Темнейшее обещание
Шрифт:
Он должен был подумать об этом варианте раньше, но не позволил себе. Его совесть заставила бы отдать Ларец Камео… тогда не было бы необходимости в присутствии Лазаря.
Прошла целая вечность. Единственные звуки, раздававшиеся здесь, были шум реки и крики обезьян. Иногда над ними колыхались ветви, роняя золотые листья. В конце концов, она положила все артефакты на землю и протянула руку ладонью вверх.
Она пошевелила пальцами.
— Отдай мне яблоко. Или Ларец. Не имеет значения.
Он
— Мне жаль, что я сделал тебе больно, — прохрипел он. До встречи с ней он никогда не извинялся, а теперь не мог выразить своих чувств. — Мне жаль. Я хотел рассказать тебе о Ларце.
— Какая ирония. Ты ищешь моего прощения, но сам не прощаешь тех, кто тебя обидел. — Она опять пошевелила пальцами. — Яблоко.
Тем не менее, он колебался.
— Это не наша ситуация.
— Действительно?
Нет! Как он мог объяснить, что её безопасность намного важнее его собственной? Как он мог доказать силу своих чувств к ней?
— Когда Гадес преподнёс мне месть на блюдечке с голубой каёмочкой, я отказался. Я выбрал тебя.
— Ты выбрал смерть!
С ней рядом, это было одно и то же. Но эти слова он оставил при себе.
— Ты хочешь, чтобы я убил Геру? Я нет. Я не стану рисковать тобой.
— Нет. Я сама хочу её убить.
И изменить будущее.
— Она для тебя угроза, а угрозы уничтожаются, — произнесла она пустым голосом. — А потом мы расстанемся.
Никогда! Он провел рукой по глазам, стирая с них сажу.
— Я останусь с тобой до самого конца.
Она побледнела.
«Нужно заставить её понять».
— Позволь мне остаться, и я доверю твоим друзьям поиск лекарства.
Огромный шаг с его стороны.
— Дурак! Это и есть лекарство, — вскрикнула она.
— Другое лекарство, — поправил он. — Которое позволит нам остаться вместе. Когда мы вернёмся домой, Ларец твой. Я поверю, что ты не навредишь себе, а ты опять поверишь в меня.
— Или я заберу Ларец.
Где-то вдали вспорхнула стая золотых птиц. Он выхватил кинжалы и вскочил на ноги.
— Нам нужно идти. Не следовало оставаться так долго на одном месте.
Всегда будучи воином, Камео встала рядом.
— Если Гера здесь, то она внутри храма. С другой стороны, если она здесь действительно, то почувствовала бы наше вторжение и напала бы.
— Не обязательно. Если бы она могла почувствовать вторжение, то не устанавливала бы ловушки.
Он открыл сознание в поисках живых существ, надеясь вызвать одного-двух небесных змеев. Лазарь проигнорировал птиц, обезьян, насекомых и других животных, сконцентрировавшись на тёмном присутствии — «голоден, чертовски голоден» — что-то приближается. Враг!
— Время сверкать пятками, —
Он перебросил сумки с вещами через плечо, схватил Камео за руку и молниеносно помчался к реке.
Что ей делать?
Камео захватил водоворот эмоций, вызванных поведением Лазаря. Он всё это время таскал на шее Ларец Пандоры. Он обещал, что никогда не станет лгать ей… но попал в ловушку своих слов. Он лишил её возможности обсудить с друзьями стратегию: подавить демонов с помощью Ларца или вообще его разрушить.
Этот ублюдок её подставил!
Лазарь резко остановился, и она врезалась в его спину. Первый пункт в списке её дел: оставаться настороже.
Пар поднимался над землёй, не давая свободно дышать. Она осмотрела новую местность. Поле пышных цветов расположилось перед ними. Никакой отравленной росы, кроме… это ловушка. При тщательном рассмотрении она поняла, что впереди болотная трясина.
— Зыбучие пески, — сказал Лазарь. — А там. — Он указал вправо. — Цветы скрывают другую мину.
Несчастье рассмеялся, когда он повёл её влево, в другую сторону от храма. К сожалению, другого пути не было. Им пришлось обойти болото и вернуться обратно.
Они остановились на краю поля, между лесом и болотом, стараясь не делать лишнего шага в сторону…
Существо, похожее на угря, впрыгнуло из грязной воды, клацнув зубами. Камео схватила его за скользкую шею, не давая укусить себя. Его скользкое тело извивалось в её руках.
— Хм, немного помощи не помешало бы, пожалуйста.
Лазарь кинжалом отсек голову существа. Морщась, она выкинула извивающееся тело в грязную воду. Другие угри — или чем они там были — выпрыгнули и накинулись на останки.
Здесь все были либо хищниками, либо жертвами. Получите.
— Гадес упаковал для нас тот квадратик, — сказал Лазарь.
— Да? И что с ней?
— У меня идея. — Он остановился под деревом и вынул пластину. Затем повернул его к свету, потом спрятал в тени, отбрасываемой лесом. — Всё, что дал Гадес, предназначено для очевидной цели, исключая этот клочок. Почему?
— Может, у него тоже есть своя цель, но мы не можем её увидеть.
— Вот именно. Гадес, как известно, любитель исчезающих чернил и красок.
Искра азарта вспыхнула в её глазах.
— А как сделать невидимое видимым?
— Этого я пока не знаю.
— Ну, давай думать как Гадес. «Я — самовлюблённый мужчина с извращенным чувством юмора. Я получаю удовольствие, мучая врагов, издеваясь над друзьями и всегда выигрывая. — Ого. Лазарь и Гадес могут быть братьями от разных матерей! — Я получаю нездоровое удовольствие при виде истекающих кровью людей. Я…