Тёмное пламя

Зима Ольга

— И как они нас находят? — тон моего Дея исключительно деловой, он спрятал эмоции. Следует обдумать ситуацию и выбрать самое выгодное решение. — И почему?

Ворона приближается к волку слева, вынуждая отпустить одно плечо, подстраивается под руку Дея.

— Они нас находят, потому что сейчас, осенью, без отзвуков магии, в пустом от одушевленных существ лесу нас очень легко почуять.

Бранн задумчиво возвращает одну руку на твой пояс, перехватывая поперек спины, и шагает вперед.

Мой

волк, кажется, ему просто так привычно и удобно, пусть ты и можешь теперь идти без подобной поддержки.

Ворона жестикулирует свободной рукой, изредка задевая твои длинные пальцы, расслабленные на его плече, своей изящной кистью. Да, ты помнишь, мой волк — она тонкая, но не слабая.

Сейчас вы оба без перчаток: ты по необходимости, Бранн из вежливости — руки у него подзамерзли. Поправляет твою сползающую ладонь, отвечает:

— Мы оба с тобой, Дей, сейчас светимся на весь лес, мало того, что засыпающий к зиме, так еще и опустошенный магически, — чуть ниже плеча находится пуговица, за которую удобно держаться, стоит опустить длинные пальцы, Бранн же этого вовсе не замечает. — Мы покинули земли, где магия была, успели насытиться ею, напитаться, — перья макушки щекочут твою шею и щеку, это Ворона повернула голову. — И пусть я не колдовал, найти нас можно. Даже еще как.

— Иначе говоря, скрываться смысла не имеет, — подытоживает мой волк, слегка прокручивая в пальцах деревянную пуговицу, как будто отполированную от долгого использования. — А сколько их?

— Да, не имеет, Дей, мы можем идти вперед и подыскивать удобное для встречи место.

Неблагой сбивается с шага. Сквозь тебя снова проходит золотистая согревающая волна, странным образом принося ощущение, что друидов девять, двигаются они правда как стая, подтягиваются с разных сторон — золотые точки горят, отображаясь перед внутренним взором.

Своего рода зрение позволяет моему волку взбодриться, он отвечает себе сам раньше, чем Бранн открывает рот:

— Девять! Их девять! Я видел! — пуговица оставлена без внимания, чтобы хлопнуть Ворону по плечу.

— Интересно. Значит, магия в тебе отзывается, когда ты этого хочешь или не можешь воспрепятствовать…

Голос у Бранна хотя оживившийся, все равно очень спокойный. Он опускает голову к плечу, и ты, мой волк, чувствуешь, что острое ушко дергается.

Мой волк замирает на месте. Обрывает Бранна на полуслове, закрывая ему ладонью рот, жестом побуждая прислушаться. Я прислушиваюсь с моим волком, и теперь ясно: произнесенное заклинание поиска друидами было замечено! Они прибавляют скорость, грозясь догнать моих ши в самое ближайшее время!

Впереди поляна с высоким камнем, даже несколькими камнями. Они стоят друг за другом, опускаясь своеобразной лестницей, если бы нашелся кто-то, желающий прыгать по их верхушкам: расстояние между ними примерно шаг. Поляна явно была местом силы до Проклятья, сейчас верхушки некоторых обелисков обломаны и валяются, оплетенные сухими стеблями плюща, внизу.

И

это хорошее место, чтобы принять бой, только если вы самоубийцы, мой волк! Столько препятствий, могущих отразить что-нибудь куда-нибудь совершенно внезапно! В этих камнях все еще спит сила! Следует поспешить, чтобы оставить их позади, однако наш неблагой нехорошо застывает.

— Дей, похоже, мы пришли, — голос сдавленный, говорит медленнее обычного, видимо, пытается что-то прикинуть. — Придется принять бой тут.

— Это почему? — мой волк удивлен непритворно. — Луг говорит, тут не слишком удобно!

Спасибо за доверие, мой волк.

— Луг не ошибается. Только, боюсь, нас никто не спрашивает.

Бранн все еще говорит сдавленно, и его осанка слишком напряженная для того, кто общается исключительно с другом!

— Как верно! — вклинивается неожиданно новый голос — гнусавый, издевательский, он уверен, что сила именно за ним.

Мой волк! Здесь тоже есть друид! Он сидит на камне, его не было слышно, он не преследовал вас, а заглянуть вперед вы не догадались, не ожидая опасности с этой стороны!

— Давно я не видел таких лакомых кусочков! Не хотите ли прыгнуть мне в тарелку сами? Скоро сюда подойдут мои братья, лучше не доводить до сего! Я обещаю выпить вашу магию почти безболезненно!

И хихиканье у него тоже мерзкое.

Бранн отшатывается, но сзади вспыхивает что-то, напоминающее молнию: неблагого ударяет хлестким концом в спину, Ворона вздрагивает! Это его ощущение бьет и по тебе, мой волк, расцвечивая уже привычную черноту голубоватой извилистой вспышкой.

— Э-э, не-ет, братцы, рановато уходить собрались! — гнусавый друид плохо скрывает радость. — Эта поляна принадлежит мне. И вам не выйти отсюда, если только пегий не пообещает мне чего-то сладкого, как его магия! Или как его друг! Или не пообещает сдаться, а, Пегий?

Дей только успевает возмущенно набрать воздуха в грудь, когда Бранн произносит спокойно и ясно, не обращая внимания на ощутимое приближение девяти золотистых точек со спины:

— Зря надеешься, друид, я могу обещать возможность — сохранения твоей жизни, если откроешь нам проход.

Гнусавый человек заливается таким же отталкивающим, как его голос смехом. Он сидит высоко, подпитывается от камня, чувствует себя хозяином положения и, разумеется, не собирается упускать такую редкую добычу! Не понимаю, на что рассчитывает наш неблагой?

— Вот уж нет уж! Пегий! Ты выглядишь очень вкусным, начну-ка я, пожалуй, с тебя, — в голосе слышно предвкушение праздничной трапезы. — А калека все равно никуда не денется!

По жесту друида деревья позади вас тянут ветки к вашим лодыжкам, пытаясь ухватить, оттащить, разнять… Впрочем, лицо нападающего быстро искажается досадой: его зеленые бесчувственные помощники отдергивают ветки обратно, застывая в изломанных позах, при том, что Ворона ничего не делал! То есть специально!