Темная страсть

Джонс Лиза Рене

В понедельник утром мы оба вернулись в реальный мир. Крис вместе со мной поехал в школу. Подсознательно я уже готовилась к худшему, однако известие о том, что Элла так и не появилась, окончательно добило меня. Вскоре мы обнаружили, что за квартиру она тоже не заплатила. Мы сделали это за нее, а после этого отправились в полицейский участок – сообщить о том, что нам удалось выяснить.

Видимо, решив поднять настроение, Крис принялся уговаривать меня во вторник с утра поехать в Соному, где у его крестных было поместье, чтобы сходить на художественную выставку в

тамошнюю галерею. Услышав об этом, Кэти пришла в восторг и, честно говоря, я тоже. Приятно было снова почувствовать, что у тебя есть семья. Часам к восьми тем же вечером, после обеда, Крис закрылся у себя в студии, а я принялась разбирать вещи. Вернувшись из Лос-Анджелеса, Крис так и не удосужился разобрать чемодан, поэтому я открыла его и просто вывалила оттуда все вещи.

Я вытаскивала из чемодана то, что нужно было отправить в стирку, и вдруг моя рука наткнулась на пустую коробку, где обычно лежали кисти с автографом Криса. Я похолодела. Одну из них я как-то видела в шкатулке Ребекки… но ведь Крис говорил, что едва знал ее! Тогда зачем она хранила ее? Вытащив кисть из коробки, я в растерянности уставилась на нее.

В дверях появился Крис.

– Не знаешь, куда я сунул… – Он увидел выражение моего лица и осекся на полуслове. – Что случилось?

Я ринулась к чулану.

– Один вопрос. – Включив свет, я встала на колени перед сейфом. – Какая у него комбинация?

– Сара, что происходит?

– Потерпи, сейчас объясню. Так какая у него комбинация?

Крис продиктовал мне цифры. Открыв замок, я вытащила коробку, которую обнаружила в ее ячейке на складе, сунула в нее найденную мною кисть и продемонстрировала ее Крису.

– Почему Ребекка держала кисть с твоим автографом у себя в шкатулке? – Я вытащила разорванный снимок и тоже сунула его Крису. – Тебе знаком кто-нибудь на этой фотографии?

Крис тяжело вздохнул.

– Тут я и Марк. Снимок сделан на одном благотворительном мероприятии – незадолго до нашей ссоры.

– Ссора возникла из-за Ребекки?

Крис угрюмо кивнул.

– Вечером после этого я поехал в клуб. И услышал ходившие там слухи о Марке и его новой «рабыне», о том, как она рыдала во время публичной порки. Мы поругались – я сказал Марку, что он переусердствовал. Он велел мне заткнуться, потому как, мол, в этом клубе он Господин, и все такое. После этого разговора я посоветовал Ребекке держаться от него подальше.

У меня вдруг появилось ощущение дежавю.

– Как потом мне, да?

– Не совсем. Я ведь едва знал Ребекку.

– Но ты хотел защитить ее – так же, как меня.

– Послушай, я знаю, что, читая ее дневники, ты привыкла отождествлять ее с собой, но у вас нет ничего общего. Ребекка была совсем еще ребенок – Марк считал, что это не важно, но на самом деле это не так. Тем вечером на гала-концерте она была счастлива с ним. Еще бы, влюбленная школьница, юная и невинная… вернее, такой она была до встречи с Марком. Когда я посоветовал ей держаться от него подальше, Ребекка пришла в ярость. Неудивительно, что она порвала снимок. Мне кажется, ее чувство к Марку было сродни тому, что твоя

мать испытывала к твоему отцу.

– Но при этом она хранила твою кисть, – решительно перебила я.

Крис пожал плечами:

– Не знаю зачем. Возможно, как напоминание о том вечере с Марком.

Подумав немного, я молча кивнула. Ответ Криса меня устраивал… но тогда почему он раньше молчал? Что-то здесь не так.

– Почему ты никогда не рассказывал мне об этом? Я ведь прямо спросила тебя, знал ли ты Ребекку. Мы же вместе искали ее, Крис!

– Я ведь сказал, что мы были едва знакомы, и это чистая правда.

– Нет, ты знал ее намного лучше, чем пытался уверить меня, – бросила я, стараясь, чтобы это не прозвучало как обвинение. Это было не так-то просто. Почему он молчал? – Ты ни словом не обмолвился, что видел ее в клубе – а поводов рассказать было предостаточно.

– Ну, когда ты спрашивала о Ребекке, я просто не хотел, чтобы ты вообще знала о клубе… об этой части моей жизни.

Сердце у меня заныло – я еще не забыла, как Крис запретил мне поехать на похороны Дилана… как он пытался избавиться от меня. И тут до меня вдруг дошло… дело было совсем не в Ребекке! Меня мучило нежелание Криса быть откровенным со мной, как будто он по-прежнему не хотел впустить меня в свою жизнь. Мы снова были вместе – но это было не совсем то, чего я так добивалась.

Я попыталась протиснуться мимо него, но Крис преградил мне дорогу.

– Пусти, – прошипела я.

– Сара…

– Мне нужно подумать, Крис. Я хочу побыть одна. – И это была чистая правда. Я не совсем понимала, что со мной происходит… мне было просто обидно. И эта обида терзала меня уже давно. Думаю, я уже чертовски от этого устала.

Крис, поколебавшись, вернулся в спальню. Я поспешно схватила сумочку.

– Ты куда? – насторожился он.

– Я же сказала – мне нужно побыть одной.

– Нет, тебе нужно остаться дома. Хочешь, давай это обсудим.

– Если ты уже все рассказал, тогда что тут обсуждать? Или я чего-то не знаю?

– Нет. – Я заметила, что его передернуло. – Это все.

– Тогда и говорить не о чем. Мне нужно подумать.

– Сара, мне не хотелось, чтобы ты узнала о клубе! – взмолился Крис. – Может, я был не прав, но это чистая правда.

– Знаю. Проблема в другом – почему если ты мне что-то рассказываешь, то не потому, что ты хочешь этого, а потому, что ты вынужден это сделать? Ты говоришь, что доверяешь мне – но, получается, не до конца.

– Это не так. – Крис взъерошил волосы, в глазах его мелькнула мука.

– А мне кажется, что так и есть. – Я сразу поняла, что Крис многого не договаривает, просто старалась не думать о том, что его тайны могут оказаться опасными. Предпочитала ничего не замечать – потому что любила его. Я уже взялась за ручку двери, но Крис опять преградил мне дорогу.

– Останься!

– Это худшее, что ты можешь сейчас сделать, Крис, – спокойно сказала я. – Я не люблю, когда меня загоняют в ловушку. Потому что слишком часто оказывалась в такой ситуации. Поэтому не поступай так со мной, хорошо?