Темное сердце
Шрифт:
Вот уже полчаса мы сидели за столом и под неспешный разговор пытались выведать подробности жизни Розалии Ивановны. В ответ на мое удостоверение женщина только усмехнулась и пояснила, что давно ждет визита нашей братии.
— Я ведь и не скрываюсь. Врачую потихоньку, зла никому не делаю. — Бабуся снова прикинулась простушкой. — Травки, корешки завариваю. Ничего необычного, еще моя прабабка этим промышляла, когда об ужастях всяческих и слыхом не слыхивали.
Бабка говорила правду, но при этом безбожно ее искажала. В сравнении с Женькой, ее лекарское искусство больше напоминало знахарство — сплошь пестики-тычинки да травки-корешки.
Там где Женя выкладывалась по полной, стремясь сковать и усмирить мой разбушевавшийся организм, пряный напиток Розалии Ивановны действовал тоньше и эффективней. И дело тут не в принципиально ином подходе к медицине. По сути, на наших глазах зарождалась новая отрасль промышленности. Магическая химия? Алхимия? Еще с порога я обратил внимание на расставленные по полкам хрустальные друзы и аккуратно подписанные образцы минералов. Внушительный книжный шкаф не смог вместить всю библиотеку запасливой знахарки, и хаотично разбросанные книги занимали большую часть комнатушки. Рабочий беспорядок бросался в глаза. Судя по обилию материалов, интересы местной ворожеи не ограничивались одними растениями. Я впервые сталкивался со столь основательным подходом и немного завидовал. На исследовательскую работу такого уровня моего терпения точно не хватало.
Бабуля оказалась уникумом в своей области. На протяжении всей беседы Игорь профессионально обходил скользкую тему, но я достаточно обтерся в организации, чтобы домыслить сказанное между строк. Таких людей искали по всему миру, но встречались они крайне редко. Изменившийся мир охотней плодил воинов и убийц, нежели исследователей. Возможно, он мог просто давать людям то, чего они подсознательно желали, но факт оставался фактом. Если в европейских государствах статистика прогнозировала рост боевых, жадных до действия профессий, то Азия традиционно выдавала на гора мыслителей и кудесников от магии. Египет и Южная Африка плодили мастеров проклятий и черных заклинателей, отчего тамошние страны медленно погружались в анархию. Россия традиционно вмещала все и вся.
Игорь не скрывал причин нашего появления, и Роза Ивановна откровенно рассказывала про свою работу, стремясь отвести подозрения в жертвоприношениях. Как по мне, при таких способностях ей было необязательно заниматься кровавой ерундой, но окончательное решение будут принимать вышестоящие инстанции. В квартире хватало чернушной литературы, но обоснование звучало вполне логично. Знахарка искала способы противодействия насланным болезням. Люди еще только учились сдерживать себя и свои силы, а потому количество случайных проклятий значительно возросло. Эмоционально ругнувшись на дороге, можно было непроизвольно одарить лихача продолжительной икотой, а при соответствующих способностях — и чем-нибудь посерьезней. Что там говорить, бабкины амулеты расходились как горячие пирожки, и со своими проблемами местные теперь шли прямиком к бабе Розе.
Разговор затянулся на несколько часов, и я начал в нетерпении поглядывать на часы — опаздывать на первую тренировку не хотелось.
— Игорь, я пойду потихоньку, а вы тут заканчивайте. Лады?
— Давай, а то Макаров взбеленится, — делано равнодушно ответил
Не стоило забывать, что Церковь для нас — основной конкурент в плане кадров. Среди прихожан магов хватало, а вот сами попы быстро теряли возможность творить заклинания. Наука травницы будет для них большим искушением. Боюсь, делиться с «чертями» они не захотят.
Кстати, парни, с которыми у нас возник небольшой конфликт, приезжали именно по этой причине. Вот уже неделю один из высокопоставленных чиновников не давал старушке прохода. Ушлый делюга оценил все плюсы ценного приобретения и, не задумываясь, натравил свою команду. Играючи справляясь с болезнями и проклятиями, Розалия Ивановна спасовала перед законником. Что ни говори, а долгая жизнь в Советском Союзе выработала у пожилых людей определенные стереотипы, вследствие чего им было сложней перестроиться на новую волну.
Одни умники кругом. Тот же Игорь недаром так аккуратно вел разговор, искусно обходя любые перспективы сотрудничества. И настенные часы сверлил взглядом не реже моего. Жук! Ждал, пока я уйду, чтобы начать агитацию. Ладно-ладно!
Не стоило сбрасывать со счетов обходительность священника, но Роза Ивановна не производила впечатления религиозного человека и позволяла себе весьма ироничные замечания в сторону моего напарника. Вряд ли ее прельстит душная, заставленная методичками келья. Бабка — практик, это видно хотя бы по тому, с какой охотой она лечила соседей. И пусть право первого хода контора упустила, я полагал, что от нашего предложения травница не сможет отказаться. Место преподавателя в Высшей школе магии — такого козыря за церковниками не наблюдалось. Оставалось только грамотно преподнести все это в красивой завернутой упаковке. И я знал, кто мог это сделать лучше других.
Спускаясь по ступенькам, я на ходу достал мобильный телефон и набрал номер. Женька отозвалась почти мгновенно:
— Привет, чешуя. Как ты?
— Нормально. Я по делу. Сильно занята?
— Смертельно! Первый выходной за два месяца. С девчонками за город собралась. На пикник! И если какой-нибудь смертник только попытается…
Судя по тому, что голос мастера-координатора поддержали восторженным ревом еще минимум пятеро, скучать она точно не собиралась. Планы пришлось менять на ходу.
— Жень, вы еще одного пассажира не прихватите?
— Тебя, что ли? — удивилась Василек. — Ты ж на тренировке должен быть.
— Не меня. Слушай…
Я в двух словах обрисовал ситуацию. Все-таки приятно работать с умным человеком, Женька сумела ухватить всю соль из моего рассказа и мгновенно перестроилась на рабочие рельсы. Двигаясь к выходу со двора и краем глаза наблюдая, как эвакуатор примеряется к развороченному внедорожнику, я обрисовывал свои идеи по поводу вербовки нового преподавателя в Вышку.
— Бабка веселая и неглупая. С удовольствием косит под дурочку, так что вам будет о чем поговорить.
Я не удержался от крошечной шпильки. Мысль, что наши отправляются развлекаться за город без меня, не давала покоя.
— Хамло ты, Стальнов! — В Женькином голосе чувствовалась улыбка, и в долгу она не осталась. — Выздоровеешь — возьму тебя с собой. Покататься.
Вот ехидна! Еще и мысли читает.
— Ладно, отбой. Повеселитесь там как следует.
Боюсь, мне не удалось скрыть легкой зависти пополам с грустью. Выздоровеешь. Это еще когда случится! Да и вообще…