Темное Крыло

Хант Уолтер

Он хотел бы допустить возможность, какой бы ничтожной она ни казалась, что ему удалось выжить после взрыва, а потом попасть в руки землян - но если они взяли его в плен, значит, его попытка не удалась. Теперь в его сознании копошились мысли пришельцев - самый страшный удел для экстрасенса, а сам он был иджу, то есть хуже, чем мертвец, - обесчестивший себя перед лицом эсЛи. Ррит остолбенел. Он ожидал чего угодно, но только не этого.

Постепенно им овладела ярость. Он резким движением сорвал с пояса меч с ножнами и швырнул его через комнату. Ударившись о стену, меч упал на пол. В этом звуке ему почудилось недовольное

рычание, словно меч рассердился на своего хозяина. Но теперь это уже не имело значения - меч больше ему не принадлежал. Переполняемый бессильным гневом, он еще раз попытался прикоснуться к хРни'и.

Несколько часов сна всем пошли на пользу. Во время обороны базы А'анену две эскадры Пятого флота вошли в эту звездную систему и подтвердили свою лояльность адмиралу Марэ. Они также сообщили новости, касающиеся положения на флоте и в Империи, которые Сергей незамедлительно передал адмиралу. Марэ в это время вернулся на "Ланкастер", попросил его не беспокоить.

А новости были не из разряда тех, которыми пренебрегают. На флоте был распространен официальный приказ о временном приостановлении полномочий Марэ, после чего статус общественного мнения Империи неуклонно пополз вверх: люди начали занимать позиции по обе стороны баррикад, либо протестуя против варварских методов, которыми велась кампания и требуя суда над адмиралом, либо твердо поддерживая его.

Непостижимым образом - Сергей не понимал, как, но надеялся прояснить это - документы и видеозаписи из зоны военных действий попали в руки представителей оппозиции в Имперской Ассамблее, после чего премьер-министр был вынужден уйти в отставку. Разгорелся страшный скандал, в центре которого оказались все вооруженные силы Империи.

Что касается официальной позиции Адмиралтейства, то оно назвало Марэ преступником и предателем. Несмотря на это, многие флотские командиры поддерживали его действия и были склонны проявить лояльность скорее по отношению к военачальнику, добившемуся успеха и не ограничившемуся полумерами, чем к коррумпированному правительству, находившемуся на расстоянии в сотни парсеков. Сам Сергей давно сделал свой выбор, еще до А'анену, когда отказался принять адмиральский пост. В этом смысле ру-бикон был перейден, ибо он знал, что наказание, которому подвергся бы Марэ после своего возвращения в Империю, неизбежно коснулось бы и его, Сергея Торрихоса, не защищенного к тому же адмиральскими регалиями.

Сейчас от адмирала ждали распоряжений по поводу прибывшего подкрепления, и Сергей, немного отдохнув после дел на борту "Гагарина", вернулся на флагман, чтобы проинформировать Марэ о текущей ситуации.

В апартаментах адмирала было темно, но лампы аварийного освещения высвечивали силуэт Марэ, который сидел в кресле напротив экрана внешнего наблюдения, опершись подбородком на сложенные кисти рук. Капитан Стоун пристроился возле входа в спальный отсек с электронным блокнотом на коленях. Бледный свет, исходивший от дисплея, делал лицо Стоуна еще более худым и странным, чем обычно.

Стоун смерил взглядом вошедшего Сергея, но ничего не сказал. Марэ остался сидеть в прежней позе, однако его глаза медленно раскрылись и проследили за тем, как Сергей пересек каюту.

– Я хотел бы ознакомить вас с последней информацией, сэр, - сказал Сергей, остановившись перед адмиралом.

Марэ по-прежнему смотрел

на него и не шевелился, но его взгляд перешел с лица Сергея на какую-то деталь его униформы, а затем вернулся обратно.

– Прошу вас сесть, коммодор.

Сергей сел напротив адмирала. Стоун выключил блокнот и теперь, положив руки на колени, тоже смотрел на экран.

– Дело приняло серьезный оборот, коммодор. Я получил депешу. Ее доставили на С'рчне'е, а командир местного гарнизона переправил ее сюда.
– С этими словами Марэ передал Сергею блокнот, на дисплее которого был виден текст, отпечатанный на официальном бланке Адмиралтейства.

"Официальное сообщение, код важности 18 16 августа 2311 года

Адмиралу лорду Айвену Г. Марэ, на борту звездолета

"Ланкастер".

От адмирала Мак-Мастерса, штаб-квартира Адмиралтейства, Земля

Мой лорд!

Официально уведомляю Вас, что с 16 августа сего года (указано в письме), согласно приказу Его Императорского Величества, я должен освободить Вас от командования всеми кораблями, космическими базами, личным составом и военным снаряжением, которые в настоящее время находятся в Вашем ведении. В соответствии с Генеральной директивой № 23, основывающейся на Уставе Космического флота, раздел XVIV, пункт 23, до тех пор пока командование флотом не будет передано Вашему официальному преемнику, Ваши полномочия и обязанности передаются старшему по званию офицеру, коммодору Сергею Торрихосу.

В соответствии с экстренным приказом Его Императорского Величества Вам предписывается прибыть на ближайшую базу Космического флота и сдаться представителю Главного военного суда, который ознакомит Вас с предъявленными Вам обвинениями. Они сводятся к следующему: умышленное нарушение законов Империи в части обращения с гражданским населением и лицами, не участвующими в военных действиях; отказ принять капитуляцию противника; нарушение субординации и ведение военных действий без согласования с вышестоящим начальством.

Отказ выполнить данное предписание будет рассматриваться как высшая степень измены Солнечной Империи, что карается смертью.

Адмирал Мак-Мастере".

Сергей посмотрел на Марэ. Ему вспомнилось, как он впервые увидел это лицо несколько месяцев тому назад на обложке книги в кабинете Теда Мак-Мастерса. Это был все тот же благородный профиль - гордый взгляд, волевой подбородок, исполненные внутреннего огня темные глаза. Но теперь это лицо постарело и осунулось.

– Сейчас у вас есть прямая возможность отстранить меня от командования. Тем не менее - добавил Марэ, бросив косой взгляд на Стоуна, - я не думаю, что вы поступите именно таким образом.

– Но это будет нечто большее, чем нарушение субординации.
– Сергей осторожно положил депешу на подлокотник кресла.
– Меня сразу же обвинят в измене императору.

– Это уже ничего не меняет.

– Возможно, сэр, хотя я верю, что Адмиралтейство еще способно предотвратить неблагоприятный исход дела в военном суде. Мы взяли А'анену наперекор желаниям правительства, но если мы пойдем дальше, это будет противоречить воле императора.

– Остановиться на достигнутом, не значит выиграть войну, коммодор. Мы должны довести ее до победного завершения, не важно, хочет ли этого правительство или адмирал Мак-Мастере, или Адмиралтейство, или даже сам император.