Тайные узы
Шрифт:
– Ну как вы?
Я забираю у него сына.
– Хорошо. Я сам буквально полчаса назад домой зашел.
Ваня собирается еще что-то сказать, но его телефон заливается трелью.
– И уже снова кому-то нужен.
– Не без этого. – Он чмокает меня в щеку и принимает звонок.
Я укачиваю Кира и почти не прислушиваюсь. Но когда звучит знакомая фамилия, замираю.
– Да, хорошо, я включу Савчука в список. Опыт работы с ним имеется, поднимем документацию. Пусть завтра подъедет. Никаких проблем не возникнет…
Сын начинает
Завершив разговор, Ваня подходит к нам и с нежностью смотрит на Кира. Гладит его по головке.
– Завтра… Завтра будет кто-то еще, кроме Новиковых? – осторожно спрашиваю я.
– А, пустяк. Савчук в Москве проездом. Они с женой были твоими пациентами давным-давно. Тарас заедет минут на десять, чтобы обсудить с Новиковым дела. Нужно будет переподписать кое-какие документы.
Я холодею. Нет. Нет! Этого нельзя допустить. Ни за что!
Ване снова звонят. Он отвечает, а я смотрю в одну точку, пытаясь вернуть самообладание. Но ни черта не выходит!
У героев есть предыстория – «Тайна под сердцем».
2 глава
Просыпаюсь я по «будильнику», который кряхтит под боком, снова требуя грудь.
– Кто тут у нас такой ненасытный? – нежничаю с сыном.
Мои губы, целуя, порхают над его лицом, и я улыбаюсь, когда он забавно морщится и часто-часто моргает.
Меняю переполненный памперс, еще раз целую Кира в носик и кормлю, пока он не начал плакать и не разбудил Ваню.
Когда сын, причмокивая, сосет грудь, не получается думать ни о чем важном. В моменты нашего единения я изредка ловлю себя на мысли: как быстро летит время. Еще свежи воспоминания о родах. Будто вчера были эти безумно болезненные схватки и потуги, а Киру скоро три месяца.
Поначалу я даже прикасаться к нему не решалась – таким маленьким и хрупким он был. Совместный сон исключила, опасаясь навредить или, не дай бог, задушить его во сне. Меня вырубало сразу, стоило прилечь. Хотя в этом плане ничего не изменилось. Устаю.
Наевшись, сын опять засыпает. Я перекладываю его в кроватку и тоже ложусь доспать ночь, прижимаюсь к Ване. Он обнимает, и так мы валяемся, пока Кир не просыпается.
– Может, слетаем куда-нибудь? – спрашивает Ваня, не торопясь вставать.
– Вместе с Киром? – уточняю я, бросая на него взгляд.
– Почему нет? Он подрос, Нору возьмем. График у меня посвободнее. Зимой было не до того, а сейчас в самый раз.
Ваня придвигается ближе, ложится на бок и, подперев локтем голову, смотрит на нас с Киром. Волосы после сна взъерошены, лицо гладкое и чистое – не дашь Крайнову тридцать пять. Я рядом с ним напоминаю себе зеленое измученное чудовище с черными кругами под глазами.
– Ну… не знаю… – Представляю, сколько всего надо будет взять… – Кир и дома, бывает, устраивает концерты, а в небе,
Стоит сказать про самолет, как, словно выстрелом, пронзает воспоминанием. Прошлое опять тут как тут, но я сразу от него отмахиваюсь.
– Вообще, идея неплохая. С солнцем в Москве что-то совсем плохо в последние дни. Пасмурно, холодно. Даже с коляской надолго не выйти.
– Пару недель, Эва. Море, песок, солнце…
– Только куда-нибудь недалеко. Я не осилю долгий перелет.
Аэрофобия у меня развилась и из-за крушения того самолета, и из-за Кирилла. Все же сложно путешествовать с ребенком. Тут иной раз до врача в центр доехать – целый квест.
– Хорошо, сегодня вечером подберем варианты. Ну или завтра. Скоро Новиковы придут. Возможно, Глеб с ними подъедет.
Глеб – лучший друг Вани. Я теперь о Крайнове все-все знаю, и он обо мне. Ну почти…
Смотрю на сына, который в кои-то веки просто лежит рядом и слушает наш разговор, а не плачет и не подгибает ножки. Неужели колики потихоньку нас отпускают?.. Стоит об этом упомянуть, как начинается.
– Чем тебе помочь? – подрывается Ваня.
– Ничем. Ты и так все отлично устроил. Помощница под боком. Отдыхай. Сам ведь почти постоянно на работе, без выходных.
Я целую Ваню в щеку и, взяв Кира на руки, без малого два часа, до болей с в спине хожу с ним по дому, из комнаты в комнату. Сын капризничает, извивается. Едва затихнув, вновь начинает плакать, и так по кругу.
Нора, управившись с делами, приходит на выручку, и я бегу в душ. Скрываю консилером следы усталости, чтобы хоть слегка стать похожей на человека, наспех делаю укладку – и сразу же на кухню заниматься мясом.
Отбивные получаются изумительно. Готовить я всегда любила, а в последнее время просто обожаю. Материнство меняет женщину. Или это гормоны влияют? Пока до конца не поняла, но с появлением Кирилла что-то во мне безвозвратно изменилось, и прежней я точно не стану.
Ваня тоже подключается, помогает чем может. Мы только недавно переехали. До этого жили в моей квартире. После родов он перевез вещи к нам, нанял бригаду, чтобы поскорее доделать ремонт в загородном доме. И вот мы уже две недели здесь. Общий быт все-таки сближает. Никогда бы не подумала, что снова буду наслаждаться отношениями с мужчиной.
– Представляешь, в прошлом месяце я поднял пятнадцать лямов по сделке! Нам точно надо это отметить.
У Вани дела идут в гору.
– Таранов и Савчук – золотая жила. Но до поры до времени. Большие деньги – это ответственность. Если грамотно их не распределить, не давать кому-то на лапу… В общем, по лезвию ходят ребята. Впрочем, мне-то что. Не мои риски. Хотя… некоторые есть.
– Ты мог бы перенести ваши дела и подписание документов на следующую неделю в офис? – Упоминании Савчука вызывает раздражение.