Текила для девственницы
Шрифт:
Надо будет откровенно с ним поговорить, обсудить ситуацию. В любом случае, нечестно прикрываться мной перед Лерой. Если папа списывает на меня свои финансовые неудачи, это очень обидно!
Потом я вспоминаю о папином подарке, и мне становится стыдно. Упрекаю в чём-то папулю, даже не разобравшись. А он приготовил для меня сюрприз, искал подходящие серьги, потратился…
Хватит обижаться заранее, буду думать о приятном. О том, что позвонил Андрей. Он называет меня малышкой — уже одного этого достаточно, чтобы прыгать от восторга!
А ещё у меня
В квартире первым делом несусь в ванную, а потом выхватываю из пакета Лерин шарф и наматываю его на себя. О, он обалденный! Затем вскрываю коробку с парфюмом, и лёгкий весенний аромат очень мне нравится, несмотря на то, что к дарительнице я не испытываю особо нежных чувств. Лера, всё-таки, молодец, ради моего дня рождения отошла от образа злой мачехи. Радуюсь её подаркам точно так же, как Мишутка сейчас радовался самосвалу. Потому что не ждала, что Лера что-то подарит, учитывая её ко мне отношение.
Ну, а теперь самое главное. С замиранием сердца достаю из маленького пакета коробочку с папиным подарком.
Открываю…
Ой… А где… Ну как же?! Подождите!
Сердце будто срывается с обрыва и падает, падает вниз.
В небольшой коробке лежит подарочная карта торгового центра на три тысячи рублей.
И больше ничего!
Как же так?!
Сижу на кухне и заторможено ем второй кусок шоколадного торта. Мне можно его целиком съесть, на моих жировых запасах это никак не отразится, потому что уже завтра я растрачу все калории на очередной клининговой вахте. Вкуса даже не чувствую.
Но ведь я видела, как папа покупал серёжки с топазами! Голубые капли сверкали в его пальцах. Значит, они всё же предназначались мачехе. Тогда, в магазине, чувствовалось, что папа очень заинтересован в подарке. Но я ошиблась — в тот момент он думал вовсе не обо мне, а о своей четвёртой жене.
Вот так.
Это, конечно, хорошо, что он так любит Леру, но… Я ведь тоже имею право претендовать на его любовь, разве нет? Его и так очень долго не было в моей жизни, теперь я мечтала бы компенсировать все годы «безотцовщины» — особенно сейчас, когда осталась совсем одна, без мамы. А подарочная карта это из разряда: ой, я не знаю, что тебе надо, давай как-нибудь сама.
Грустно, конечно, но… Как-нибудь переживу.
Сотовый требовательно вибрирует в сумке. Снова Андрей?! А-а-а, наверное, переговоры закончились, и он решил встретиться! Вау, вау!
Успеваю увидеть в воздухе праздничный салют, сердце подпрыгивает от радости, мир вокруг закручивается в разноцветную спираль, звенят колокольчики. Но достаю мобильник, и колокольчики умолкают, чёрная волна разочарования накрывает меня с головой. Это вовсе не Андрей, а… господин инвестор.
Бородухин.
— Вероника, добрый вечер! А я вернулся из командировки! — объявляет он счастливым голосом, как будто я ждала его возвращения с флагами и транспарантами.
— Добрый вечер.
— Ника, как у вас дела, как поживаете?
— Спасибо, всё хорошо.
— А
— Сергей Юрьевич, сегодня я…
— Честно говоря, я уже на пути к вашему дому. Вернее, к дому Софьи Геннадьевны, вы же у неё живёте.
Ничего себе, какой быстрый! Не надо ко мне ехать, не надо!
— Вы же обещали, Ника! Забыли?
— Но я…
— Возражения не принимаются!
Боже мой… Ну зачем?! Он ужасно настырный, этот инвестор!
Очевидно, деваться некуда, придётся с ним встретиться. Я ему действительно обещала это. Лучше сразу отстреляться, и дело с концом! Поблагодарю за букет и деликатно объясню, что не хочу продолжать знакомство.
— Хорошо, Сергей Юрьевич. Но у меня был сложный и долгий день, и я…
— Не волнуйтесь, Вероника, я постараюсь организовать вам приятный отдых. Вы не пожалеете. Мечтаю с вами встретиться, хотя у меня тоже день был достаточно напряжённым.
Вот и отдыхали бы — каждый у себя дома!
Ладно, сделаю усилие и избавлюсь от ненужного ухажёра. В принципе, Бородухин ни в чём не виноват. Только в том, что он — не тот, кто мне нужен.
— Договорились. Я буду готова через полчаса.
— Отлично, Вероника! Подожду вас у подъезда.
Что можно успеть за полчаса? Очень многое! Я развиваю лихорадочную деятельность: принимаю душ, затягиваю волосы в тугой пучок, немного подкрашиваю глаза и наношу блеск на губы. Вспоминаю, как собиралась на банкет в ванной комнате в квартире Андрея. Такое ощущение, что с того момента прошло не три недели, а целая вечность! И как изменились наши отношения с бесподобным юристом, причём, в лучшую сторону! От этой мысли сердце замирает.
Только бы разделаться с Бородухиным.
Сногсшибательное фиолетовое платье, купленное в воскресенье Сонечкой, не надену, фигушки! Оно для встречи с Андреем, он первым меня в нём увидит. Кстати, к этому платью идеально подойдёт воздушный шарф, подаренный Лерой. Мама говорила, что мои голубые глаза приобретают оттенок лавандового фианита, стоит мне надеть что-то фиолетовое…
Натягиваю узкие чёрные брюки и тонкий джемпер. Если инвестору приспичит поехать в ресторан, буду выглядеть вполне уместно. Я, конечно, надеюсь, что мы обсудим наши дела прямо во дворе, у машины. Объяснюсь с Сергеем Юрьевичем, и пусть он быстренько убирается восвояси. Обязательно надо от него отбиться!
…Как и любая другая деталь в его образе, автомобиль у Бородухина статусный — внедорожник «мерседес» последней модели с огромной эмблемой-звездой на решётке радиатора. Автомобиль переливается у подъезда в свете фонаря, весь в бисере дождевых капель.
Со вздохом потуже затягиваю пояс плаща и спускаюсь с крыльца. На чёрном асфальте блестят лужи, мокрая осенняя листва сияет в темноте глянцем. Сергей Юрьевич выпрыгивает из автомобиля с радостным лицом, хватает за обе руки, сжимает их ласково в ладонях, наклоняется и целует. Надо же, какие манеры, мы словно перенеслись в девятнадцатый век!