ТЕЛОХРАНИТЕЛЬ. Сборник НФ
Шрифт:
Был ли этот человек, кто бы он там ни был и что бы он ни замышлял, связан с этой задержкой? Как считал Диманш, тот именно так и думал. Заблуждался он или имел доступ к информации, которой не располагал Кассел?..
Дентон Кассел, инженер по сбыту, задумался над своим положением. Он был неплохим инженером, и, кроме того, поразительно хорошо подходил к своему инструменту, который мог быть только у самого лучшего торговца фирмы «Нейроникс». Эта-то характеристика и послужила ему путевкой в столь длинное путешествие, первая часть которого уже была
Шедший следом убийца вряд ли был заинтересован в самом Касселе, или в его миссии, которая была чисто коммерческой, и, тем более, в человеке на Танни. И деньги, если анализ Диманша был верным, не являлись его целью. Что же ему было нужно?
Секреты? У Кассела их не было, за исключением, в некотором смысле, Диманша. Но это было так хорошо засекречено на Земле, что вряд ли кто-либо столь далеко мог узнать о его существовании.
И все-таки этот головорез намеревался убить его. Уже практически считал его убитым. Возможно, стоит расследовать это дело дальше, если это не связано с большим риском.
— Лучше начать двигаться, — это Диманш.
Кассел медленно побрел вдоль тротуара, который по обе стороны бульвара граничил с транспортным потоком. Снова шел дождь. Он был обычным на Годольфе, планете с контролируемой погодой. Аборигены любили дождь.
Кассел отрегулировал управление слабого силового поля, отражавшего дождь. Он расширял угол поля до тех пор, пока вода не начала беспрепятственно скользить через него. Затем, проклиная отвратительный климат и полуамфибий, создавших его, сузил поле вокруг себя, пока оно не достигло видимости, и капли начали отскакивать.
Неподалеку из транспортного потока появилась годольфианка и стала на тротуар. Это было то, что делало жизнь человека опасной, — видоизмененная Венера, ослепительно юного возраста, воспитанная в духе современных требований.
Вода. Она была совершенным строительным материалом. Простым, дешевым, бесконечно гибким. С помощью несложных механизмов и с головокружительной скоростью лента транспортного потока двигалась на различных уровнях через весь город. Годольфианин попросту нырял в нее, быстро и бесшумно направляясь к месту назначения. В то время как человек…
Кассел поежился. Если бы он утонул, то это приняли бы за несчастный случай. Не проводилось бы никакого расследования. Убийца, шедший за ним по пятам, безусловно, выбрал правильное место.
Годольфианка прошла мимо. На ней был гладкий, лоснящийся, коричневый мех, ее собственный. Кассел был почти уверен, что она пробормотала вежливое «арф». Что она имела в виду, он не знал и не имел намерения выяснять.
— Следуйте за ней, — дал инструкцию Диманш. — Нам нужно исследовать нашего человека на более близком расстоянии.
Кассел послушно повернулся и пошел за девушкой. Напоминая кошку, она была привлекательна своим антропоморфическим
Когда Кассел повернул обратно, предполагаемый убийца все еще рассматривал товары. Человек, или по крайней мере человеческий тип. Крепкий парень, физически вполне способный к насилию, если только внешний вид имеет какое-либо отношение к этому. Лицо, впрочем, было не характерным для насильника — спокойное, почти кроткое. Лицо ученого или мыслителя. Оно не подходило убийце.
— Ничего, — буркнул Диманш с отвращением. — Его мысли застыли, когда мы подошли ближе. Я смог почувствовать, как он дернул лопатками, когда мы проходили мимо. Предчувствие вины, конечно. Проектирование на вас замышляемых действий. Это указывает на нож как на возможное оружие.
Кассел остановился неподалеку от витрины. Дрожащими руками вынул сигарету и нащупал зажигалку.
— Прекрасное мышление, — похвалил Диманш. — Он не попытается что-либо предпринять на этой улице. Слишком опасно. Поверните за угол на следующем пустующем перекрестке и пусть он следует за огоньком вашей сигареты.
Зажигалка вспыхнула в его руке.
— Это один из способов выяснения, но, может быть, было бы безопаснее для меня сконцентрироваться на том, как попасть в отель.
— Мне любопытно. Поверните здесь.
— Пошел ты к черту, — нервно отрезал Кассел. Тем не менее, подойдя к перекрестку, повернул.
Это был годольфианский эквивалент переулка, узкого и темного. Маслянистая, медленно текущая вода журчала по одну сторону; высокие, глухие, неясно вырисовывающиеся стены — по другую.
Ему следовало бы отрегулировать фактор любопытства Диманша. Это хорошо, что он так интересуется незнакомцем, но, кроме того, существовала проблема, как выйти из этого приключения живым. Диманш, электронный инструмент, естественно, этого в расчет не принимал.
— Легко, — отреагировал Диманш. — Он у начала переулка, идет быстро, удивлен и доволен, что вы пошли этим маршрутом.
— Я тоже удивлен, — заметил Кассел. — Но не сказал бы, что доволен. Во всяком случае, не сейчас
— Осторожно. Даже внутренняя вокализация отвлекает. Механизм, спрятанный на его теле, некоторое время молчал, затем продолжал:
— У него повышается кровяное давление, учащается дыхание. В данный момент он, возможно, готов вербализировать, зачем он хочет убить вас. Это критическое состояние.
— Да, это не обман, — горько согласился Кассел. Он по-прежнему сжимал зажигалку. Было очень трудно не оглянуться. Темнота становилась все более зловещей.
— Спокойнее, — сказал Диманш. — Он вербализирует по поводу вас.
— Он решил, что я хороший парень, и в конце концов, все прекратит и попросит у меня огонька.
— Я не думаю, — ответил Диманш. — Он шепчет: «Бедняга, мне так не хочется убивать его. Но дело обстоит так — либо он, либо я».
— Он более прав, чем думает. Хотя к чему все это насилие? Есть ли здесь какой-нибудь тайный смысл?