Тебе, Победа!
Шрифт:
– Боже мой, Господи, - сказал Клю.
– А я-то еще хотела спать на улице. Пустите меня в палатку.
Она поднялась и потащила в палатку свой спальник. Реми слегка шлепнул ее:
– Трусиха.
– Да!
– заявила Клю, выпрямляясь.
– Трусиха! А ты? Еще брат! Трусиха...
– с возмущением повторила она.
– Сам, можно подумать, не перепугался.
– Страшно, - подтвердил Реми, посмеиваясь. Впрочем, Йон заметил, что мальчик тоже как-то косится на звездное небо. Едва Клю устроилась в середине палатки, Реми тоже влез внутрь, снял
– Застегни, - сердито сказала Клю.
Реми послушно застегнул палатку, и воцарилась абсолютная тьма.
Йон залез в мешок, лег на спину и потянулся. Рядом возилась, устраиваясь, Клю, за ней - Реми.
– Простите, что я вас так напугал, - несколько виновато сказал Йон.
– Да ну вас, - сказала Клю.
– Вы меня ДО СМЕРТИ напугали. Я теперь буду темноты бояться.
Реми вздохнул и сказал:
– Собиралась наша Клю лететь учиться... Теперь ее в корабль не загонишь.
Клю сердито фыркнула.
– Я тебе поиздеваюсь. Дай руку! Я боюсь. Спокойной ночи, Йон.
– Спокойной ночи, - растерянно откликнулся Йон: он не ожидал столь скорого окончания вечера.
Несколько минут прошло в тишине. Потом Йон услышал тихий шепот:
– Спишь? Братик, ты спишь? Remy, dorm-tu?
Реми ровно сопел и не отвечал. Тогда последовало быстрое движение, и мягкие губы Клю поцеловали Йона в лоб.
– Спокойной ночи, - прошептала девочка, опускаясь обратно на свое место.
– Спокойной ночи, - шепотом ответил Йон и долго еще лежал, прислушиваюсь к ровному сонному дыханию брата и сестры. Потом усталость победила, и Лорд заснул.
Он открыл глаза внезапно, как будто вынырнул. Светало. Рядом тихо посапывала Клю. Реми в палатке не было, клапан был расстегнут, сквозь щель вливался ледяной утренний воздух. Йон приподнялся и стал разглядывать спящую девочку... Или девушку? Не мог он для этого чертенка подобрать правильного слова.
Клю пошевелилась, открыла глаза, искоса глянула на него и лукаво улыбнулась. Йон не нашел слов и просто улыбнулся в ответ, тогда она - почему-то чуть печально - сказала:
– Доброе утро, многоуважаемый Йонас. Вы на меня очень сердитесь за вчерашнее?
– Помилуй Бог, не знаю, на что тут можно сердиться, - совершенно искренне отозвался Йон.
– Доброе утро.
– Он быстро наклонился и поцеловал Клю в щеку. Девочка зажмурилась с улыбкой и спряталась в подголовник спальника.
Тут снаружи раздались приближающиеся шаги, и в палатку просунулся Реми.
– Доброе утро. Клю, спишь?
– Не-а, - раскрасневшаяся Клю вынырнула из спальника, но Реми не заметил ее смущения.
– Поднимайтесь.
– Он был очень озабочен.
– Посмотрите. Мне это очень не нравится.
– Йон выскочил из мешка, ожидая ломающей боли во всем теле после вчерашней скачки, но неожиданно обнаружил, что вполне может двигаться. Он наскоро сделал восстанавливающее упражнение (вспомнил молодость и годы занятий форсблейдом). Вслед за ним из палатки выбралась Клю, торопливо натягивая
Реми легко забрался на один из валунов, окружающих палатку.
– Залезайте, Йон.
– По-моему, уже можно на "ты", - проворчал Йон, не без труда поднимаясь вслед за мальчиком. Он хотел помочь залезть и Клю, но она сама буквально взлетела вслед за ним. На плоской верхушке валуна было довольно тесно, поэтому она как бы невольно прижалась к Йону. Тот не отстранился, даже положил руку на ее плечо, но все ощущения, которые она надеялась испытать, были безнадежно испорчены: Йон, глядя на восток, чуть левее красного шара встающего Пеллинора, невольно присвистнул, да и сама она невольно нахмурилась, даже испугалась.
В алом свете занимающегося дня на горизонте, среди холмов, на огромную высоту вздымался черный столб дыма.
– Это там, куда мы едем, - мрачно сказал Йон.
– Да, - ответил Реми.
– Плохо, - мрачно сказал Йон.
– Да, - ответил Реми.
– Я свяжусь со станцией, узнаю, может, есть какие-то новости.
Он спрыгнул на соседний валун, пониже, освободил от рукава запястье с радиобраслетом и принялся вызывать "Северо-Запад".
Йон и Клю продолжали вглядываться в плотный, угрожающе клонящийся к северу дымный столб.
– Йон, - тихонько сказала Клю.
– Случилось что-то ужасное. Я чувствую.
Она сделала маленький шажок вперед, оказавшись чуть впереди Йона, и он положил сзади вторую руку ей на плечо.
– Не бойся, - проговорил он не очень уверенно.
– Справимся. Вы же лесные люди. Я, правда, в лесу - дуболом, но вообще не так уж и безнадежен.
Он слегка прижал ее к себе - попытался успокоить. Клю вздохнула, высвободилась и спрыгнула вниз, к брату. Йону ничего не оставалось, как последовать за ней.
Реми поднял к ним растерянное лицо.
– Станция не отвечает, - упавшим голосом сказал он.
– Ну, может, вышли куда-нибудь, - успокаивающим голосом сказал Йон и тут же понял, что сморозил глупость.
– Отвечает автомат, - сердито сказал Клю, - а потом вызывает кого-нибудь к терминалу.
– Станция не отвечает, - проговорил Реми.
– Даже несущая частота пуста. А браслет работает, я слышу несущую спутника.
– А можно связаться с остальными станциями?
– спросил Йон.
Реми качнул головой.
– Только с терминала. Браслет слишком слабый. Поймать спутник я могу, а подать на него сигнал - нет.
– Реми, - сказала Клю.
– Я боюсь. Что-то случилось.
Мальчик сидел, неподвижно уставясь в серый ровный бок камня. Постепенно брови его нахмурились, глаза приобрели собранное выражение, губы сжались. Он резко поднялся.
– Да. Что-то случилось. Я думаю, что-то плохое. Йон, у вас есть какие-нибудь предположения?
Йон внезапно почувствовал признательность этому тощему, на вид такому жесткому мальчику: тот как бы признавал опыт Йона - хотя, может быть, в основном и бесполезный здесь.