Тебе посвящается
Шрифт:
Но, против ожидания, слушали его с увлечением, забросали вопросами – не обо всем они знали сами, – и стало ясно, что беседа была нелишней. Совет Натальи Николаевны оказался правильным.
Через два дня отряд 5-го «Б» отправился собирать металлический лом. Поначалу ничто не предвещало ни успеха, ни знаменательных встреч, из которых поздней одна отразилась отчасти на судьбе Валерия. Шумной гурьбой ребята носились по этажам, препираясь между собой, кому звонить в квартиры. На вопрос: «У вас металлолома нет?» – им несколько раз отвечали сквозь двери: «Нету, нету ничего!»
Посовещавшись, ребята
Теперь Гена Конев и Леня Хмелик звонили, а остальные ребята оставались этажом ниже, чтоб не пугать жильцов гамом. Если спрашивали: «Кто?» – Леня отвечал: «Из восемьсот первой школы, извините за беспокойство». После этого им открывали, и Гена говорил, что нашей промышленности нужен металл, а Леня тем временем снимал шапку и галоши, что производило на домохозяек самое благоприятное впечатление.
Но и эта новая тактика не принесла все же большого успеха: помимо прохудившегося чайника, они, обойдя полдесятка квартир, ничего не насобирали. Тут Гена Конев вспомнил беседу Валерия и придумал говорить, что они собирают металл на трактор для целины. Теперь его первые фразы, обращенные к жильцам, звучали так:
«Целине нужны тракторы. Наша школа собирает металл на трактор для целины. Нет ли у вас металла?» – И для наглядности Гена жестом указывал на чайник, который держал за ручку Хмелик.
Таким образом они обошли еще пять или шесть квартир, но обогатились лишь одной кривой кочергой, что, впрочем, всех немало воодушевило. Ободренные, они вошли в новый, суливший, быть может, добычу двор, а впереди шагал Гена Конев, держа кочергу, как палицу.
Гена не унывал ни на минуту. После того как в одной квартире приветливая девушка сказала, что им ни за что не собрать лома на целый трактор, и, между прочим, добавила:
– Если б вам килограмма лома не хватало – тогда еще, я понимаю, была б надежда...
Гена воскликнул:
– Будем говорить, что нам не хватает одного килограмма!
Это возымело совершенно неожиданное действие. Все стремились найти для мальчиков недостающий килограмм металла. Из темноты чуланов и углов женщины извлекали дырявые кастрюли, старые кровати, поломанные примусы. Ребятам достались даже два старых, несколько помятых, но щегольски блистающих самовара...
Маленькая хитрость принесла невиданный эффект. Ничуть не удивился этому один только Тишков, который сказал, что всегда таким способом собирает деньги на кино, говоря всем соседям по очереди, что «не хватает десяти копеек». Остальные были в восторге. Не стыдно будет прийти в школу. Трактор не трактор, а что-нибудь такое серьезное из их лома после переплавки, безусловно, получится.
На участке, который отвели отряду, оставалось обойти еще один дом. Когда пионеры, нагруженные ломом, ввалились во двор этого дома, к ним подбежал мальчишка, сказавший, что в их квартире – он знает точно – очень много ненужных «железяк», но сейчас дома никого нет, кроме ответственного съемщика. По словам мальчишки, это означало, что дело – дрянь, потому что ответственный съемщик – человек
Гена Конев не обратил на эти слова никакого внимания, переспросил номер квартиры, богатой «железяками», и сказал:
– Хмель, пошли.
Они несколько раз звонили, прежде чем послышались шаги и басовый голос:
– Кто пожаловал?
Дверь отворилась, и они увидели высокого, худого мужчину с бородой клинышком, в желтом байковом халате и, как ни странно, темной тюбетейке, что напоминало о лете.
По-видимому, это и был страшный и непреклонный ответственный съемщик. Он держал дверь на цепочке и очень сердито смотрел на маленького мальчика с чайником и большого крепкого мальчика с кривой кочергой. Возможно, он решил, что к нему приехали погостить дальние незнакомые родственники. А может быть, он подумал, что к нему явились за кипятком, и ему было жалко кипятку.
– В чем дело? – спросил грозный ответственный съемщик, хмурясь пуще прежнего, и, не дожидаясь ответа, слегка потянул на себя дверь, отчего щель, в которую он смотрел на ребят, сузилась наполовину.
На это Гена Конев ответил очень удачно.
– Здравствуйте! – сказал он. – Мы к вам. Центральный комитет комсомола...
– Прошу, – произнес ответственный съемщик уважительно, – прошу заходить. Пожалуйста.
В коридоре Хмелик снял галоши и шапку, а Конев продолжал:
– Центральный комитет комсомола считает, что очень важно освоить целинные земли. Для этого нужно много, очень много тракторов...
– Но, собственно... – проговорил ответственный съемщик.
– И вот наша школа собирает металлический лом, чтоб переплавить его...
– И чтоб потом хватило на трактор! – одним дыханием докончил Хмелик.
Не говоря ни слова, мужчина в тюбетейке ушел в глубь квартиры и тут же вернулся, неся перед собой решетку.
– Каминная решетка, – сказал он,– вещь ныне, при паровом отоплении, бесполезная. Прошу!.. Не слишком тяжела? Пожалуйста.
В сущности, «улов» и так уже был богатый, но ребята, раззадоренные успехом, решили постучаться еще в одну квартиру в том же подъезде.
Им открыл молодой румяный мужчина в спортивном костюме, должно быть только что вернувшийся с лыжной прогулки. Он радушно пригласил зайти всех, кто стоял на лестничной площадке.
– Все? – спросил он, когда человек семь ребят с металлическими трофеями заполнили коридор. – Богатство можете оставить в коридоре, сами в комнату заходите.
Комната была большая, с высокими окнами, обставленная совсем новой, легкой и светлой мебелью. Сиденья и спинки стульев и дивана были плетеные, садиться на них, как просил хозяин, было в зимних пальто немного боязно: вдруг продавятся?..
– Маша, – сказал мужчина вошедшей девушке в прозрачном, цветном, как детский шарик, переднике, – вот товарищи – познакомься, пожалуйста! – ищут старые, отслужившие, так сказать, вещи. С образцами можешь ознакомиться в коридоре. Что бы им предложить?
– Так у нас же, Миша, отслуживших вещей и быть не может, – ответила, улыбаясь, девушка. – У нас вещи служить только начинают... Откуда ж взяться лому?
– Это так, – согласился мужчина. – Действительно. Но ты пошарь все же. Вдруг, понимаешь...