Телохранитель для Розы

Шефф Вийя

— Сколько вам лет, если не секрет?

— Двадцать два, — нахмурившись. — А что?

— Ничего.

Девчонка ещё совсем.

— А вам?

— Мне тридцать два.

— И как давно вы рискуете жизнью ради толстосумов? — ошарашивает вопросом.

— После академии. Странно, что живя в таком шикарном доме, вы называете людей толстосумами.

— Я не всегда так жила, — грубо. — И такой жизни не хотела. Но пришлось…

— Роза, признайтесь. Ваш муж вас обижает?

— Нет, — отворачивается к окну.

—

А мне показалось…

— Вам показалось! — обрывает меня. — Хорошо у нас всё! Любовь и всё такое.

Всё такое… Про любовь так не говорят. Там другие слова хочется произносить.

— Я, пожалуй, пойду, — направляюсь к двери. — Мне ещё территорию осмотреть надо.

— Вы телефон забыли, — останавливает меня.

Протягивает мне его. Наши пальцы встречаются. Так приятно покалывает кожа в месте соприкосновения. Я снова перестаю дышать.

Ловлю её взгляд. Она смущённо улыбается, а на щеках появляется лёгкий румянец.

Я не могу себе позволить смотреть на неё как на женщину. Она клиент. А значит, нужно включить холодную голову и перестать думать о том, как я хочу её поцеловать.

Твою мать! Я всего час в доме, а у меня уже мозги набекрень.

Хотя… Мужчинам достаточно нескольких минут, чтобы понять, что он хочет эту самку. Я, блядь, понял за секунды.

Выйдя во двор, достаю из пачки сигарету и подкуриваю. Курю обычно всего три или четыре раза в день. Но теперь, похоже, придётся чаще вдыхать ядовитый дым. А ведь обещал, что после Нового года брошу.

По затылку скользит холодок. Такой бывает, когда кто-то наблюдает со стороны. Поворачиваюсь к дому и вглядываюсь в окна. В одном колыхнулась штора. Спальня Розы.

Подглядываешь за мной?

— Показать что-нибудь? — подходит ко мне ещё один охранник периметра. — Саня, — протягивает руку.

— Тарас, — пожимаю в ответ и выпускаю дым в сторону. — Слепые, тёмные места, дополнительные выходы за территорию и входы в дом, — перечисляю.

— С освещением здесь будь здоров, всё сверкает, как новогодняя ёлка. Только ближе к забору есть теневые участки. Ночью там собаки караулят.

— Собаки?

— Да. Три питбуля.

— Серьёзные, — выдыхаю дым.

— Зимой с них толку мало. Мёрзнут суки, — достает тоже сигарету. — Тут кавказцы нужны, — усмехается.

Чиркаю зажигалкой, он подкуривает.

— Обзор камер, какой?

— Пара слепых зон на несколько метров, а остальное, как на ладони. Пойдем, покажу.

Углы дома. Обычное явление, ничего удивительного.

— Хозяйка часто покидает особняк? — бросаю взгляд на окна Розы, там тихо.

— Если не считать института, то нет. Может разок в неделю съездить по магазинам прошвырнуться и с подругами у неё встречи по четвергам после обеда. А остальное время здесь проводит. Горничная говорит, что хозяин её ревнует жутко, вот и контролирует каждый шаг.

Скандалы постоянно на этой почве.

Какие тут все откровенные. Спалили кантору первому встречному.

— Бьёт?

— Не видел. Не знаю. Но плачущей несколько раз заставал в саду.

— Ясно… Зачем вообще столько охраны?

На участке только человек восемь, один в доме и я.

— Волошин непростой мужик. Конкурентов и недоброжелателей полно. Да и как человек он так себе… Вот и трясётся.

Знаю я историю его бизнеса. Дэн просветил подробно. На грязных и незаконных делишках поднялся дядька. Ничем не брезговал. Если глубоко копнуть, то можно его далеко и надолго засадить.

— Думаю, тачку тебе надо показать, — протягивает слова Санек и направляется к гаражу.

Черный представительский мерин. Не хило.

Сажусь в машину, вдохнув приятный запах кожаного салона. Не то, что в спальне Волошина… Там я и не понял чем фанило.

— Спасибо! — пожимаю ему руку.

Надо отчитаться перед бугаем и предупредить, что сегодня я в доме не ночую. На пост вступаю завтра с утра пораньше.

Трудно тебе придётся, Тарас. Ой, как трудно…

Глава 3

— Почему не предупредил, что у этого Волошина жена молодая? — наезжаю на брата по телефону, возвращаясь домой.

— Красивая? — посмеивается.

— Красивая…

— А что так печально? Запал? — издевается сучонок. — Ты не спрашивал.

— Ты сказал — женат. Я и подумать не мог, что там девчонка совсем. Волошин искал телохранителя для неё, а не для себя. Понимаешь, что я попал? — срываюсь.

— Какая разница?! Главное, что ты в доме. Держи ушки на макушке и всё будет тип-топ.

— Скажи ещё, что о поездке в Доминикану ты не знал?

— Какой поездке? Нет.

— Такой! Через три дня вылет. Она уже билет на меня купила. За паспортом возвращаюсь. Дэн, мы так не договаривались. У меня работа. Я и так поддался на твои уговоры, документы тебе СВОИ отдал, чтобы ты мог без проблем устроиться. Женатый телохранитель кому нахер нужен?!

— Тасс, успокойся! Доки я тебе вернул. Это, во-первых. Во-вторых, с твоим начальством я всё решу. Ну, на сколько они там поедут? Неделя, две максимум. Погреешься на солнышке, — виновато.

— Прикалываешься?

— Нет. Брось! Что ты красивых баб в купальнике никогда не видел? Видел и предостаточно. Не с одной покувыркался…

— Завидуй молча. Сам виноват, что сразу после академии женился.

— Так у меня любовь… А ты холостой. Отдыхай, наслаждайся прекрасным, — хихикает. — Но только это… Помнишь правила?

— Помню, — закатываю глаза.

— С клиентом — ни-ни. Так что запасись кремом, — подъёбывает.

— Сука!

Дэн там ржёт вовсю.

Да пошёл ты! — отключаюсь.