Текила для девственницы
Шрифт:
Глава 10. Мы такое не едим
Вероника
Мои силы на исходе, лекции сегодня были сложные, плюс выматывающий семинар с язвительным преподом. Он из разряда тех индивидуумов, которые способны ощутить собственную ценность, лишь принижая достоинство других людей. Из аудитории мы выползаем чуть живые, будто нас использовали в качестве боксёрской груши.
Выхожу из здания университета, прощаюсь с однокурсниками, смотрю в серое небо и с тоской думаю о том, что сейчас я должна отправиться на уборку в банк. Офис большой,
Но тут поступает сообщение от менеджера: приезжать не надо, в банке проверка, и я выдыхаю с облегчением. Повезло! Что-то я чересчур загрузилась, надо освободить хотя бы пару дней в неделю, я же не робот!
А через секунду дождливый пейзаж вокруг меня взрывается яркими красками — вижу на смартфоне входящий от Андрея.
— Привет! — радостно кричу в трубку. — Андрей!
Тут же себя одёргиваю. Поменьше эмоций, а то сейчас скажу что-то не то. Неделю назад произнесла на кухне целую речь, живописуя собственные несчастья, и, боюсь, утомила гостя. Не надо повторять своих ошибок.
Судорожно сжимаю сотовый, не вижу ничего вокруг. Прохожие исчезли, маршрутки и автобусы замерли на мокром проспекте, все звуки стихли. Во Вселенной остались только я и Андрей.
— Привет, Вероника! Сейчас можешь говорить?
— Да!
— Лекции закончились?
— Я только что вышла из здания, стою на крыльце.
— Не промокнешь? У меня за окном дождь.
— Здесь тоже. Но маленький совсем.
— Наконец-то мы совпали, Вероника! Думал, это никогда не произойдёт, то ты занята, то я. А ещё и выходные пропали, истратил их на охоту.
— Боюсь даже спросить… а как там лось?
— Вероника, он уцелел! Сбежал от нас.
— О-о-о, какое счастье!
— Да, это здорово. Было бы жаль, если бы он попался. Ника… Как приятно слышать твой голос! Мы с тобой целую неделю не могли нормально поговорить.
— Да, увы, никак. Каждый день расписан по минутам.
— Похоже, мы оба трудоголики.
— Жизнь — боль, — смеюсь я, а сердце бешено стучит от радости.
— Да не говори! — чувствую, что Андрей тоже улыбается. — Я выскочил из переговорной на пять минут. Мужики устроили перерыв, но потом опять полное погружение.
— Надолго? До конца рабочего дня?
— Нет, что ты! Возможно, даже и до утра.
— Как?!
— Малышка, у нас всё только начинается. По ощущениям и предыдущему опыту могу сказать, что, вероятно, просидим всю ночь. Надеюсь, мужики не поубивают друг друга. Все настроены решительно, это называется «не отдадим ни пяди родной земли». Каждый пункт контракта переделываем по десять раз, уже нервов не хватает!
— Андрей, какая напряжённая у тебя работа!
— Да и у тебя тоже, Ника… Учёба, работа. Устала сегодня?
— Нет!
И это правда, так как едва я услышала голос Андрея, вся моя усталость мгновенно улетучилась, меня словно подсоединили к гигантскому источнику питания.
— А ты, Андрей, как?
— А у меня уже глаза в кучку и мозги набекрень, — смеётся юрист. Его, наверное, совсем замордовали. — Всё, Ник, меня зовут,
— Удачных переговоров!
— Пока, малышка! Будет возможность, позвоню ещё. Ты не против?
Не против?! Да я об этом мечтаю!
— Буду только рада, Андрей!
…Сердце всё ещё не успокоилось, так и скачет в груди. Ещё пару минут стою на крыльце, сжимая мобильник. Воздух насыщен влагой, стальные тучи нависли над городом, а меня затапливает счастье, волны радости сбивают с ног.
Соня ошибается, Андрей — вовсе не однолюб! Он давно забыл красавицу Яну и теперь думает только обо мне.
А домой идти вовсе не хочется, там пусто и одиноко…
Доезжаю на троллейбусе до папиного дома — это семь остановок. Прикинув, сколько можно истратить денег (нисколько!), устраиваю безжалостное харакири своему банковскому счёту: покупаю дорогой самосвал для Мишутки и шоколадный торт и иду в гости без приглашения — проявляю инициативу. Тем более, что три недели назад папа сам меня позвал, а от мачехи ждать приглашения бесполезно, не дождёшься.
— А, это ты… Заходи, — встречает на пороге Лера.
Похоже, моя красавица мачеха только что слопала целый лимон — выражение лица у неё весьма кислое. На Лере короткий шёлковый халатик, перехваченный поясом в тонкой талии и позволяющий оценить все достоинства фигуры. С длинных точёных ног до сих пор не сошёл загар.
А я бледная моль. Нет, фигура у меня ничуть не хуже, чем у Леры, но кожа молочно-белая, потому что летом я на море не ездила, в отличие от некоторых.
Да, завидую. Ничего не могу с собой поделать.
— Ника, папы нет, у него форс-мажор.
— Что случилось?
— Проблемы с таможней, поехал что-то выяснять.
— Снова проблемы, — вздыхаю я. — Надеюсь, не глобальные?
— Я тоже надеюсь.
Слышится топот маленьких ножек и на меня с разбегу и с индейским воплем запрыгивает пятилетний Мишутка.
— Ника, ты пришла! Ура-а-а-а-а!
Ребёнок точно рад меня видеть. А я его. Мы обнимается и целуемся, мой братан уже такой тяжёлый, что еле удерживаю его на руках.
В новой квартире всё сверкает так, словно тут похозяйничала целая клининговая бригада. Лера дождалась своего счастья: когда бизнес у отца пошёл в гору, семья смогла переехать в большую квартиру. Мама говорила, что папа неудачник, бизнесмен из него бестолковый, взлететь не сумеет. Однако, у папули это получилось, и я очень за него рада. Сейчас, благодаря протекции Андрея, он ещё и с «Армадой» подпишет договор. Супер!
— Что ты принесла?! — коброй шипит сквозь зубы Лера, когда я протягиваю ей торт. — Зачем ты покупаешь химию? Это же нельзя есть!
— Почему? Я его купила в крутой кондитерской! — Растерянно отступаю на шаг назад.
— Ника! Я на диете, Коля на диете, а у Миши детский рацион. Короче, ребёнку я этот торт не дам.
— Мама, давай только кусочек съедим! — ноет Мишутка.
— Зайчик, нам такое нельзя! — ласково, но твёрдо отказывает мачеха. — Ника, заберёшь торт обратно.
— Ладно, заберу, — кротко соглашаюсь я, мне уже стыдно, что расстроила ребёнка.