Тебе больно?
Шрифт:
— Зачем тебе это делать?
— Я хочу, чтобы ты осталась здесь. Я могу обеспечить тебе комфортную жизнь, если ты мне позволишь.
— Шантажируя меня? — я в ярости, вся нервозность забыта. Я слишком зла, и почему у него сложилось впечатление, что я не кусаюсь, когда меня загоняют в угол?
— Знаешь, любой другой беглый преступник был бы рад такой возможности, — огрызается он, избегая моего вопроса.
— Да, как те заключенные, которых ты убил? — насмехаюсь я. — С чего ты вообще взял, что я беглец?
—
Я открываю рот, чтобы ответить, но он продолжает.
— Проституцией, без сомнения. Может быть, даже воровала у людей. В любом случае, ты не свободна от греха. И я готов поспорить, что копы будут рады услышать о твоем местонахождении.
В течение нескольких секунд единственное, на что я способен — это таращиться на него. Я знала, что Сильвестр не такой дружелюбный, каким притворяется, но никогда не думала, что он зайдет так далеко.
Мои инстинкты борьбы или бегства активизировались, и я вскочила на ноги, даже пытаясь осмыслить ситуацию. Очевидно, он не собирается просто так отпускать меня. Я чувствую себя такой глупой из-за того, что раньше не замечала глубины его одиночества. Изоляция свела его с ума, и он впал в отчаяние.
Но хотя я, может быть, и бегунья, я точно не шлюха. Я всегда буду сопротивляться. Это то, чему Кев научился на тяжелом пути, и то, чему Сильвестр тоже научится.
— Ты прав. Я делала плохие вещи, чтобы выжить, и я определенно не свободна от греха. Так что не заблуждайся и не думай, что ты станешь исключением, — рычу я.
Выражение лица Сильвестра становится грозовым, это единственное предупреждение, прежде чем он встает и бьет меня сзади по лицу, от чего я падаю на задницу.
Он показывает на меня и рычит:
— Это последний раз, когда ты проявляешь неуважение ко мне в моем собственном доме.
Затем он устремляется к лестнице так быстро, как только позволяют деревянные колышки. Мне нужна секунда, чтобы очистить зрение от звезд, от огня на щеке и от крови во рту. Со мной случались ужасные вещи, но даже Кев никогда не бил меня так.
— Что ты делаешь? — воскликнула я в панике, когда он бросился вверх по ступенькам.
Вскочив на ноги, я бегу за ним, добегаю до верха лестницы, когда он поднимает ружье и направляет его прямо на Энцо, который стоит на полпути по коридору со свирепым выражением лица.
Должно быть, в какой-то момент он схватил ружье, когда поднимался.
— Вернись в свою комнату, сынок, — предупреждает Сильвестр, его тон ровный, словно он пытается не напугать дикого медведя.
— Этого не случится, — рычит Энцо, побуждая Сильвестра нажать на цевье пистолета, что является явной угрозой.
Клянусь Богом, если он выстрелит, я надеру ему задницу и не буду
Как будто потревоженный суматохой, звук волочащихся цепей прерывает все, что Сильвестр собирался сказать. Он вскидывает голову и смотрит в потолок: по полу тяжелыми шагами идет беспокойный дух.
— Ты их разозлила, — плюет он через плечо.
— Я? — повторяю я, ошеломленная. — Это ты ведешь себя как сумасшедший.
— Ты еще не видела сумасшедших, юная леди. А теперь иди туда! — я тот момент, когда последнее слово покидает его рот, шаги наверху замирают, усиливая звук его голоса до громоподобного.
Куда?
На мой вопрос быстро отвечают, когда замечают, что он показывает пистолетом в направлении своей комнаты.
Мои глаза расширяются до невозможности.
— Нет, блять, — рявкаю я. — Я не останусь с тобой.
Энцо делает шаг в сторону обезумевшего мужчины, но Сильвестр замечает его и направляет на него пистолет.
— Отойди! Я снесу твою чертову голову.
— Энцо, просто уходи, — рявкаю я. Его взгляд устремляется на меня через плечо Сильвестра.
Я тихо произношу:
— Пещера.
Ему придется довериться мне, чтобы уйти. Это то, что я умею лучше всего.
Энцо сжимает челюсть, мышцы грозят лопнуть. Его глаза становятся обсидиановыми, а взгляд обещает смерть, когда он снова медленно отступает в сторону комнаты.
Он не отводит взгляд до самой последней секунды. Сильвестр захлопывает дверь нашей спальни и запирает ее на ключ.
Прежде чем он успевает направить оружие на меня, я поворачиваюсь и бегу к лестнице.
— Черт возьми, вернись!
Я спускаюсь по ней достаточно быстро, чтобы чуть не упасть лицом вперед. Сильвестр несется по коридору и спускается по ступенькам за мной, но я выбегаю из парадного входа прежде, чем он успевает добраться до последней ступеньки.
— Вернись! — его крик прерывает хлопнувшая дверь. Тяжело дыша, адреналин и паника борются за место в моей крови, я бегу к пещере.
Это единственное место, куда я могу добежать.
Я могу только надеяться, что он не найдет меня там.
Глава 26
Энцо
Я смотрю сквозь облако красной ярости, когда поднимаю ногу и с силой бью в дверь, раскалывая дерево. Мне нужно добраться до Сойер — это все, что я могу чувствовать, все, о чем я могу думать, все, чем я могу дышать. Добраться до Сойер.
Как раз когда я готовлюсь пробить дверь во второй раз, я слышу звон ключей, прежде чем замок щелкает.