Темное зеркало
Шрифт:
— Я — Виктория Мансфилд, мисс Маклин. Мне сказали, что вы хотите меня видеть.
Мисс Маклин поджала губы, глядя на Тори.
— Многие девушки, которые приходят сюда, обладают некими умениями леди, как музыка, рисование акварелью и вышивание, но не знают научные предметы. Вы учили географию? Литературу? Математику?
— Да, мисс Маклин, — Тори подавляла отвращение к женщине. — Мой отец считал, что девушки должны быть образованными, так что у нас была хорошая гувернантка.
Мисс Маклин это не
Злясь еще сильнее, мисс Маклин заговорила на французском, спросила, знает ли Тори язык. Как многие дети аристократов, Тори рано стала учить французский, и ее учитель был рожден в Париже.
— Oui, мадемуазель Маклин.
После нескольких минут разговора мисс Маклин сухо сказала:
— У вас сносный французский. Говорите на итальянском? — Тори покачала головой, учительница сказала. — Вытяните руки ладонями вверх.
Тори послушно протянула руки. Учительница подняла медную указку и ударила по ладоням Тори.
— Зачем вы это сделали? — охнула Тори, смаргивая слезы.
— Вы наглая, мисс Мансфилд, — заявила радостно учительница. — Наглая и гордая. Девушки, как вы, думают, что ваше происхождение защитит вас от неприятностей. В мире снаружи, может, это и так, но не в аббатстве. Ваша семья отослала вас сюда, потому что вы осквернены магией, и долг школы — сделать все необходимое, чтобы вы подходили обществу.
Тори смотрела на ладони, где появлялись следы указки.
— Но я не…
Мисс Маклин заставила ее замолчать, ударив указкой по пальцам Тори.
— Довольно, мисс Мансфилд! — зарычала учительница. — Не огрызайтесь!
Ладони пылали, Тори отпрянула от стола и врезалась в дверь. Она хотела ударить в ответ, но мисс Маклин того и добивалась. Учительница искала повод причинить боль.
Подавляя гнев, Тори пролепетала:
— Я… запомню, мисс Маклин. Вы хотите проверить меня по другим предметам?
Учительница была недовольна таким робким ответом. Она подняла перо и написала несколько строк на клочке бумаги. Отдав его Тори, она сказала:
— Это ваши уроки. Вам лучше потрудиться. Для простой и проклятой магией девушки быть гувернанткой в неплохой семье — верх ожиданий.
Даже жизнь гувернантки была лучше этой ужасной школы. Тори с трудом держала себя в руках, она сказала:
— Хорошего вам дня, мисс Маклин.
Она выбежала в коридор, ладони болели так, что едва удалось сжать ручку двери. Тори хотела убежать, но врезалась в другого человека. Она не успела отпрянуть, тихий голос сказал:
— Пройдемте в мой кабинет, мисс Мансфилд.
Тори сморгнула слезы и увидела мисс Уитон, учительницу, которая осматривала ее вчера. Хоть она
Тори с опаской прошла в кабинет мисс Уитон. Комната была маленькой, но уютной. Красивые картины цветов на стенах, потертый, но яркий ковер на полу, небольшой стеллаж, полный книг.
Мисс Уитон хмуро посмотрела на следы указки.
— Ваши руки, должно быть, болят.
— Я лишь ответила на вопросы мисс Маклин, — Тори старалась прогнать дрожь из голоса. — Я пыталась показать ей, что послушная, что не буду устраивать проблемы, но она ударила меня указкой. Д-дважды.
— Ученики Лэкленда привыкли к богатству и привилегиям, порой им нужно напоминать о переменах, — сказала мисс Уитон без эмоций. — Некоторые учителя усиленно подчеркивают это.
— Они хотят сломать нас, как лошадей, — с горечью сказала Тори.
— Не все согласны с таким подходом, — мисс Уитон нежно обхватила ладони Тори. — Давайте я помогу убрать боль.
Тори скривилась, а учительница осторожно выпрямила ее опухающие пальцы. Тори подавила скуление. Мисс Уитон двигала ладонью в воздухе над рукой Тори.
— К счастью, кости не сломаны.
— Эта жуткая женщина еще и кости ломает? — охнула Тори, забыв, что не стоит критиковать учителя перед другой учительницей.
— Порой, когда девочка хорошо справляется с ее проверкой. Наверное, считает, что хорошее образование вызывает гордость, — мисс Уитон прижала ладони к правой руке Тори. — Я попробую помочь.
Тепло заполнило ладонь и пальцы Тори. Через пару минут Тори воскликнула:
— Боль уходит! Вы, наверное, целитель.
Мисс Уитон кивнула и взяла левую ладонь Тори.
— Вне Лэкленда я могу больше, но и тут у меня остается немного силы.
— Учеников часто бьют? — с опаской спросила Тори. Хоть порой ее наказывали в детстве, позже родители не видели в этом необходимости.
— Мальчиков, но девочек — редко, — ответила мисс Уитон. — Я не одобряю, но во всех школах мальчиков разрешено бить тростью.
— Брат рассказывал, что в Итоне ученикам говорили, что трость закаляет характер. Наверное, потому девочек и бьют меньше, нам такой сильный характер не нужен.
— Так говорят мужчины, не зная женщин, — рассмеялась мисс Уитон, выглядя младше и милее. — Туман рассеялся, я отведу вас в деревню для оценивания магии.
— Из Лэкленда? — взбодрилась Тори. Она вытерла лицо, надеясь, что следов слез не осталось. — Это было бы хорошо.
Увидев жест Тори, мисс Уитон сказала:
— Я одолжу вам шаль и шляпку, чтобы вам не нужно было возвращаться в комнату.
Мисс Уитон была такой хорошей! Тори словно говорила с сестрой. Но при этом у мисс Уитон была власть над девочками Лэкленда.