Техасец
Шрифт:
Ларри отправился на телеграф. На углу Лоудстон-авеню он остановился и, окинув взглядом улицу, заметил неподалеку нужную ему вывеску.
Но тут его внимание привлекла девушка, стоявшая на противоположном углу. Она держала перед собой корзину, наполненную продуктами. Ларри не видел ее лица, только изящную соломенную шляпку. Она неуверенно ступила на доски, которые кто-то положил поперек грязной улицы, и осторожно двинулась на ту сторону, где стоял техасец.
Тут Ларри заметил повозку, которая с бешеной
Девушка услышала грохот повозки и крики мальчишки и остановилась. Корзина мешала ей. Мальчишка, увидев, что она остановилась, стал отчаянно натягивать вожжи. Ему удалось отвернуть немного в сторону, как вдруг девушка бегом бросилась через дорогу.
Ларри рванулся к ней. Она все еще прижимала к груди свою корзину и не видела его. Они столкнулись, и девушка с размаху села на доски, прежде чем он успел ее подхватить. Из корзины посыпались в грязь свертки и баночки.
Ларри дернул к себе девушку как раз вовремя. Повозка промчалась мимо, обдав их обоих грязью. Бледный как полотно мальчишка умчался, ни разу не обернувшись.
— Чертов недоумок, — проворчал Ларри, но спохватился и наклонился к девушке. Она сидела на грязных досках, совершенно ошеломленная, не вполне осознавая, что произошло. Шляпка сдвинулась ей на глаза, а на коленях, словно букет, лежал пучок красной моркови.
— Извините, что мне пришлось действовать так грубо, — сказал Ларри. — Позвольте, я вам помогу.
Он помог ей подняться на ноги. Девушка поправила шляпку, оглядела свое платье, заляпанное грязью, и воскликнула:
— О! Какой ужас! Но могло быть и хуже…
— Ничего, одежду можно почистить, — сказал Ларри. — Я никак не ожидал, что вы побежите. — Ларри улыбнулся. — Разрешите, я провожу вас домой?
Девушка была молода, не старше восемнадцати лет. Свежесть юности и печаль зрелой женщины странным образом перемешивались в ней, и от этого она казалась грустной и застенчивой. Она была небольшого роста, тоненькая, со светлыми волосами. Ее можно было назвать красивой, и она была бы еще более привлекательной, если бы в ее голубых глазах светилось побольше молодого задора.
— Я… э… да, спасибо, мистер…
— Бреннан, — подсказал Ларри. — Ларри Бреннан. Она улыбнулась, на ее щеках появились ямочки.
— Меня зовут Вэнити Карсонс, — сказала она. — Мой отец — Марк Карсонс.
Она быстро отвернулась, будто сказала слишком много, и стала собирать разбросанные покупки. Ларри принялся помогать ей, набивая свои карманы какими-то баночками и овощами. Когда они наконец-то оказались на тротуаре, Ларри сказал:
— Я не здешний, мисс Карсонс. Придется вам показывать мне дорогу…
Он осекся и устремил взгляд мимо нее на улицу, по которой
Это был Боб Мастерс. Он ехал верхом на красивой пегой лошади. Повозкой правила его сестра. Даже на таком расстоянии Ларри почувствовал враждебную настороженность Боба, тот постоянно переводил взгляд 'то на дорогу, то на дома по обе стороны улицы, как будто ежеминутно ожидал нападения и был готов его отразить.
Ленни сидела очень прямо, глядя перед собой. В наклоне ее головы чувствовалось упрямство, почти надменность, и Ларри понял, что в этой девушке заключена недюжинная сила воли.
Она заметила Бреннана и Вэнити Карсонс, в ту же минуту их увидел и Боб. Он рванул поводья своей пегой, круто поворачивая ее к тротуару.
Ларри посмотрел на девушку, стоявшую рядом с ним. Ему показалось, что она смутилась. Он перевел взгляд на парня. Ленни что-то негромко сказала ему, и Боб вернул лошадь к повозке.
Они проехали мимо. Боб Мастерс обернулся, но смотрел он не на Ларри, а на Вэнити Карсонс. Они завернули за угол и скрылись из виду.
Ларри посмотрел на Вэнити.
— Вы знаете Мастерсов? — спросил он.
— Да, — ответила она. Ее голос прозвучал необыкновенно мягко, в нем слышалась нежность. — Я знаю их очень хорошо.
Она подняла голову и сказала уже обычным тоном:
— Я живу здесь, за углом. Напротив банка.
Ник Треллис сидел на стуле в кабинете Чарли Элисона в казино. Его голова была почти полностью забинтована, открытыми остались только глаза, нос и рот. Правая рука висела на перевязи. Осколком стекла ее распороло от кисти до локтя.
Он сидел, привалившись к спинке стула, мрачно опустив глаза, и слушал Элисона.
— Черт возьми, Ник, — говорил Чарли, сидя за своим столом, — я же предупреждал тебя, что этого техасца нельзя недооценивать. Как только я его увидел вчера вечером, я сразу понял, что с ним будет трудно сладить. А после того, как Сэйбер так оплошал в «Эльдорадо», я подумал, что ты как раз тот человек, который годится для такого дела.
В левой руке Треллис держал дымящуюся сигарету. Он поднес ее к губам и глубоко затянулся.
— В следующий раз я не сделаю ошибки, — хрипло сказал он. — У меня еще есть моя левая.
Он сжал в кулаке горящую сигарету.
— Чтобы с ним справиться, тебе не хватит одной твоей левой, нужно еще кое-что, — проворчал Элисон. Он поднялся и подошел к окну.
— Нам во что бы то ни стало нужно остановить Бреннана. — Он стоял спиной к Нику, не глядя на него. Силуэт его высокой фигуры четко вырисовывался на фоне окна. — Мы не можем допустить, чтобы этот скот из «Треугольника» попал в «Косое Н».
Джонсон, тонкий и гибкий, спросил, покусывая соломинку:
— А много этот техасец знает, Чарли?