Те странные пути...
Шрифт:
Башня оказалась неплохо так заселённой. Верхние два этажа занимали, насколько поняла Ксения, крепостные маги. То и дело, пробегая мимо их помещений, она видела не только такие же узкие столы, как у Шилоха, но и самих магов, которые (она иногда оборачивалась и видела) внезапно застывали, тщетно прислушиваясь к чему-то. Она знала: интуитивно они чуяли, что мимо них пронеслось нечто, но разглядеть его не могли.
И понимала ещё одну вещь: силы возвращаются! И довольно большие, какими и были в самом начале! Пока немного волновало одно: она перележала на кровати из-за своей слабости,
Неужели его тоже смущает её положение потенциальной рабыни? Как раньше смущало его собственное положение мужчины, который не может обеспечить женщине хороший дом и какое-то содержание?
Башня сообщалась с основным зданием крепости - Ксения не знала, как оно называлось. Но всё тем же лёгким ветерком она проскочила мимо стражников, охранявших вход в это здание, и сразу свернула к лестнице, ведущей в подвалы.
Найти подвал в одиночку Ксения не сумела бы. Мало того, что под землёй оказалось два этажа, так ещё и коридоры петляли так, что невольно вспоминался подземный ход из капища, из которой уходили целой компанией.
Но к казематам (так она назвала этаж с клетками в человеческий рост) Ксения всё же вышла с помощью тех же выплеснувшихся из чашки капель. Почему казематы? Этаж был поделён на несколько помещений с клетками. И лишь один был освещён факелами. Стражник здесь стоял в одиночестве - у входа в помещение, откуда как раз факелы и освещали клетку с Корвусом.
Приглядевшись, Ксения сообразила, что часть клетки находится вне поля зрения стражника. Да и сам стражник не очень-то присматривал за единственным пленником, то и дело прислоняясь к стене и окликая стражника с другого конца коридора.
Пока они громко, на весь коридор, общались, Ксения проскользнула мимо "своего" и застыла на пороге. Корвус не был один. Рядом с клеткой, вцепившись в её брусья, стояла женщина в мужском одеянии. А воин сидел на скамье, которая приходилась ещё и кроватью, и, расставив ноги, упёрся в них локтями, спрятав в ладонях лицо.
Ксения нерешительно подошла к клетке, стараясь быть не только бесшумной, но и не подходить ближе к волчице. Вдруг учует?
– И зачем ты это сделала?
– сквозь пальцы спросил Корвус, не поднимая головы.
– Твой старший брат велел докладывать обо всём князю. Я выполняю его приказ.
– Судя по всему, тебе не придётся долго выполнять его приказы, - безучастно сказал Корвус.
– Гавилан прощает быстро. Но при одном условии. Ты знаешь о нём.
– Нет, я не знаю.
– Первая же атака демонов-оборотней, и мне придётся идти в рубку среди обычных солдат. Ты знаешь, чем это чаще всего грозит. И ты знаешь, что я не откажусь от такого.
Голос волчицы дрогнул, когда она ответила:
– Я выполняла приказ твоего брата.
– Да, ты выполняла приказ, - тяжело повторил воин.
– Ступай, Метта. Мне надо отдохнуть перед боем.
Волчица опустила
О чём она сообщила князю?
Ксения похолодела, когда поняла: арест Корвуса не связан с тем, что он доставил её в крепость в болезненном положении. Но с чем тогда?
На всякий случай она пообещала себе на будущее держать язык за зубами, когда рядом Метта. И предупредить остальных о том же.
А пока... Она, мягко ступая ногами, замотанными в тряпки, подошла к клетке и пару мгновений думала, окликать ли Корвуса. Но, глядя на него понурившегося, спрятавшего лицо в ладонях, улыбнулась. А если её приход обрадует его? Заставит приободриться? Она скажет ему, что никто не узнает о том, что она здесь. Это уж она точно сумеет... Ксения приблизилась к клетке, оглянулась. Стражник ушёл чуть в коридор, чтобы легче было болтать с сослуживцем.
Одной рукой Ксения нерешительно взялась за брус, другую вытянула в клетку, будто пытаясь дотронуться до воина.
– Корвус!
– шёпотом выдохнула она.
Казалось, он застыл ещё сильней. А потом медленно опустил руки и выпрямился. И Ксения впервые увидела на его лице настоящую улыбку, недоверчивую, но такую радостную...
15.
Улыбаясь всё так же непривычно для себя, как поняла она, Корвус в мгновение оказался у брусьев темницы. Она жадно всмотрелась в его глаза, в его трудную улыбку, из-за которой вокруг рта и глаз разбежались сухие морщинки. Ужас... Или ей только кажется, что он похудел ещё больше?!
А он взял в свои ладони её протянутую руку и будто побаюкал её, такую маленькую и слабую в своих жёстких, осторожных...
– Как ты узнала, где я?
– прошептал он.
– Подсказали... За что тебя?
Он с досадой отвёл глаза, а потом тихонько хмыкнул и взглянул на неё.
– Юлить не буду. Я попросил у князя твоей руки. Ты же появилась в его владениях, значит, его подданная. Сказал ему, что ты всё равно потеряла свои силы. Так почему бы...
– Он прервался, снова безнадёжно глядя в сторону.
– Теперь, когда ты обыкновенная женщина и не нужна князю... Ну... Ты понимаешь. Прости.
Он начал опускать руки, и тогда она сама вцепилась в кисть его правой, горячей и твёрдой, как камень.
– Что ответил князь?
Корвус покосился на коридор.
– Отойди на другую сторону. Стражник не увидит.
– А он меня и так не видит. Я видима только для тебя.
Но Ксения поняла его так: он хочет поговорить с нею. А значит - у него самого можно будет выпытать всё, что ей интересно. С большим сожалением он проводил глазами её руку, которую она убрала из клетки, и они вместе отошли к углу. Да, отсюда коридор не просматривается. Ксения пожала плечами: ну, хоть Корвус волноваться не будет. Он снова держался за брусья, а она стояла напротив, невольно улыбаясь: так хотелось прислониться щекой к его кулакам.