Технократ
Шрифт:
— Твое величество! Одно тело великого ишиба и один выживший!
Новость свалилась как снег на голову.
— Что? — переспросил король, отрывая взгляд от земли. — Что? Какой еще выживший?
Гонец, молодой имис в покрытом копотью камзоле, смутился:
— Он — сумасшедший, твое величество. Мы знаем его… рука не поднялась…
— Сумасшедший? — Михаил не понимал, о чем идет речь.
— Ну да, твое величество. — Гонец виновато развел руками. — Это ведь ишиб Теофар. Мы хорошо помним его еще с Иендерта. Он жил там и высказывал
— Веди, — разрешил король. — Он цел или ранен?
— Целехонек, твое величество. Мигом будет здесь!
Анелия и Аррал, слышавшие весь разговор, подошли к Михаилу сзади.
— Что это еще за Теофар? — спросил король, обернувшись к ним.
Верховный ишиб и принцесса синхронно пожали плечами: имя ишиба им было неизвестно.
Король ждал недолго. Вскоре двое имис привели незнакомца, одетого в грязный коричневый халат. Русые волосы на голове ишиба были всклокочены, да и вообще его вид наводил на мысли, что с ним не все в порядке. Шалый «безумный» взгляд, постоянно двигающиеся губы, создающие впечатление, будто незнакомец что-то жует… Михаил был склонен согласиться с выводами имис о том, что перед ним сумасшедший.
— Ты кто такой? — спросил король, внимательно глядя на подошедшего.
— Ишиб Теофар… — поклонился тот, — твое величество.
— Работал на Олеана? — Михаил по привычке перешел на явный допрос.
— Он мне платил, значит… я работал. — Ишиб говорил с паузами, словно подыскивая подходящие слова.
— И что делал?
— Думал, твое величество.
— О чем? — слегка усмехнулся Михаил.
— О словах и о вещах. Хотя Олеан говорил, что платит мне только за то, чтобы думал о вещах.
Фраза ишиба звучала загадочно, но король быстро и с умыслом сменил тему:
— Олеан был в доме?
— Нет… твое величество. — Ишиб отвечал явно замедленно. — Он отбыл в ставку нового императора.
— Когда?! — Король даже привстал с места.
— Вчера вечером. Должно быть, он уже там.
— Шенкера ко мне! — закричал король имис и, вновь обернувшись к пленнику, спросил: — Олеан ушел в одиночестве или с ним кто-то был?
— Он взял с собой четверых, твое величество. Своих любимых учеников.
Михаил потер рукой лоб, на котором выступили капельки пота. Если Нерман, которого Олеан воспитал, не относился к числу любимых учеников, то король ничего не понимал в жизни. Неужели все зря?
Шенкер примчался немедленно. Имис его уже просветили.
— Сбежала птичка, советник, — с нескрываемым разочарованием сообщил король. — Похоже, он уже в ставке… не догнать. Нужно думать, что делать.
Наставник имис кивнул. На его лице тоже было написано великое сожаление.
— У нас мало времени, твое величество. Император приказал мне быстро возвращаться назад.
— Подождем немного. Время еще есть. — Михаил посмотрел на пленника. — Олеан
— Нет, твое величество. — Тот так сильно качнул головой, что его всклокоченные волосы пригнулись, словно под напором ветра. — Тирров было трое. Все мертвы.
Король задумался.
— Знаешь, Шенкер, — сказал он, — складывается любопытная ситуация. Императрица мертва, на престол вот-вот взойдет новый император Уларата, а наш авантюрист Олеан помчался в его ставку. Между тем Каретт говорил мне, что наследный принц и Олеан — отнюдь не друзья. Что бы это все значило?
— Не знаю, твое величество. Я не политик, а военный, — ответил Шенкер.
— Это значит, что нужно бить! — Король вскочил на ноги. — Немедленно наступать всеми силами Фегрида! Еще не все потеряно! Нужно только выслушать донесения от шпионов… Да я и так знаю, что они скажут! Сторонники Олеана, которых полно в ставке, наверняка мечтают вцепиться в горло сторонникам принца. Наш великий ишиб решил не ждать, а взять власть сейчас. Он надеется, что потом с помощью тирров справится с Фегридом. Командование Уларата парализовано! Нужно немедленно бить!
— Наверное… — Сомнения отразились на лице Шенкера. Ему не приходилось командовать армиями, но он был склонен поверить в справедливость слов короля. — Только что скажет наш император?
— Императора я беру на себя. — Михаил быстро успокоился и опять сел. — Разберись с домом Олеана, советник. Как можно быстрее! И сразу — в путь. Назад!
— Будет сделано, твое величество. — Приказы короля отлично согласовывались с заданием, полученным Шенкером от своего правителя, поэтому советник не колебался.
Михаил хотел было сказать так: «Разберись с домом Олеана, чтобы больше не было никаких выживших», — но, глядя на пленника, передумал. Шенкер — не дурак, сам догадается. К чему пугать сумасшедшего, которому даже такой практичный негодяй, как Олеан, платил за размышления о каких-то вещах?
— Скажи-ка, Теофар, — король обратился к ишибу спокойным и даже приветливым тоном, — так что это еще за слова и вещи, о которых ты думал?
— Я и сейчас думаю о них, — последовал ответ. — Не могу перестать. Никак невозможно!
— Ладно, — вздохнул Михаил, запасаясь терпением. — Расскажи мне о словах.
Взгляд ишиба был тускл, но, по мере того как он начал говорить, его глаза наполнялись огнем. Было видно, что Теофар вскочил на своего конька.
— Слова подлежат реформированию, твое величество. Они слишком вычурны. Вычурна поэзия, философские трактаты, даже пьесы! Нужно все упрощать. Пусть пишут так, как говорят! И сразу станет все понятно… улучшится обучение, зазвучат новые строки. Я утверждаю, что так нужно сделать, уже много лет, показываю пример, но меня не понимают. Гонят отовсюду, считают, что я спятил. Прогнали из Фегрида из-за жалоб великих ишибов, чуть не прогнали из Уларата… к счастью, Олеан взял меня под покровительство.