Темное очарование
Шрифт:
Джулиан, потеряв терпение, рывком притянул ее к себе — так близко, что она почувствовала, как его бедра тяжело прижались к ней.
— Да… нравится, — прорычал он ей на ухо.
Не дав Порции ответить, он закружил ее, и девушка предпочла промолчать, чтобы не сбиться с ритма. Впрочем, Джулиан был прекрасным танцором. В ту самую ночь, когда Дювалье похитил ее, она как раз мечтала о том, как когда-нибудь будет кружиться по залу в его объятиях… вот как сейчас. В своей наивности Порция считала, что самое большее, что ей грозит после вальса, это торопливое признание, несколько страстных
Вызывающе вскинув подбородок, Порция подняла голову и открыто, уже не смущаясь, посмотрела ему в глаза. Ее внезапно охватило непонятное спокойствие. С каждым мгновением, с каждым шагом она чувствовала себя все более уверенно. Возможно, промелькнуло у нее в голове, у них с Джулианом гораздо больше общего, чем каждый из них готов признать. Оба они в душе игроки, искатели острых ощущений — оба живут в трепетном предвкушении захватывающей игры, которой опасность только придает остроту, радостного возбуждения, которое охватывает обоих в тот миг, когда они сознают, что держат хрупкую нить судьбы в своих руках.
— Нам не стоит оставаться тут, — беззвучно пробормотал он, почти касаясь губами ее уха. — Все остальное за нас сделает Рафаэль. Жуткий сплетник, скажу я тебе — ему только дай почесать языком. Представляешь, ходят слухи, что именно он нашептал Генриху VIII, что Анна Болейн за его спиной крутит роман сразу с четырьмя любовниками, которые из любви к ветреной королеве строят планы лишить его короны. Естественно, во всем этом не было ни слова правды, однако сплетня стоила бедняжке головы.
Он внезапно выпрямился, отодвинувшись от нее, и устремил взгляд куда-то в сторону. Порция, машинально повернув голову, проследила за его взглядом. Их хозяин, лавируя между гостями, переходил от одной группы к другой — видимо, спешил поделиться услышанным. Выглядел он точь-в-точь, как кот, налакавшийся густых сливок. Впрочем, любителей посмаковать свеженькую сплетню оказалось предостаточно — мужчины глумливо ухмылялись, дамы, прикрыв лицо веером, перешептывались между собой, поглядывая на них с Джулианом. Похоже, вампиры обожают скандалы ничуть не меньше, чем смертные, с горечью подумала Порция, чувствуя ощупывающие ее липкие взгляды. Вскоре все уже, ничуть не скрываясь, открыто таращились на них. Порции не нужно было глядеться в зеркало — она и без того знала, что они с Джулианом представляют собой достаточно необычную пару.
Во взгляде Джулиана блеснуло торжество.
— Ну похоже, наша миссия увенчалась полным успехом! — с ликованием в голосе пробормотал он, с трудом пряча улыбку. — Хочешь пари? Готов поспорить на что угодно, что еще до восхода солнца о нашем с тобой романе донесут Валентине.
Через бальный зал, гоня перед собой ворох шуршащих листьев, внезапно
— Что-то подсказывает мне, что тебе не обязательно ждать так долго, — с трудом шевеля пересохшими губами, пробормотала она.
Музыка внезапно смолкла, словно музыканты, уронив смычки, попадали в обморок. Кружившие по залу парочки застыли, разом окаменев, над толпой пролетел испуганный шепот. Джулиан нахмурился, предчувствуя неладное. Не выпуская из объятий Порцию, он повернулся. И столкнулся взглядом со стоявшей на лестнице Валентиной.
Глава 13
— Будь все проклято! — обреченно выдохнул Джулиан, не сводя глаз со своей бывшей возлюбленной. Валентина беззвучно, словно облачко, спустилась по лестнице. Подол ее белоснежного платья летел за ней по ступенькам. Со своими серебристо-платиновыми волосами, высоко поднятыми надо лбом, она смахивала на ангела, вдруг решившего спуститься на грешную землю.
— Ну мы ведь хотели ее найти, разве нет? — слабеющим голосом прошептала Порция, чувствуя, как ее бьет дрожь. — Вот и нашли…
— Хотели! Но лучше бы это случилось попозже, тебе не кажется? Ведь сейчас мы на их территории. Да и численное превосходство явно не нашей стороне, — огрызнулся Джулиан. Незаметно оглянувшись, он попытался измерить взглядом расстояние до дверей. — Нужно уводить тебя отсюда да поскорее! — отрывисто бросил он.
При появлении Валентины толпа молча разделилась надвое, давая ей дорогу. Вампиры не сговариваясь спешили убраться с дороги. Порция изо всех сил старалась забыть об ослепительной красоте соперницы, но это было не так-то просто. Когда Валентина, едва касаясь пола расшитыми бриллиантами туфельками, танцующей походкой величаво подплыла к ним, Порция невольно съежилась от унижения. Рядом с ней она чувствовала себя неуклюжей, косолапой уродиной.
Валентина остановилась перед ними, сверля глазами золотой ошейник с цепью, украшающий шею Порции. Глаза ее сузились, и девушке внезапно пришло в голову, что она похожа на разъяренную кошку.
— Так-так… И что это значит, mon cher?! — осведомилась она, окинув пренебрежительным взглядом смущенную Порцию. — Неужто решил помириться? Или просто устал от шалостей этой кошечки и решил отдать ее мне? Я угадала?
— Боюсь, что нет, — ответил Джулиан. Намотав цепь на руку, он демонстративно притянул Порцию к себе. — Напротив — она мне так понравилась, что я решил оставить ее себе.
Валентина капризно надула губки.
— Какой ты жадный! — недовольно скривившись, протянула она. — Поймай я такую хорошенькую кошечку, обязательно бы с тобой поделилась!
Джулиан насмешливо фыркнул:
— Так я тебе и поверил! Сдается мне, поймай такую хорошенькую кошечку ты, от нее вряд ли что-то осталось бы — я имею в виду, к тому времени как ты решила бы поделиться!
Валентина гортанно хохотнула — от этого ее хохота Порция моментально покрылась гусиной кожей.