Темное наследие

Эльба Ирина

– Коронат, вижу, твои ребята снова на высоте!

Услышав ненавистный голос главы Уркана, я еле сдержался, чтобы не врезать ему с разворота. Этот жирный боров только и умел, что собирать лавры чужих побед и сваливать вину на тех, кто уже никогда не сможет постоять за себя. Будучи человеком, дорвавшимся до власти, он с радостью раздавал приказы, притом не всегда удачные. Выполняя обязанности главы нашего сектора, он вершил суд над жителями, и многие его побаивались. Во мне же он вызывал тихую ненависть.

– Глава Уркан,

сегодня погибло четверо бойцов, я не считаю это поводом для радости.

– Коронат, ты слишком серьезно ко всему относишься. Вы снова одержали победу – вот о чем надо думать. Почистили сектор С72 и уничтожили одну из крупнейших тварей. Подумаешь, пара перевертышей пострадала – пустяк, по сравнению с сотней людских жизней.

– Глава, – приподняв его над полом свободной рукой, я еле сдержался, чтобы не разбить эту холеную морду о перегородку, – этот пустяк – мои братья. Впредь очень советую следить за словами.

Я почувствовал липкий страх, исходящий от Уркана, и бросил его на пол. Захотелось помыть руки. В воцарившейся тишине был отчетливо слышен хрип этого урода – видимо я слегка перестарался и пережал ему горло. Меня не волновали возможные последствия, для ликанов не существовало прошлого и будущего – мы жили настоящим. Важно только здесь и сейчас. Поймав пару одобрительных взглядов собратьев, я позволил врачам продолжить осмотр. Этот день был слишком длинным, и теперь хотелось одного – поспать.

Кириана

Я проснулась от собственного крика. Подушка и простыня были влажными от пота. Опять кошмары, опять эти чертовы видения! Как же я надеялась, что они ушли навсегда. Целых полгода я спала спокойно, и вот рецидив. Дьявол!

Очень некстати раздался вызов, и я, помимо воли, выместила злость на звонившем.

– И кому не терпится пообщаться с восставшим мертвецом?

– Риа, срочно спускайся в научный центр! Отцу нужна твоя помощь.

– Малика, а ты сама не можешь ему помочь? Или маникюр еще не высох?

– Кириана, как ты смеешь так разговаривать с матерью?

– Ты мне не мать! – разозлилась я еще больше. – А с мачехой я буду говорить так, как она этого заслуживает. Скажи отцу – скоро буду.

Я отключила вызов, не дослушав гневную тираду Малики, тем более голос у нее в эти моменты становился особенно визгливым и будто сверлил мозг. Умывшись, я взяла лабораторный халат и поперлась на помощь к отцу.

Папа мечтал, что, когда я подрасту, то стану первоклассным генным инженером, его гордостью. Увы, мои мозги были категорически с этим не согласны. Я увлеклась разработкой оружия. Однако, благодаря познаниям и в биохимической сфере, отец иногда привлекал меня к исследованию тканей ликанов.

Лаборатория гудела, словно растревоженный улей: фоновый шум от сложного оборудования сейчас заглушал галдеж неимоверного количества

посетителей. Приметив знакомое лицо, я направилась к нему.

– Отец, что случилось?

– Экстренная проверка перевертышей, а у меня сотрудников на смене не хватает. Риа, пожалуйста, помоги Анабель взять анализы у бойцов. Она совсем ни черта не соображает в технике! И кто ее сюда устроил?!

– Глава Уркан, кто же еще, – хмыкнула я, направляясь к девушке.

Эти сто двадцать килограммов бездарности, подхалимства и яда щупали своими толстыми пальцами молоденького перевертыша. Притом именно щупали, а не обследовали. У парня было самое разнесчастное лицо, и вся его поза говорила, что он на низком старте и вот-вот сбежит.

– Анабель, позволь узнать, что ты творишь?

– Осматриваю пациента! – гордо вскинулась лаборантка.

– Солнышко, и давно ты сканеры в пальцы встроила? – усмехнулась я. – Обследовать пациентов надо приборами.

– Тебя забыла спросить, папина дочка, – огрызнулась Анабель.

Я не стала отвечать, ведь в отличие от нее, свою должность я заслужила, а не получила по блату.

– Раз моя помощь тебе не требуется, желаю удачи. Только, пожалуйста, в графе «количество хромосом» напиши его показатели – пятьдесят две, а не свои сорок семь.

Парень прыснул в кулак и показал мне большой палец, а Анабель непонимающе хлопала ресницами. Правильно, откуда ей знать, что кариотип на сорок семь хромосом свидетельствует о генетических отклонениях.

Подмигнув симпатичному перевертышу, я развернулась, чтобы уйти, но лаборантка меня окликнула.

– Так и быть, помоги мне, если хочешь.

– Почту за честь, – усмехнулась я и, взяв в руки аппарат для выявления ключевых симптомов мутации, стала выставлять показатели.

Подготовка устройства заняла не больше минуты, но за это время ликан как-то позеленел, вспотел и начал дрожать. Предчувствуя худшее, я поднесла к нему измеритель и мгновенно получила результат: аппарат взорвался писком датчиков. Измерительная стрелка скакнула на тридцать пунктов.

«Поздно его спасать», – промелькнула в голове мысль, но я отбросила ее в сторону. Всегда есть шанс, а значит, надо постараться.

Схватив со стола шприц-пистолет, я обнаружила, что он пуст. Пришлось срочно доставать новую ампулу. Судорожно разорвав упаковку, я пыталась аккуратно заправить лекарство в шприц. Ну почему? Почему, если надо что-то сделать быстро, то все валится из рук? Со всех сторон к нам уже спешили медики и охрана, но многочисленные перегородки и разделения на секции не позволяли пройти напрямую, задерживая помощь. Я уже почти подготовила шприц, когда услышала волчий рык и жалобный писк Анабель. Подняв голову, я замерла, рассматривая преобразившегося ликана. Вторая ипостась уже начала мутировать, одарив хозяина лишней парой глаз, в которых сейчас плескалось безумие.