Темное сердце
Шрифт:
Игорь пытался сосредоточиться на более насущных вопросах. Мальчишка ему нравился характером и своей странной, редкой для современной молодежи правильностью. Потерять юного оборотня казалось непоправимой ошибкой, и поэтому священник изо всех сил всматривался в ауру Александра, стараясь не упустить нужный момент. Была еще одна причина столь пристального внимания, но расчетам мастера-лекаря «чертей» он не слишком доверял. Чересчур фантастические выводы напрашивались из заумных формул Жени-Василька.
— Глупости всякие! — вполголоса фыркнул священник и осторожно скосил взгляд на своих помощников — не услыхали ли? Все было
Отец Илларион перевел взгляд на разлегшегося на травке оборотня. При всей его рассудительности Саше были не чужды «тимуровские» порывы и юношеская импульсивность.
Игорь улыбнулся. Похоже, в этот раз Макаров перехитрил сам себя. Не следовало подталкивать паренька такими грубыми методами. Ладно хоть помочь разрешил. Впрочем, даже в случае запрета Александр не остался бы без присмотра. Если абстрагироваться от эмоций, на пареньке было слишком много всего завязано.
Закончив молитву, отец Илларион отошел в сторону деревьев и присел в тени. Тень да прохладный ветерок — только они помогали спасаться от изнурительного августовского солнца. Конец месяца выдался удивительно жарким.
Судя по пульсации ауры, Стальнов был единственным, кого не трогала жара. Транс глубоко затянул оборотня, и ощущения тела не пробивались сквозь барьер.
С тех пор как Саша улегся на траву с закрытыми глазами, прошло почти два часа. Ровное дыхание, мерная пульсация энергетики — все указывало на крепкий сон. Будет обидно, если оборотень действительно заснул. Игорь запретил помощникам вмешиваться, хотя сам наблюдал за подопечным со смешанными чувствами. Усталость последних дней и накопившееся раздражение подталкивали к необдуманным действиям. Откровенно говоря, священник порядком устал и уже намеревался вмешаться, когда «дыхание» щита вдруг изменилось.
Что-то шелохнулось внутри, но полной уверенности не было. Вскочив на ноги, священник крикнул:
— Движение! Было?!
Вопрос всколыхнул застывшие в напряжении фигуры. Подумав, каждый из них отрицательно качнул головой. Все это время троица перегоняла силу закладного креста в сферу удержания, стремясь предупредить удар вырвавшегося на волю смерча. С противником такого уровня предосторожность нелишняя. Позволить демону сделать первый ход, и второй может не понадобиться.
Отец Илларион почти успокоился. Может, померещилось, но полной уверенности не было. У работы с заемной энергетикой высших уровней были свои особенности. Поток обжигал магические рецепторы, искажал восприятие и снижал чувствительность. Именно по этой причине священник не стоял в кольце, а потому лишь он мог полностью доверять своим чувствам. Если Сашка пробился внутрь, события не заставят долго ждать.
Опытный сверх не торопился, прекрасно понимая, чем может обернуться спешка. Прикрыв
— Держать! Не дайте ему вырваться!
Святого отца ударило головой о торчащий из земли корень, а потому он не сразу сориентировался в ситуации. На волю никто не рвался.
Сфера дрожала под градом ударов, но как раз ударами-то они и не были. Сырая, неоформленная мощь била из тела Стальнова во все стороны. Бесцельно и бесконтрольно. В ней сплеталась воедино сила смерча, обжигающее пламя огненного элемента и непоколебимое дыхание праящера. Последнее с такой ясностью отдавало земной стихией, что на зубах, казалось, хрустел песок. Никто не рвался наружу, но кольцо медленно прогибалось, а крест едва не в голос стонал, выдавая намоленное прихожанами. Границы сферы прогибались, но служители Церкви держали источники Стальнова железной хваткой. Они защищали свои жизни, понимая, что удар вряд ли дойдет до монастыря, а вот сам холм снесет до основания вместе с присутствующими. Отцу Иллариону потребовалось несколько мгновений, чтобы очистить разум и, мысленно вклинившись в кольцо, перехватить управление. Отточенные действия принесли мгновенный результат: вихляющая сфера вздрогнула и, будто устыдившись своей слабости, сдавила, сжала напиравшую изнутри мощь. Бесконтрольный фонтан энергии не мог противостоять четким, до миллиметра отточенным действиям Игоря. Как раз тот случай, когда разум и контроль играли главную роль.
Что бы ни говорили злопыхатели, а церковный иерарх никогда не был заурядным бумажным червем. Опыт полевой работы позволил святому отцу не только вовремя отреагировать на угрозу, но и предугадать последствия. Пульсация внутри сферы росла циклически. Спасти помощников удалось в последнюю секунду. Вбросив всю силу креста до последней капли, Игорь расширил сферу до максимума, снижая давление внутри и расшвыривая охранников по сторонам. Он успел в последний момент.
Сфера вздохнула… и начала рваться.
Сознание церковников выбило как пробку из шампанского, а летящие прочь тела рвануло обратно. Безвольные, они зависли в воздухе, содрогаясь под воздействием двух практически равных сил.
Вменяемым оставался лишь отец Илларион. Ему было некогда изумляться водовороту бушующей стихии, с равным успехом поглощавшей энергию и живую материю. От напряжения во рту крошились зубы. Игорь изо всех сил старался не потерять сознание, потому что понимал — без его руководства сфера мгновенно истает.
Провал втянет все вокруг.
Уже сейчас внутри сферы пластами отрывало землю. Буйство продолжалось секунд тридцать, но святому отцу показалось, что прошла целая вечность. Когда напор начал ослабевать, Игорь попытался пробиться сквозь завесу пыли. До умопомрачения напрягал зрение, силясь разглядеть Стальнова. А когда увидел — едва не упустил контроль над силой.
В воздухе над холмом висела радужная призма. В ней, как в кривом зеркале, отражалась то ли огромная пещера, то ли древний разрушенный храм. Изображение было нечетким и подергивалось от соприкосновения реальностей.