимала, что делала это правильно.
— У тебя хорошие инстинкты, — ответила мисс Уитон. — Мы любим говорить, что сила следует мысли. Чем умнее и сильнее твои мысли, тем быстрее и лучше будет результат.
— Я узнала об этом, когда впервые стукнулась головой о потолок!
— Шишка на голове стоит часа лекций по теории, — сказала учительница с улыбкой. — В этой комнате нет двух магов с одинаковыми силами. Ты научишься использовать свои
— Так с погодой и Джеком Рейнфордом?
— Точно. Любой маг может научиться двигать облако или поднять ветер, но редкие могут создать или подвинуть бурю. Джек лучший у нас, и мы продумываем техники, чтобы дать ему больше сил, когда ему нужно.
— Я могу хотя бы это, — Тори нахмурилась. — Мисс Уитон, у меня есть вопрос. Почему аристократы так презирают магию, а простолюдины принимают ее?
— Говорят, магия злая, постыдная или обманывающая, — учительница хмуро смотрела на свои сцепленные руки. — Но я думаю, что настоящая причина в том, что, чтобы стать магом, нужно родиться с талантом и долго трудиться, чтобы разить его. Деньги не могут купить талант. Богатые и властные люди злятся, что не могут получить себе эту силу. Раз они не могут купить талант, а могут лишь нанять, они осуждают магию.
— И если аристократы говорят своим детям, что магия плохая, дети вырастают, презирая магию, и передают это своим детям, — сказала Тори. — А те, кто хочет себе жизнь лучше, подражают аристократам, потому тоже презирают магию.
— Всегда есть те, кто думает по-своему, просто их мало, — мисс Уитон указала на людей в комнате. — Многие принимают то, что им говорят, не думая об этом. Идти против ветра непросто. Но порой это необходимо.
— А если французы не станут нападать?
— Нерегуляры все равно научатся новому здесь. Никому не нужно использовать магию, если он этого не хочет, но хорошо иметь выбор, — мисс Уитон встала. — Время последнего упражнения на ночь, единого круга. Мы держимся за руки и делимся силой. Так мы ищем гармонию и учимся работать вместе. Обычно мы используем энергию, чтобы начать нагревать воду для чая, — она хлопнула в ладоши. — Время круга!
С шорохом стульев ученики встали и собрались в круг в открытой части комнаты. Тори робко прошла туда, Элспет взяла ее за руку.
— Ощущаться будет странно, словно в тебе звучат все ноты камерного квартета. Со временем ты сможешь узнавать всех в круге по вкусу их энергии.
Джей Рейнфорд взял Тори за правую руку, его ладонь была теплой и сильной.
— После этого мы выпьем чай с песочным печеньем, которое сделала мама одной из учениц из деревни. Некоторые Нерегуляры приходят сюда только из-за ее выпечки.
Стараясь не показывать смущения от прикосновения Джека, Тори спросила:
— Никто ведь не сможет прочесть мои мысли?
Элспет рассмеялась.
— Нет, ты будешь одной из многих нот в симфонии Нерегуляров. Будет заметно, если кто-то расстроен, но тут нет тех, кто читает мысли. Просто закрой глаза и медленно дыши. Ты ощутишь Джека и меня сильнее всего, потому что мы держимся за руки.
Как только все соединились, включая учителей, мистер Стефенс сказал:
— Начнем-м-м-м, — последнее слово перешло в гул.