Технораса

Читатель Константин

У скафандра, кстати, также имелся свой интерфейс, но, уже привыкнув к виртуальному пространству своей киберсети, я еще неделю назад произвел сопряжение интерфейсов всех устройств и теперь постоянно пользовался только виртуальностью. Даже к глазам, доставшимися мне от природы, я стал относиться всего-лишь как органу получения информации в определенном секторе обзора и диапазоне частот. Тот же скафандр передавал куда больше информации, как впрочем и связанная с ним сеть телеметрии самого корабля.

— Цель по вектору 103к, удаление 0.3 а.е.,

время входа в зону уверенного поражения 7.3 сек, активация дронов с седьмого по девятый подкластеры, — только находясь в виртуальности своего пространства, я мог разогнать восприятие до скоростей, на которых общались остальные члены экипажа с боевых постов.

— Я на месте, — отрапортовал я, хотя в этом и не было никакого смысла.

Повинуясь командам капитана, управляющие кластером дронов латуканцы выполнили команду чуть ли не быстрее, чем она прозвучала.

— Принято, — в перерыве между управлением кораблем, капитан Вапу нашел время ответить на мой доклад.

— Есть попадание, — один из латукан, имена которых я путал, сделал доклад о ходе боевых действий в зоне его контроля.

Я постарался никак не выразить своего удивления, хоть мне и хотелось спросить разумного каким образом он смог понять о том, что дроны смогли пробить щит противника, если они это сделали лишь спустя полсекунды, после того как прозвучал доклад о попадании.

— Множественные цели по вектору на 43к, — поступил новый доклад от второго латуканца.

«— Да они ясновидящие что-ли?» — заподозрил я, так как по указанному вектору никого еще не было.

Тем не менее, капитан поверил информации и без промедления выставил на виртуальной карте окружающего пространства маркер-заслон, обозначая позиций для дронов. Управляющие кластером, латуканцы сделали соответствующие манипуляции и очередные подкалстеры покинули свои гнезда. «Предсказание», кстати, оказалось верным, вышедшие из гиперпрыжка, два корвета оказались зажаты между сходящимися векторами перешедших в атакующий режим дронов.

Спасательные капсулы, начавшие отстреливаться от корпусов кораблей пиратов, ознаменовали нашу победу. Три корвета, двое из которых находились в гипере и вышли к месту столкновения по маяку с борта своего «товарища», оказались бессильны перед кластером тяжелых дронов.

— Десятый подкластер, собрать выживших, сорок четвертый и сорок пятый на разборку корпусов и демонтаж, — отдал капитан Вапу очередную команду.

Дроны, несшие вместо вооружение спец оборудование по извлечению живых разумных из спасательных капсул, а также сбору уцелевшего после пустотных боев оборудования, стоили на порядок дороже боевых модификаций, но зато и приносили прибыль, порой в несколько раз превышающую стоимость расходов на содержание всего кластера.

— Залетим на Азуру? — впервые с момента сигнала боевой тревоги, подал в общем чате голос Хонн.

— Да, переждем там, заодно и распродадимся, — чуть помедлив, видимо чтобы ознакомиться с данными, ответил капитан: — семь и три процента урона кластеру

дронов, многовато, соваться в Мрро без полного боекомплекта рискованно.

Разумных, которых удалось извлечь из спас капсул, я так и не увидел. Используемые для их перевозки крио капсулы не имели ни смотровых окон, ни интерфейса, позволившего бы оценить помещенных в их внутренности груз. Номенклатура демонтированного оборудования также осталась для меня неизвестной, к судовой документации, имеющей коммерческую составляющую, несмотря на программу Кибернетика пятого уровня, доступ получить я так и не смог.

«— Зато здесь мне никто не указ», — активируя ремонтно-диагностической агрегат, я переместился сознанием в виртуальную среду и принялся за свою работу.

Мне еще в первый рабочий день стало скучно. Лежать и наблюдать за тем, как программа управляет восстановлением поврежденных дронов или загрузкой прошивок в новые юниты, не доставляло никакого интереса. Потратив пару дней на то, чтобы подобрать ключи к модулю голографического сознания, я объединил виртуальности и начал копировать себе блоки, содержащие принципиальные схемы ремонта и отладки тяжелый дронов.

Если по началу я изучил и использовал только подпрограммы для выполнения простейших функций, то по мере загрузки более массивных баз данных, чувствовал себя способным к переходу на более сложные и ответственные задачи. Так например сегодня я занялся тем, что юстировал сигналы маневровых двигателей, которых на тяжелых дронах стояло по шесть штук сзади и три спереди. Параллельно с этим запуская автоматическое обновление прошивки.

— Надо же, получилось, — ухмыльнулся я после того, как спустя пару часов с начала работы на мой интерфейс пришло уведомление о получении доступа к управлению тяжелыми дронами четвертого подкластера.

Произошедшее боестолкновение оказалось мне на руку, так как сделанная в свое время «закладка» сработала. После получения повреждений, по иерархии кластера, каждый дрон скидывал отчет в соответствующий банк данных, информация из которого обрабатывалась модулем голографического сознания. После этого, выработанные поправки к алгоритмам действий для подобных ситуаций в будущем, загружались вместе с новой прошивкой во все боевые юниты. В этот банк данных я и залил команды переподчинения, скопировав их в свою очередь из «ошейника».

«— Блин», — запоздало дошел до меня страх из-за того, что если об этом узнают, то выпутаться будет очень сложно.

После того как обновленная перепрошивка окажется установленной во всех дронах, мне станет доступна функция управления всем кластером, минуя команды управляющего центра. Если бы меня сейчас кто-нибудь спросил, зачем я так поступил, мне было бы трудно найти правдивый ответ, так как испытываемое тогда чувство не подлежало описанию словами. Возможно, нечто схожее чувствовали хакеры, перед тем как взламывали чужие сервера, или финансисты, обнаружив возможность безнаказанно присвоить себе чужие деньги.