Темная симфония

Фихан Кристин

— Единственная вещь, которую я выучил за свою долгую жизнь, это не торопиться с выводами.

Голос промурлыкал в ее сознании, приласкав теплом и надеждой изнутри, где была вырвана огромная зияющая дыра. Именно так. С помощью нескольких простых слов и волшебного голоса, Байрону удалось исцелить ее.

— Синьорина? Я считаю, вы должны быть очень осторожны, пока мы не найдем, кто стоит за этим покушением на вашу жизнь и жизнь дона Джованни, — предупредил ее Диего.

Байрон

заметил, как часто его пристальный взгляд устремлялся в сторону коридора, где в непосредственной близости от солярия прогуливалась Таша. Он наклонился поближе к офицеру, глядя тому прямо в глаза, усиливая мощное чувство доверия и дружбы.

— Это хорошая идея. Я думаю, Антониетта будет очень осторожна во всем. Мы здесь закончили, Диего? Мне кажется, Таша с радостью угостит вас чашечкой чая, пока вы расспрашиваете кухонный персонал об исчезновении Энрико, — он притянул Антониетту под защиту своего плеча.

— Уверена в этом, — согласилась Антониетта. Больше всего на свете ей хотелось остаться наедине с Байроном. Ей было нужно остаться наедине с ним.

— Думаю, так будет лучше всего, — незамедлительно промолвил Диего. — Grazie, что уделили мне время, синьорина Скарлетти. Я буду на связи.

Антониетта позволила Байрону взять себя под руку, хотя при обычных обстоятельствах настояла бы, чтобы идти самой. В палаццо было запрещено передвигать мебель, и она знала, где находится каждое растение, стул и стол. Байрон Джастикано был под ее защитой. Ей хотелось довести это до сведения своей семьи, чтобы они смирились с его присутствием в доме и в ее жизни.

— Пожалуйста, идемте сюда, капитан. Таша ждет снаружи, — довольно легко было распознать нетерпеливые шаги. К тому же она знала свою кузину. Таша бы ни за что не ушла далеко, будучи так сильно заинтересованной в полицейском.

Байрон открыл дверь и отступил, пропуская Антониетту вперед. Когда она проходила мимо него, он прошептал ей на ухо:

— Я приготовил для тебя сюрприз.

Таша тотчас же развернулась к ним, едва они вышли из солярия, ее большие темные глаза остановились на Диего.

— У вас есть какие-нибудь идеи, кто мог бы сделать это?

— Еще нет, сеньора.

— Таша! — ее губы сложились в прелестную недовольную гримаску. — Если вы не будете звать меня Ташей, боюсь, я не буду вам отвечать. Синьора Скарлетти-Фонтейн это так официально, — игнорируя Байрона, она подошла ближе к Антониетте и поцеловала ее в щеку. — Я сожалею, кузина. Ты знаешь почему, — прошептала она. Ее голос был тихим, но Байрон, благодаря своему острому слуху, смог отчетливо расслышать слова.

Антониетта кивнула.

— Таша, не найдется ли у тебя времени проводить капитана на кухню и попросить персонал оказать как можно более тесное сотрудничество? Байрон принес мне

сюрприз, и я надеюсь, ты не будешь против показать Диего все, что ему потребуется для рапорта.

Ташино лицо засветилось.

— Конечно, я все ему покажу, Антониетта. Диего, пожалуйста, пойдемте со мной, — она просунула свою руку ему под локоть и одарила улыбкой, предназначенной специально, чтобы обратить все его внимание на нее.

Глава 6

— Мне бы очень хотелось, чтобы ты сегодня вечером проведал Маргариту, — сказала Антониетта. — Она пробудет в больнице всю ночь. Сейчас она, скорее всего, спит, поскольку врачи, вероятнее всего, дали ей болеутоляющее, но если в твоих силах ускорить процесс выздоровления, я бы очень хотела, чтобы ты попробовал.

— Я навещу ее, — согласился Байрон, — но в данный момент с ней ее мать, и будет лучше, если я появлюсь, когда девочка останется одна. Я не могу исцелять ее перед родителями или врачами. Они решат, что я дьявол.

— Полагаю, так оно и есть, — уступила Антониетта с легкой улыбкой.

— Я думаю, ты должна взглянуть на мой сюрприз. Он все это время находится на улице, терпеливо ожидая.

— Ты привел кого-то? — на миг ее сердце подпрыгнуло. Неужели у Байрона есть сын? Она очень мало знала о нем, хотя он часто навещал их. Таша подняла правильный вопрос. Никто не знал, где живет Байрон.

— Можно сказать и так, — загадочно ответил Байрон. — Выход в сад… он ждет там.

— Тебе следовало бы завести его в помещение, — сказала Антониетта.

— Ну, я доставил его для тебя и надеюсь, твои чувства не изменятся, когда ты встретишься с ним, — Байрон открыл дверь и поманил борзую.

Кельт вошел величественно. Верный своему слову, Байрон защитил его от бури, поэтому шерсть собаки была совершенно сухой. Он направился прямиком к Антониетте и, словно поняв, что она слепая, сунул свою голову ей под ладонь. Его глаза уже преданно смотрели на нее. Байрон улыбнулся.

— Я знал, что она тебе сразу же понравится, — сказал он Кельту.

Пальцы Антониетты с изумлением погрузились в шелковистый мех.

— Собака? Ты даришь мне собаку?

— Это не просто какая попало собака, — Байрон закрыл дверь, отрезая хлещущий ливень и ветер. — Кельт — товарищ и защитник. Он знает, как не путаться под ногами, при этом всегда оставаясь с тобой, совершенно преданным. Эта собака будет оставаться рядом с тобой так долго, как будет необходимо, и я смогу прийти тебе на помощь, даже находясь в тот момент очень далеко, — он пристально наблюдал за ней, выискивая признаки тревоги от его слов. Это было совсем не похоже на Антониетту — так легко принять его отличие от других, тем не менее, она никогда ни о чем его не спрашивала.