Тело угрозы
Шрифт:
– Держу цель.
Сам же Зернов занялся тем, что он называл «выходом на огневую позицию»: нацелил «Ураган» носом на тело. Он уже привык к тому, что оно представлялось взгляду как бы колеблющимся, даже мерцающим – это зависело от того, какую часть своей до причудливости неровной поверхности тело, без устали кувыркаясь, подставляло в каждую секунду солнечным лучам: бока (как называли космонавты его длинные стороны) или же торцы – тогда яркость сразу и заметно падала. Вращение тела было равномерным, происходило в определенном ритме, и взгляд воспринимал как бы точки и тире –
– Через три минуты оно подставит бок – надо будет угодить в самое темечко.
Темечком они окрестили относительно ровное, со стомильного расстояния казавшееся совершенно гладким местечко на том боку, которому предстояло вот-вот появиться в их поле зрения.
– Ракета будет лететь четырнадцать секунд. Врубай всю аппаратуру заблаговременно. Там все остынет очень быстро.
Инженер не удержался от вопроса:
– Считаешь, нас не зацепит? Без осколков ведь не обойдется.
– Не думаю. В случае чего – успеем увернуться: дистанция достаточно велика.
Компьютер согласовал оси прицелов ракетных установок и наблюдательной оптики с целым арсеналом приборов, без которых не обходятся военные корабли.
– Хорошо бы все сделать с первой попытки, – проговорил Зернов, скорее всего самому себе. – Тогда еще семь останется.
Он имел в виду ракеты в установках.
– А что их беречь? Может, хочешь, вернувшись, продавать их как сувениры?
Он невольно усмехнулся:
– Неплохой был бы заработок. Только дело не в этом: мы тут все-таки не одни.
И он кивнул затылком, словно показывая назад.
– Ну, – не согласился инженер, – мы же теперь союзники…
Ответить Зернов не успел: яркость тела начала быстро возрастать.
– Внимание! Вышел на цель. Упреждение сделано. Готов?
– Полная готовность!
– Пуск!
Одна из готовых к бою ракет стремительно вырвалась из своего гнезда.
Ракеты «Урагана» были намного меньше и слабее тех, что сейчас на Земле готовились к глобальному залпу; они предназначались для уничтожения спутников и заатмосферных кораблей противника – и те, и другие не прикрыты броневой защитой, а для обстрела земных целей имелись, как все понимают, другие средства. Комочек пламени быстро уменьшался, приближаясь к телу. На шкале мелькали секунды, колесом крутились десятые.
– Брюс, ты видишь? Похоже, они начали обстреливать тело! Крыша поехала?
– Sheet! Идиоты! Нельзя… По местам!
– Что ты?..
– Надо перехватить ее! Номер первый – к старту!
– Первый готов.
– Пуск!
И ракета стартовала с «Амбассадора».
– Командир, они выпустили перехватчика!
– А вот хрен они успеют! Да и с чего это они?..
Лихая гонка получилась. Американец стартовал вторым, но ракета была помощнее. Нагоняла. И перехватила бы, будь расстояние до тела еще хоть на полсотни километров больше. Но не было этих километров. Ракеты поравнялись у самой поверхности. И одновременно сработали – и преследуемая, и преследовательница.
Яркая вспышка на поверхности тела. Лишь на мгновение. Но когда она погасла, еще несколько секунд светилось, хотя куда слабее, то место, куда ракета угодила: кусочек поверхности Тела Угрозы, успевший раскалиться при высочайшей температуре ядерного взрыва. По соседству с телом промелькнуло и погасло несколько искр: вероятно, выброшенные взрывом осколки поверхности. Но они сейчас никого не интересовали: главным было – вот это быстро гаснущее свечение материала, из которого, надо полагать, тело и состояло, поймать в объективы, записать, пропустить через призмы – и безошибочно определить, из чего состоит поверхность объекта, а скорее всего – и весь он: сделанные ранее наблюдения позволяли думать, что оно однородно, поскольку альбедо его оставалось неизменным, как бы тело ни поворачивалось.
– Нет, это не перехват был скорее всего. А может, они и хотели – но не вышло. Отбой боевой тревоги! – проговорил Зернов. И усмехнулся: – Знаешь, я до последнего мига ждал – вдруг оттуда вторую выпустят по нам… Обошлось. Ну, теперь уже совершенно точно можно сказать: кораблем тут и не пахнет. Хотя безопаснее от этого положение и не делается.
– Ну, что говорят анализы?
– К твоим услугам: все на дисплее.
Зернов вгляделся. Тело явно состояло не из льда, водяного или еще какого-нибудь.
– Ты сам видишь: скорее всего это в основном железо. Да еще и никель и титан – немного, около трех процентов. Теперь можно определить массу куда точнее.
Загрузили все параметры, умножили. Зернов присвистнул:
– Да, внушительная сумма летает.
– Сумма?
– Ну, если бы можно было его мягко посадить на Землю – вся металлургия оказалась бы обеспечена до конца века, а то и дольше… Не знаешь, почем нынче тонна железа? Шучу, конечно. Мягко его не посадить… Сколько у нас до связи?
– Восемь тридцать.
– Кодируй. Докладываю: программа-один выполнена без сбоев и срывов. Техника сработала нормально. Продолжаем полет. И передай результат.
– А насчет их попытки перехвата?
Зернов сделал гримасу:
– А ты уверен, что это был перехват? Я сначала тоже так подумал. Но ведь перехвата не состоялось, остается только предположение. Может, у них команда – отвечать на наши действия такими же?
– Почему же не попытались установить с нами связь?
– А если – мы ответили бы? Все просто: у нас нет приказа – и у них наверняка тоже.
– А может, у них на нас вырос зуб?
Зернов ответил сразу – видимо, такое развитие событий уже проигрывал в уме:
– Нет повода. Если бы мы скрывались – только в космосе куда скроешься? Никакая маскировка не поможет. Значит, поскольку мы имеем полное право тут находиться, как и они, – будем молча сохранять добрососедские отношения. Тем более что эта штуковина, давно уже ясно, на корабль никак не похожа – ни на американский, ни на марсианский. А что не наш – это мы еще до старта знали. Значит, и нет никаких причин, чтобы нам с ними играть в разные игры. Да и у них, думаю, тоже.