Театр мертвецов

Март Михаил

— Ничего ты не найдешь, Костя. Ее уже давно бросили где-нибудь в лесу. Лучше свяжись с этой фирмой и узнай, что да как, если такая существует в природе. Ладно, ребята, работайте, а я хочу посмотреть, как у Судакова дела продвигаются.

Верзина и Марину Грановскую уже допросили. Марину отвели в оперативную машину. Верзина Трифонов нашел в столовой. Адвокат в задумчивости пил кофе.

— Не помешаю, Игорь Палыч?

— Ну что вы, господин Трифонов! Я человек законопослушный, обязан помогать следствию. Хотите кофе?

— Не откажусь.

Трифонов сел к столу.

— Вы будете защищать Марину Грановскую?

— Это мой долг. Я адвокат семьи. Женщину надо выручать, нельзя, чтобы она пострадала ни за что.

— Верно заметили.

Хочу поговорить с вами откровенно, Игорь Палыч. Мы оба с вами проработали в прокуратуре много лет, вы бывший генерал, я бывший полковник, мне кажется, мы сумеем найти общий язык как специалисты, разумеется без протоколов. Они уже составлены.

— Не возражаю. В общем-то у меня от вас секретов нет.

— Ой ли? Значит, вы не будете отрицать, что идея тройного капкана принадлежит вам?

— Вы говорите о пьесе Колодяжного?

— Нет, о пьесе полковника Миронова я не говорю. Я говорю о будничной повседневной жизни. В первый капкан угодил Антон Грановский, во второй — Григорий Грановский, а в третий — Марина Грановская, Я все могу понять и оправдать по логике вещей. Но мне не понятна ваша выгода. Убить всех можно было проще — собрать в кучу и взорвать. Но цель заключалась не только в мести, но и в материальной компенсации. Вот я и хочу понять, как вы ее получите, если так грубо подставили Марину Грановскую. Неужели она вам после всего случившегося простит все да еще денег оставит?

— Вы очень опытный и неглупый человек, Александр Иваныч. Но я вас просто не понимаю.

— Хотите в бирюльки играть? Извольте. Только время потеряем. Желаете выяснить, насколько я осведомлен и как далеко зашел? Я же сам предложил вам играть в открытую. Пожалуйста.

Два года назад в Сочи, когда Грановский обратился к вам за помощью, вы сочли это манной небесной, перстом судьбы. В то время в Краснодарском крае вы имели безграничную власть. А Григорий Грановский попал впросак со своим братом и волею судьбы оказался в ваших руках. Даже самая сумасшедшая взятка не удовлетворила бы ваших амбиций. Вспомним, во что Григорий Грановский превратил Филиппа Родкевича, мужа вашей младшей сестры. Ведь это Родкевич принимал активное участие в вашей головокружительной карьере. Краснодарский край во многом обязан Родкевичу и его жене. Вы же были друзьями, делали друг другу подарки.

Вот один пример. Родкевич был не равнодушен к оружию. Так по вашей наводке ограбили бывшего оруженосца Брежнева генерала Самсонова, имевшего дивную коллекцию. Ее переправили вам в Краснодар, а там несчастье — пожар в ангаре. Коллекция засветилась, и ее пришлось вернуть владельцу. Не всю, конечно. Десяточек экспонатов, особо ценных, вы припрятали. Например, американский боевой арбалет «сигурн», пневматическую снайперскую винтовку «маузер», револьвер «таурус» и другие мелочи. Вы вообще не стеснялись пользоваться своим служебным положением. Когда в адлеровском аэропорту задержали танзанийского гражданина Али Хасана Курбу, который отравил двух земляков на подведомственной вам территории, вы конфисковали у него «разрывной алмаз» и за секрет этого яда отпустили его с миром на родину. А по протоколу у него ничего не нашли.

Но наступили черные времена. Один крокодил проглотил другого. Грановский обвел вокруг пальца Родкевича и разорил его под ноль. Вы потеряли сильную поддержку, ваш друг и сестра в одночасье оказались нищими. И года не прошло, как сам Григорий Грановский пришел к вам на поклон. Тогда вам и пришла в голову гениальная мысль не мстить Грановскому, а пойти к нему в услужение и беззаветным, честным трудом добиться полного доверия олигарха. Вы помогли ему спасти брата-убийцу. Верных своих помощников повысили, а капризных отравили серебряным плющом. Судья Соколов и эксперт Харченко поплатились за свою строптивость. Харченко совесть начала грызть за подлог анализов, после того как мальчишка выбросился из окна. Пришлось ее успокоить. Но одному-то работать тяжело, да еще в столице,

где нет надежных связей. Нужен сообщник, причем такой, чтобы на все пошел ради исполнения ваших планов.

Искать долго не пришлось. В сочинскую больницу с инфарктом попадает отец погибшего ни за что мальчишки. Да как выяснилось, он еще и полковник милиции, работает в Москве на Петровке. Тут и думать нечего. И вот однажды вы к нему являетесь и рассказываете всю правду. Он и сам уже многое знал и был готов к мщению. Родственные души встретились, униженные и оскорбленные, лишенные самого дорогого на свете каким-то поганым ублюдком, который даже не замечает таких мелочей. Он и не таких перешагивал не оглядываясь. И в знак солидарности вы дарите Миронову скипетр — символ мести, орудие убийства, то, что вас объединило в один кулак. Признаюсь, кулак мощный, сильный и меткий. Вы оба люди незаурядные. Не хочу мусолить поднадоевшее словечко «гений». Нынче все великие либо гениальные; стоит только мало-мальски научиться гвозди забивать — как можно причислять себя к гениям. Ну да ладно. Кому из вас принадлежит идея тройного капкана, не знаю, но пьеса написана талантливо. По ней вы и строили свой план. Однако как Грановские могли не замечать, что пьеса-то написана про них?! Вы в ней раскрыли свою схему и дали своим жертвам познакомиться со своей партитурой, а они будто ослепли. Им дверь открывают, а те о стену лбом. Снимаю перед вами шляпу. Вы не мельтешили, в панику не ударялись, а действовали методично, четко, безошибочно. Хороший альянс, ничего не скажешь.

— Потрясающая история, господин Трифонов. Вас бы нам в свою компанию. Горы перевернули бы. Всех сволочей бы истребили. А вы оказались по другую сторону баррикад. Обидно.

— Так и Миронов не на вашей стороне. Вы думаете, он с вами? Выполняет ваш заказ? Нет, он сам за себя, потому и стал исполнителем. А вы ведь не меньше других виноваты в смерти его сына. По вашим указаниям уголовное дело перевернули с ног на голову.

— Значит, вы хотите выставить меня заказчиком, а Миронова исполнителем. Как вам будет угодно, Александр Иваныч. Но вы же знаете, что только исполнитель может доказать факт заказа. Вам бы книги писать, не хуже мироновских получилось бы. Приятно было выслушать ваши откровения. Все логично. Очень похоже на правду, но только на слух, а не на зуб. А что есть на зуб? Так, чтобы пощупать можно, попробовать, фактик какой-нибудь полновесный. Где ваша тяжелая артиллерия, чем вы меня бомбить будете? Детективными историями потчевать? Спасибо, уже выслушал с большим интересом, а дальше что? Ждете моих чистосердечных признаний? Так их не будет. Я кристально чистая личность. Вам не то что арестовать меня, но и задержать не за что. Урок вы мне хороший преподали, но ведь мораль она не мать доказательств, а неодушевленная пустота.

— Так я и не пришел к вам с ордером на арест, а так, пообщаться. Может быть, последний раз видимся.

— Очень на это надеюсь.

Трифонов улыбнулся и вышел. Возвращаясь в машине в город, Забелин вдруг встрепенулся.

— Черт, чуть было не забыл!

Он достал из кармана маленький диктофончик и несколько кассет размером со спичечный коробок.

— Что это? — спросил Трифонов.

— Это вам просила передать Марина Грановская.

Трифонов нажал на кнопку «пуск», и из динамика послышался голос Верзина:

«…Думаю, пистолет должен находиться у тебя под рукой. У тебя на столике всегда стоит большое блюдо с фруктами, накрытое салфеткой. Гриша фрукты не ест. Положи пистолет под салфетку. Твое движение к блюду с фруктами не вызовет подозрений. А дальше все зависит от тебя. Как только станет ясно, что Грановский мертв, все поймут, что ты истинная хозяйка империи…»

Трифонов нажал кнопку «стоп».

***

— Безусловно, Верзин очень умен, хитер и оригинален. Все предусмотрел. Одного не учел — женщины коварнее. Плохое знание предмета приводит к краху.