Тебе геймовер!
Шрифт:
— Лиз, впереди поворот! Давай масло?
— Не сейчас! Оно ещё пригодится! Надо шипы!
Я полагал, что Лиз уже не раз участвовала в этих гонках. Значит, ей было виднее. Но почему шипы были лучше, я не понимал. И думать об этом сейчас было некогда. Мы въехали в узкий тоннель, и я нажал кнопку на панели, чтобы высыпать острые шипы на дорогу за нами. Сзади что-то грохнуло и послышался металлический шелест.
— Слишком рано, Макс! Теперь жми!!!
В зеркалах я увидел, как машина за нами резко затормозила, видимо, заметив, как в лучах солнца заблестели рассыпающиеся
Успокаивало только то, что мы хотя бы выиграли время. Надеюсь, два лидера гонки сейчас встретятся и займутся друг другом, а не нами.
Мы же в гордом одиночестве теперь завершали третий круг. Экраны вдоль дороги сообщали о ещё трёх выбывших из игры экипажах. Итого, после первой трети гонки на трассе оставалась ровно половина её участников.
Впереди дорогу перегородили две стоящие поперёк неё машины. Они обе горели и уже никуда не двигались. Между ними был всего метр расстояния. Слишком мало для того, чтобы мы могли проскочить.
— Держись крепче! — крикнул я и заранее перешёл на одну передачу ниже.
— Ты с ума сошёл? Ты же сейчас нас угробишь!
Мы стремительно набирали скорость, а стрелка тахометра уже находилась в красной зоне. Две горящие машины, преграждающие нам путь, становились всё ближе.
— Тормози! Тормози! — кричала где-то сзади меня Лиз.
Я лишь крепче сжимал руль, стараясь держать машину точно по центру.
Глава 14. Финал гонок
Крепко сжимая руль обеими руками, я приготовился к столкновению. Через секунду наш щит врезался в стоящие на дороге машины, расталкивая их в разные стороны. От удара мы потеряли управление и боком заскользили к обочине. С левой стороны раздался оглушающий скрежет металла, а затем мы во что-то резко упёрлись.
— Давай! Давай! Не спи, Макс! — тормоша меня, кричала Лиз. — Заводи! Скорее! Поехали!!!
Очнувшись от её крика, я увидел, что мы стоим на месте, зажатые бетонными блоками спереди и сзади. После столкновения я, кажется, неслабо приложился головой к стойке у двери и ненадолго отключился.
А сейчас я пытался выехать, активно работая рулём и коробкой, двигаясь вперёд и назад. Сдвинуть эти массивные блоки было нереально. И упираясь в них по очереди то передним, то задним щитом, мы мало-помалу смещались в сторону.
Наконец, мы освободились из плена и продолжили гонку. В зеркалах заднего вида снова показался лидер. Он был один. Либо его никто так и не догнал, либо он уже разобрался со вторым номером.
Проезжая мимо большого экрана, мы поняли, что верно было последнее. Нас оставалось четырнадцать.
— Четвёртый круг! — прокричала сверху Лиз. — Пора ускоряться!
Мы и так двигались настолько быстро, насколько могли, пытаясь оторваться от преследования. Но если нашей целью было победить в этой гонке, мы должны были за оставшиеся шесть неполных кругов ликвидировать наше
По всей трассе были разбросаны разбитые и обгоревшие машины тех, кому сегодня повезло меньше. Мы маневрировали между ними и проходили повороты, стараясь не терять темп.
Уже через минуту мы нагнали ближайших конкурентов. Они высекали из дороги искры, касаясь её одним углом заднего щита. Видимо, им пробили колесо, покрышка порвалась, и теперь они ехали на голом диске. К нашему удивлению, в нас никто не стрелял.
Когда мы оказались ближе, я увидел, что стрелок этого экипажа был мёртв, а верхняя половина его тела беспомощно болталась по крыше.
— Почему не стреляешь? — спросил я Лиз.
— Экономлю патроны! Гони вперёд!
Я почти поравнялся с машиной, держась слева от неё. И тут неожиданно раздался выстрел. Наше боковое стекло покрылось густой сеткой трещин.
— Сукин сын! У него дробовик! — крикнула Лиз, спускаясь вниз.
Она стала копошиться за моей спиной, а потом выскочила с чем-то в руках и упёрлась задом в спинку моего кресла. Я отвлёкся от дороги и повернул голову. Лиз двумя ударами приклада выбила наружу боковое стекло, просунула дуло ружья между пластинами жалюзи и выстрелила.
— Да! Мы тоже так можем! — сказала она, дважды щёлкнула затвором и выстрелила ещё раз.
Машина справа чуть тормознула, и мы оказались на полкорпуса впереди. Я воспользовался моментом и крутанул руль вправо, толкнув бочиной конкурента. Опасаясь влететь в ограждение, он снова затормозил и отстал от нас.
— Ему хана! — прокомментировала ситуацию Лиз, имея в виду сидящего у нас на хвосте лидера. — Я наверх, а это тебе!
Она оставила лежать ружьё рядом с пассажирским сиденьем. А мне стало снова всё видно в правом боковом зеркале. Трещины на стекле больше не мешали обзору. Наверное, мне стоило поблагодарить Лиз за помощь.
Интересно, что ещё у неё припасено? Может, у неё есть гранаты? Или коктейли Молотова? Да уж! Кто бы мог подумать!
За следующие три круга мы обогнали ещё шесть машин. Это было непросто. А дальше будет ещё сложнее! Уже сейчас, когда мы оказывались рядом с конкурентами, с их стороны в ход шли разные подлые приёмы. В нас снова кидали гранаты. Обливали бензином, смешанным с маслом. И даже пытались один раз взять с помощью крюка на абордаж.
Лобовое стекло было в трещинах. Но пока это не слишком мешало. Бодаясь с последней машиной, мы лишились левого зеркала. Так что теперь я хуже понимал, что происходит сзади нас. А сзади что-то происходило.
Похоже, лидер гонки не щадил совсем никого. Потому как количество участников постоянно уменьшалось. К концу шестого круга осталось ровно десять экипажей из тридцати. И мы были на седьмом месте.
— Это что такое? — спросил я, обернувшись назад.
Лиз доставала из ящика какие-то чёрные шары с приваренными к ним отростками. К этим шарам крепилась толстая цепь, на другом конце которой была альпинистская кирка.
— Сейчас увидишь! Моя новая разработка! — ответила она и потащила один шар наверх.