Темное влечение

Грант Донна

— Я люблю Кэсси, — повторил Хэл. — И никуда не отпущу. Она моя судьба, часть моей

жизни.

Кон смерил его тяжелым взглядом черных глаз.

— Допустим, свои чувства к смертной ты доказал. Теперь ее очередь.

Хэл сумел не показать тревоги. Кэсси — сильная женщина, но хватит ли ей стойкости

принять известие о том, что ее мужчина — Король Драконов?

— В свое время я все ей расскажу. А пока она покажет, чего стоит.

— Нет, — низким и звучным

голосом поставил точку в дискуссии Кон.

Хэл шагнул вперед и бросил в лицо другу и повелителю.

— Она моя. Ничто и никто не сможет этого изменить.

— Увидим. Я все расскажу Кэсси сегодня же.

При мысли о том, что Кон сделает все возможное, чтобы напугать и оттолкнуть Кэсси, Хэл

почувствовал ярость, переходящую в безумие.

— Черт подери, нет!

— Я твой Король.

— Сейчас мне на это плевать, — заявил Хэл, не желая отступаться, хотя после слов Короля

Королей должен был сделать именно это. — Если кто и сообщит обо всем Кэсси, это буду я.

Имею на это право.

Кон оскалился.

— Я пытаюсь защитить тебя, идиот!

Но Хэл стоял на своем. И ждал, сознавая, что битва близка.

— Прекрати, Хэл, — с угрозой произнес Кон. В его глазах вспыхнула сила Повелителя

Драконов.

— Если сменишь гнев на милость.

— Никогда.

Этого Хэлу оказалось достаточно. Он кинулся на Кона, обхватил поперек пояса и швырнул об

стену. Тот со свистом выдохнул, и звук вызвал у Хэла усмешку, порожденную чувством

глубокого удовлетворения. Но в следующее мгновение он уже валялся на спине.

Прищурившись, горец успел заметить, как стремительно рванулся к нему Кон, с губ которого

сорвался боевой клич. И сумел откатиться и вскочить на ноги, прежде чем получил от своего

Короля кулаком в грудь.

Воспользовавшись секундным промедлением, Хэл ударил Кона ногой в подбородок. Тот

отлетел, и Хэл не упустил преимущества. Он бросился на Кона, но промахнулся на пару

дюймов, на сей раз уже Повелитель Драконов откатился в сторону. Хэл попытался восстановить

равновесие, но Король Королей ударил его в спину, прижав лицом к каменному полу. Однако

горец не сдавался. Он взревел, и, откинув голову назад, повторно угодил Кону в подбородок.

Противник ослабил захват, Хэл освободился. Он поднялся и уже собрался было снова

броситься в бой, когда краем глаза заметил какое-то движение.

***

Кэсси на миг ошеломила жестокость, которую она вдруг почувствовала в своем

возлюбленном и незнакомце, с которым тот сражался. Ни милосердия, ни пощады. Мужчины

бились насмерть. Но стоять и наблюдать за этим

смертоубийством девушка не собиралась.

Она вырвалась из рук Гая и помчалась вперед, к Хэлу, в залитую светом многочисленных

настенных факелов пещеру. А противники уже снова бросились друг на друга. Кэсси окликнула

Хэла по имени, но поняла, что едва ли сможет достучаться до него сквозь пелену ярости. Тогда

девушка преградила ему путь и, положив руку горцу на грудь, снова позвала, задыхаясь от

стремительного бега.

— Хэл...

Он остановился как вкопанный и устремил взгляд на любимую.

А Кэсси через плечо оглянулась на второго участника поединка. Тот тоже остановился, но

исходящие от этого человека волны насилия и жестокости невозможно было не почувствовать.

— Перестаньте! — закричала она незнакомцу, потом обернулась уже к Хэлу. — Немедленно

прекратите! Вы же убьете друг друга.

Хэл нахмурился и сжал ее руки.

— Кэсси, тебе лучше уйти. Я должен разобраться с этим делом.

— Нет. Если вы сражаетесь из-за меня, то я того не стою. Эти люди — твоя семья.

Немедленно прекрати драку!

— Кэсси... — вымолвил Хэл и прикрыл глаза. Грудь горца тяжело вздымалась.

Девушка сморгнула слезы и повернулась к Кону.

— Знаю, что не нравлюсь вам, да это и не удивительно. Я здесь чужая. И переживу ваше

неодобрение. Но разве чувства Хэла совсем не имеют значения? Если вы действительно семья, то должны принять ту, кого он выбрал, и порадоваться за него. И неважно, буду это я или другая

женщина.

Повисла гробовая тишина. Кэсси сглотнула комок в горле и уронила руку, покоившуюся на

груди Хэла, хотя больше всего на свете ей хотелось обнять его и прижать к себе. Они с Дэном

никогда не дрались. Могло ли быть иначе, коль скоро брат с сестрой лишь изредка

разговаривали и жили порознь?

Но девушке мучительно больно было видеть, как Хэл идет против родных. Сколь сильно

Кэсси ни желала встать со своим мужчиной плечом к плечу и потребовать, чтобы его

родственнички проваливали, она никогда не поступила бы так с любимым.

Потому что совершенно точно знала, каково это — остаться в одиночестве.

— Такого я не ожидал, — раздался позади низкий холодный голос.

Кэсси оглянулась. Золотистыми волосами этот человек напоминал серфера. Зато глаза

оказались совершенно черными. Девушка смотрела в них и словно видела свое отражение в

старинном зеркале, пережившем не одно тысячелетие.

Хэл на мгновение сжал ее руку, потом резко отпустил.