Темная симфония
Шрифт:
— Ты замужем за Франко десять лет, Марита, — раздраженно промолвила Таша, — мы знаем, что он твой муж. Зачем заявлять об этом каждый раз, когда ты входишь в комнату? Ты сама являешься личностью. Если бы ты только поговорила с доктором Веншранком, то тебе не нужно было бы так сильно отождествлять себя с Франко.
Марита вздернула подбородок.
— То, что я замужем уже десять лет, а ты пережила два брака и три помолвки, не означает, что мне нужно повидать твоего доктора, Таша. Франко хороший человек, и я горжусь тем, что являюсь его женой. В любом случае это напоминает тебе, что я также являюсь членом семьи, даже если только посредством
— Ты такая неуверенная, — сказала Таша, от отвращения закатывая глаза. — Ты являешься членом семьи десять долгих лет, у тебя двое детей, и тебе, кажется, давно пора забыть тот факт, что ты ниже нас по происхождению и что у тебя не было вообще никакого социального статуса, когда Франко повстречал тебя. Как сделали все мы.
— Не начинайте, вы двое. Мне незамедлительно нужно поговорить с сеньорой Хеленой и узнать, что произошло, иначе нам всем грозит остаться без еды на несколько последующих дней, — Антониетта пришла в раздражение от них обоих, взрослых, вечно враждующих женщин.
— Марита прекрасно проживет день-два, я же не выживу, — Таша похлопала по своему плоскому животу.
Марита чуть не закричала от отчаяния.
— Мой живот признак женственности, двух bambini, а у тебя нет ни одного.
— Достаточно! — почти рявкнула Антониетта. — Я не желаю, чтобы ты еще когда-нибудь повторила это Таше в моем присутствии, Марита.
— Я сожалею, прости меня, Таша. Тони права, мне не следовало говорить таких вещей.
— Я не обращаю внимания ни на что, сказанное тобой, — воинственно ответила Таша, но ее голос дрожал.
Марита обратила все свое внимание на Антониетту.
— Тони, мне действительно крайне необходимо поговорить с тобой насчет Франко. Он сейчас на встрече с nonno. Я не хочу, чтобы ты мешала им. Пойми же, он заслуживает еще одного шанса. Настало время nonnoпонять, чего он стоит и соответственно отнестись к нему. Он должен быть вице-президентом и всеми уважаемым человеком.
— Тебе же известно, что у меня нет права голоса относительно принимаемых nonnoрешений, Марита.
— Просто пообещай мне не губить шансы Франко. Я настаиваю, Антониетта. Ты же знаешь, как упорно он работает и заслуживает намного большего, чем ему дает nonno. Одна маленькая ошибка должна быть прощена.
— Это не было «маленькой ошибкой», как тебе прекрасно известно, Марита. Ты давила на него, пока он не стал злым и жестоким в попытке заслужить твое уважение. Он предал свою семью и нашу компанию. Ему повезло, что против него не были выдвинуты обвинения, и nonnoприслушался к моим и Ташиным мольбам позволить ему остаться здесь. Если ты снова подталкиваешь его сделать что-то, о чем он впоследствии пожалеет, то подумай хорошенько, Марита. Nonnoне простит еще одного предательства. Даже ради детей, Марита. Так же, как и я.
— Он отклонил великолепное предложение от компании Кристофера присоединиться к ним. Слияние пошло бы на пользу обеим компаниям. Франко доказал свою верность, хотя знал, что слияние сделало бы нас всех очень богатыми.
Антониетта вздохнула.
— Мы уже богаты, Марита, и от этого слияния наша компания ничего не выигрывает, оно на пользу только Демонизини. Ты отлично знаешь, что отец Кристофера даже пытался ухаживать за мной
— Семьи объединятся, когда Кристофер женится на Таше.
Громкий треск, а затем душераздирающий крик боли прервал обеих женщин. Непрерывный крик ребенка, испытывающего страшную боль, ни с чем нельзя было спутать. Таша мгновенно повернулась на звук.
— Это маленькая Маргарита! — и сразу же, едва выкрикнув это заявление, она выбежала из комнаты.
Доносящиеся с нижнего этажа крики были ужасными. Антониетта никогда не слышала ничего подобного.
— Что-то на самом деле случилось с Маргаритой.
— Она просто хочет внимания, — Марита закрыла уши руками. — Таша должна заставить ее прекратить так шуметь, ни одному Скарлетти не следует устраивать такую сцену. Это влияние Таши. Если Франко услышит ее, то помчится к ней, вместо того, чтобы сосредоточить все свои мысли на делах, как ему следует поступить! — но она бежала, даже когда жаловалась.
Антониетта вслушивалась в тон ее голоса, не в слова. Марита была напугана, ее дыхание стало прерывистым. Антониетта держала ее за руку, когда они спешили вниз в главный холл на звук доносившихся криков. На широкой лестнице ей пришлось замедлить свой бег, так как она не хотела оступиться. Неожиданно Марита выдернула свою руку и прижалась спиной к стене.
Антониетта услышала, как Таша успокаивает шестилетнюю девочку.
— Тише, тише, теперь здесь Тони, и она проследит, чтобы позвали доктора. Он мгновенно вылечит тебя. Здесь и твоя madre [11] . Все будет в порядке, — по направлению голоса Антониетта определила, что Таша сидит с ребенком на полу у основания лестницы. Она осторожно спустилась с последней ступеньки и остановилась, стараясь не споткнуться о них.
11
madre (ит.) — мать.
Марита закричала, ужасный звук добавился к крику боли Маргариты. Послышался глухой звук, на пол упало тело.
— В чем дело? Что произошло, Таша?
— Не обращай внимания на Мариту. Она свалилась в обморок, что всегда делает во время кризиса. Сюда, Тони, — Таша поймала Антониетту за руку и направила к плачущему на полу ребенку. К данному моменту крики перешли в рыдания, поскольку Маргарита пыталась восстановить контроль. — Это ее правая нога. Скажи мне, что ты думаешь. Не шевелись, piccola, осмотреть тебя займет всего минуту, а Антониетта, как всегда, будет осторожной. С твоей madreвсе в порядке. Она просто в обмороке. Ты сама не раз видела, как она это делала раньше, — Таша снова и снова целовала кудрявую головку, стирая слезы, бегущие по маленькому личику. — Будь осторожна, Тони. Здесь повсюду щебень.
Антониетта осторожно провела рукой по тонкой ножке. У нее перехватило дыхание, когда она почувствовала рваную рану от высунувшейся наружу кости.
— Таша права, cara mia, нам незамедлительно нужен доктор для тебя. Ты такая храбрая, что осталась здесь с Ташей, — она стала говорить громче, поскольку почувствовала приближение своей ассистентки, привлеченной криками. — Жюстин! Нам сейчас же нужна скорая помощь. — Жюстин Тревис была ее ассистенткой в течение тринадцати лет, ее глазами и ушами среди постоянно меняющихся домочадцев.