Тайный враг

Грановский Антон

Ну, ничего. Он еще все исправит. Поймает самого матерого оборотня, выставит его на бои и посвятит его Глебу Первоходу! Первоход поймет, как сильно рисковал ради него Ставр, и простит его. Он поймет, что Ставр – не какой-нибудь там подлец или трусишка, нападающий с мечом на безоружных, а смелый и сильный воин.

Ставр слегка приободрился. Все еще можно исправить. Только бы не погибнуть в этом лесу раньше времени. «О, боги, дайте Ставру время на то, чтобы исправить ошибку, а потом делайте с ним все, что хотите!»

Ставр улыбнулся

своим мыслям и принялся было напевать песенку, но вдруг умолк и резко остановился. От того, что Ставр увидел, сердце его отчаянно забилось, в горле пересохло, а по спине пробежала ледяная волна. Парень сжал рукоять меча так сильно, что у него побелели костяшки пальцев. Прямо перед ним, на расстоянии десяти сажен, стояли три рослых, мощных волколака.

До сих пор Ставр ни разу не видел волколаков. Старшие ходоки рассказывали, что всех волколаков убил ядовитый туман, выползший из земли полтора года назад. Но вот – оказывается, не убил.

Воочию твари выглядели даже страшнее, чем их описывали. Каждый из них был раза в два крупнее самого огромного пса. Шерсть у волколаков была темная и густая, а не бурая и клочковатая, как бывает у оборотней. Лапы мощные и когтистые, морды – плоские, очень похожи на человеческие, только черные.

Старшие ходоки рассказывали Ставру, что клыки волколаков остротою и крепостью могут сравниться с хуралуговым кинжалом. А сила челюстей этих чудовищ такова, что они перекусывают человеческую руку, как сухую тростину.

Волколаки стояли с наветренной стороны и не видели Ставра. Ветер лениво перебирал длинную шерсть на их мощных загривках. Чудовища поводили мордами из стороны в сторону, раздувая ноздри и пытаясь уловить запах добычи.

Ставр помнил, что солнечный свет невыносим для их глаз, а потому днем они обычно отлеживаются в темных местах. Но рассвет еще едва забрезжил, да и небо было обложено тучами. Если волколаки заметят или почуют Ставра, смерти ему не миновать.

Не спуская глаз с волколаков, парень стал потихоньку пятиться. От старших товарищей он слышал также, что волколаки ненавидят запах оружия. Может, запах меча-всеруба отпугнет их?

Ставр слегка вынул меч из ножен и продолжал пятиться к вековым пихтам, надеясь скрыться за их мощными стволами. До деревьев оставалась всего пара саженей, когда ветер вдруг переменился и подул от Ставра к волколакам.

Одна из черных тварей вздернула голову, втянула ноздрями воздух, затем повернулась и взглянула на замершего Ставра. Черная губа твари приподнялась, до ушей Ставра донеслось глуховатое рычание, а в следующее мгновение три пары налитых кровью, свирепых глаз уставились на него.

Волколаки бросились все сразу – сорвались с места со скоростью выпущенных из лука стрел и крупными скачками понеслись на Ставра.

Поняв, что убежать не удастся, Ставр выхватил из ножен меч.

Лишь на мгновение Ставр испытал досаду из-за того, что придется погибнуть, так и не доказав Первоходу,

что он не трус. Но уже в следующее мгновение Ставр издал боевой клич и, поудобнее перехватив рукоять меча, отважно ринулся навстречу своей погибели.

Первым ударом меча Ставр разбил переднему волколаку морду, затем увернулся от его когтей и рубанул второго волколака по ребрам. Он слышал, как хрустнули под клинком кости чудовища, но тут третий волколак ударом лапы сбил его с ног и навалился на него всем телом.

Зубы чудовища залязгали в трех вершках от лица Ставра. Однако, будучи гибким и ловким парнем, он и на этот раз сумел извернуться, проскользнул у волколака между лапами и откатился в сторону, сминая сухие стебли травы. Потом вскочил на ноги и снова рубанул волколака мечом.

На этот раз удар пришелся в пустоту, а следующего удара не последовало – самый рослый из волколаков, подскочив к Ставру, махнул когтистой лапой и выбил у него из рук меч.

Волколак легко повалил обезоруженного ходока на землю и положил ему на грудь когтистую лапу. Двое других волколаков сделали попытку отнять у него добычу, но он рыкнул на них, и они, пригнув головы, отошли в сторону.

Волколак снова воззрился на полупридушенного Ставра. Его небольшие желтые глаза пылали злобой и голодом.

– Чего ждешь, тварь! – крикнул Ставр. – Давай! Сожри меня!

И вдруг волколаки, как по команде, подняли морды и шумно втянули воздух ноздрями.

Тяжелая лапа сошла с груди Ставра. Твари резко повернулись и зарычали. Приподняв голову, Ставр увидел в пяти саженях от себя огромное черное чудовище, описать которое он никогда бы не смог, потому что не нашел бы для этого подходящих слов.

Чудовище было раза в полтора крупнее самого крупного из волколаков, шерсть его – клочковатая, грубая – была так черна, что отливала синевой. Из бесформенного тела, похожего на один огромный напряженный мускул, торчали в разные стороны лапы – толстые и тонкие. На одних были человеческие пальцы, другие заканчивались огромными черными когтями, длиною превосходившими метательные ножи.

И вдруг Ставр понял, кто стоит на краю поляны. Это была та самая тварь, которую они с Глебом продали Крысуну Скоробогату.

Волколаки снова зарычали – громко, угрожающе. Шерсть на их мощных холках встала дыбом, глаза заполыхали огнем, с клыков закапала слюна. Они не собирались отказываться от своей добычи просто так. Однако чудовище тоже не отступило.

И тут волколаки ринулись на чужака. Они не стали окружать чудовище, выжидать момент для прыжка, а просто набросились на него, вцепившись зубами в его лапы и бока, и стали грызть их.

Ошметки окровавленной шерсти летели во все стороны. Несколько мгновений чужак молча глядел, как твари грызут его тело, словно был ошеломлен их наглостью, затем, резко выбросив вперед одну из лап, схватил самого крупного волколака за глотку и одним рывком вырвал ему кадык.