Темнейшее обещание

Шоуолтер Джена

— Но я не такая податливая, как она. На самом деле, пока я была в твоей реальности, то сравнивала себя со злой королевой. И если ты ещё не понял, Несчастье — это тебе не Весельчак, Чихун, Простачок, Соня, Скромник и Умник. Он только Ворчун. Поэтому не может претендовать на роль всех семи гномов.

— А я разве называл эти имена? Он — Тоска, Бедствие, Горе, Депрессия, Сердечная боль, Одиночество и Жалость.

Она невинно хлопнула ресницами и шутливо обвела его сосок.

— Будь честным. Ты просто пытаешься

убедить меня, что ты мой Прекрасный Принц.

— Твои губки могут называть меня по-разному, солнышко, но я отвечу тебе поцелуем.

Уголки рта Камео дёрнулись, взлетая, и его член затвердел и начал болеть.

Она повернулась и поцеловала его живот… ниже, чем он мог надеяться, но всё же недостаточно низко.

— Я так сильно хочу освободиться от Несчастья. Сейчас, когда я узнала вкус счастья. Темнейший мой, я не могу больше с ним жить. Просто не могу.

Паника охватила его и не отпускала, уничтожая возбуждение.

— Ты не навредишь себе, Камео. И не позволишь другим.

«Нужно уничтожить демона. Он опасен».

Но как?

— Приказ короля? — спросила она, а Лазарь почувствовал, как по животу потекла горячая слеза. Чёртова слеза.

Приказ был отдан мужчиной. Её мужчиной. Он сказал:

— Я найду способ избавиться от демона. Безопасный способ. — «Закрой свой рот. Ни слова больше. Ты не можешь…» Но что-то внутри него сломалось. Его сопротивление? Эта слеза… — А до тех пор останусь тебя охранять. Даже от самой себя.

Она резко подняла голову и посмотрела на него… да, в ее глазах застыли слёзы. У него сжался живот.

— Я же на одну ночь, помнишь? — Она не отводила взгляд. — Я не хочу, чтобы ты ошивался возле меня, поскольку боишься, что я поставлю точку в списке твоих достижений.

Она просто облегчила его задачу. Попрощаться сейчас… или через часик. Возможно, утром. Или через денёк. Но не больше двух. Да ему следует бежать отсюда, никогда не оглядываясь. Чем больше он остаётся с ней, тем хуже его здоровье, тем сильнее он теряет способность двигаться. А он должен быть на высоте, если надеется убить Джульетту и Геру.

В любом случае, время — его враг. В духовной сфере у него были десятилетия, даже тысячелетия на организацию жизни дворца, на создание армии, на тренировку лучших из лучших воинов. Здесь, в мире смертных, где жили Джульетта и Гера, у него было недели четыре, пока он не вступит в дерьмовую войну на стороне Гадеса. А война потребует всего внимания.

— Плюс ко всему, — добавила Камео, — я буду занята. Нужно найти Ларец Пандоры. Он снова в игре. Торин сказал, что кто-то его нашёл.

Ииииии… Чувство вины избило его в кровавое месиво. Однако его решимость не ослабла. Он никогда не отдаст Ларец своей женщине. Если когда-либо Несчастье возьмет верх, Камео может обеспечить себе быстрый и уверенный конец.

— Есть идеи о виновнике? —

спросил он.

— Пока нет.

И никогда не будет. Он примет все меры предосторожности.

— А как насчёт еще одного раунда удовольствия? — Он наклонился и прикусил её сосок. — Думаю, не стоит упускать возможность, чтобы использовать и оскорбить меня. Я вот дам имя твоим соскам. Этот Озорник.

Застонав, она скользнула руками по его волосам.

— А как насчёт второго?

Он вопросительно посмотрел на другого.

— Этот Милашка. Ты запомнишь наше время навсегда… каждую секунду. Клянусь.

— Только потому, что ты приказываешь, не делает твои слова правдой.

— Демону нужно твоё разрешение, чтобы стереть память.

Камео резко села, пододвигая Лазаря.

— Что? Нет, невозможно. — Она толкнула его, увеличивая расстояние между ними. — Я бы никогда не дала согласия уничтожить часть воспоминаний. — Она открыла рот, чтобы сказать больше, но прикусила нижнюю губу. — Я не стала бы, — она смотрела так потерянно. — А как ты об этом узнал?

— А ты как думаешь? — Он схватил Камео за плечи и уложил на кровать, нависнув сверху. — Несчастье делает тебя такой печальной, что ты решаешь всё начать заново.

Это означает, что однажды она захочет стереть память и о Лазаре.

Она все поняла и погрустнела.

Он раздвинул её ноги и прижался к ней теснее. Твёрдость и мягкость, они идеально подходили друг другу. Затем он укусил её за подбородок, заставив посмотреть в его глаза.

— Каждый раз, когда демон вызывает печаль, вспоминай этот момент.

Она облизала сочные красные губы, отбросив свои размышления.

— Когда ты надо мной?

— Нет, солнышко. Думай о чувствах, которые я вызываю.

Он потёрся носом о её нос, прижался щекой к её щеке, а затем прикусил мочку уха.

В её теле расплавились все кости.

— Дашь мне ещё один оргазм?

— Ты просишь или приказываешь?

— Прошу. — Хотя её веки и были прикрыты от желания, он знал, что её глаза порочно заблестели. — Первый раз мог быть просто случайностью.

— Случайностью? Случайностью! — Он потёрся своим стволом об её сердцевину. — Солнышко, тогда я подарю тебе три оргазма подряд.

Она ахнула в притворном ужасе.

— Нет, пожалуйста. Что угодно, но не это. Абсолютно, что угодно, великий и могучий король Гримма и Фантики.

Шутница.

— Продолжай говорить и заработаешь четвёртый.

— Я должна тебе особый поцелуй, помнишь?

— Как будто я мог забыть.

Камео открыла рот, чтобы ответить, но он поглотил слова, прижавшись к ее губам в поцелуе и глубоко засунув язык.

— Лазарь, — простонала она, обняв его за шею.

Он испытал невероятное торжество. Лазарь любил, когда она прижималась к нему.