Темное прошлое
Шрифт:
Саманта, пожалуй, согласилась бы с этим и добавила от себя, что он кажется жестким и неумолимым. У него был волевой подбородок, а небольшие уши были прижаты к голове, словно их долго тренировали находиться на своем месте. На губах полковника застыла улыбка, но по глазам можно было ясно прочесть, что он невысоко ставит женщину, которая впадает в панику, оказавшись после заката в лесу.
Саманта поежилась. Ночь в лесу в этой дикой местности. Она осталась жива лишь по счастливой случайности. Гнев вдруг охватил Саманту. Ведь вчера ночью полковник не захотел потратить
– Что ж, – заявила Саманта, уперев руки в бока и оглядывая полковника с ног до головы. – По крайней мере, теперь я понимаю, почему за мной так быстро приехал экипаж.
Полковник и не подумал извиниться за свое неподобающее поведение. Вместо этого он также оглядел Саманту, задержавшись взглядом на кружевных оборках, украшавших лиф и подол платья.
– Странный наряд для гувернантки, – заметил он.
Вчера ночью Саманте не удалось заглянуть ему в глаза, зато сейчас ей представилась такая возможность. Глаза были голубыми, ясными и яркими, но холодными, как лед на зимнем озере, а прямые черные брови придавали лицу угрюмое выражение. Однако перед ней стоял вовсе не пожилой вояка. Полковник Грегори был мужчиной в расцвете сил, настоящим красавцем. И такого, конечно, не впечатлить облаком розового шифона. Неудивительно, что Кларинда предложила ей надеть строгое платье из зеленой саржи.
Эммелин подбежала к отцу и обняла его за ногу.
– Папа…
– Эммелин? – полковник положил ладонь на головку девчушки.
– Мисс Прендрегаст нравится всем. Она так нам сказала.
– Вот как? – полковник удостоил Саманту снисходительным взглядом. – Что ж, надеюсь, и вам она тоже понравится.
– И тебе, папа! Она и тебе понравится!
– Непременно… если у нее имеются подобающие рекомендации и она продемонстрирует, что способна жить в деревне и учить детей должным образом.
Эммелин с сомнением посмотрела на Саманту.
– Лучше уж пусть продемонстрирует…
На секунду глаза полковника расширились, и Саманте показалось, что он вот-вот рассмеется.
Но ничего такого не произошло, и Саманта решила, что ошиблась.
Полковник осторожно оторвал от себя Эммелин и подтолкнул ее в сторону Вивьен.
– Прошу вас следовать за мной, мисс Прендрегаст, – пригласил он.
Полковник и не подумал пропустить ее вперед. Саманте вдруг захотелось громко выругаться. Она едва подавила в себе это желание. Оглянувшись, девушка увидела, что за ней внимательно наблюдают шесть пар глаз. О нет, она не доставит им удовольствия видеть свою слабость и отчаяние.
Полковник спустился по лестнице и направился к широким двойным дверям, ведущим в глубь дома. Они вошли в огромный холл высотой в два этажа. Внушительных размеров колонны служили опорой для открытой галереи, тянувшейся вдоль стен и нависавшей над холлом. Звук шагов гулким эхом разносился по мраморному полу, стены отливали лазурью и золотом, а над головами сверкала тысячью огней хрустальная люстра. В холл выходило несколько дверей. Некоторые были приоткрыты, и Саманта успела различить
Саманта поблагодарила его, интересуясь про себя, всегда ли полковник так вежлив со слугами или же просто решил оценить ее фигуру со всех сторон. Но одного взгляда на его лицо было достаточно, чтобы исключить подобные мысли, – оно выглядело совершенно бесстрастным. Почти безжизненным. Так что неловкость, которую испытывала Саманта, следовало приписать собственному воображению, а не действию его взгляда.
У старых дев всегда богатое воображение. Неужели она уже стала одной из них, и теперь ей вечно будут мерещиться посягательства на ее честь там, где их нет и в помине?
О нет, ей не хотелось даже думать об этом.
– Что-то не так, мисс Прендрегаст? – поинтересовался полковник.
– Нет, сэр, с чего вы взяли?
– Вы вздохнули.
– Нет, я просто любуюсь вашим домом. – Отчасти это была правда.
Саманта ожидала увидеть в кабинете армейскую строгость обстановки, но он оказался выдержан в индийском стиле. Стены и драпировки цвета красного вина и нежных нефритовых оттенков. Ковер ручной работы в той же цветовой гамме покрывал дощатый пол. Обитые плюшем стулья с высокими спинками приглашали присесть рядом с письменным столом черного дерева с резной крышкой.
– Почему вчера ночью вы не сказали мне, кто вы? – перешла в наступление Саманта.
– А с какой целью я должен был это сделать? – полковник возвышался над ней, всем своим видом демонстрируя, кто здесь хозяин.
– Но мне было бы не так страшно, если бы я знала…
– А я хотел, чтобы вам было страшно. Мне не нравится, когда в окрестностях моего поместья бродят подозрительные дамы без сопровождения.
– Одинокие юные леди представляют для вас угрозу?
– Все зависит от того, что у них на уме. – Полковник подошел к письменному столу. – Не соблаговолите ли присесть?
Что ж, новый хозяин уже успел оскорбить ее в первый же день. Саманта, проглотив обиду, присела напротив полковника в одно из кресел.
Полковник остался стоять.
– Должен сказать, мне не понравилось, что в лесу вы приняли меня за разбойника. Вы абсолютно неопытны в подобных делах.
– Ха! – не смогла сдержаться Саманта.
– Прошу прощения, – сказал полковник, иронично поднимая одну бровь. – Я забыл: вы ведь из Лондона, а это очень опасный город. Видимо, у вас есть опыт общения с грабителями.
Но только не в качестве жертвы.
– Нет, сэр, – быстро сказала Саманта.
Полковник удивленно посмотрел на девушку.
– Ну что ж, как скажете. – Он продолжал пристально изучать новую гувернантку, словно перед ним сидела диковинная птица. – Прощаю вам на первый раз. Но в будущем, если вы столкнетесь с разбойником, ни в коем случае не следует сопротивляться. И еще одно – попридержите свой норов.
– Вы хотите сказать, что я должна с улыбкой отдать свой ридикюль любому мужчине, который этого пожелает?