Тайны сердца
Шрифт:
Софи почувствовала приступ ярости. Но Джулиан крепко держал ее. Она погрозила Лии кулаком.
— Не смейте так говорить о моей матушке. Она никогда не сказала о вас плохого слова, даже когда вы заслуживали хорошего пинка.
— Молчи, ничтожество! Прекрасна? Это просто плохая шутка. Принц, без сомнения, скоро поймет правду о тебе, будем надеяться, раньше, чем женится.
Она отвернулась от них и начала ходить из одного конца комнаты в другой, повторяя:
— Все пошло не так, все. Что мне делать?
Глава 62
Раннее
Роксана осторожно прикоснулась к подбородку и поняла, что она не связана. Челюсть ее, слава Богу, не была сломана, но болела. Роксана лежала на грязной узкой койке у стены. Медленно сев и подождав, пока голова перестанет кружиться, она опустила ноги с кровати, поднялась и огляделась.
В маленькой комнате были один старый деревянный стул и ночной горшок в углу. Через грязное окно с трудом можно было что-то разглядеть, видимо, был день. Где же она?
Роксана подошла к двери и дернула за ручку. Дверь оказалась заперта.
Она хорошо помнила, что произошло. Один из мужчин ударил Девлина по голове. Роксана прикрыла на мгновение глаза, молясь, чтобы с Девлином все было в порядке. Она глубоко вздохнула. Если с ним все хорошо, он должен быть в неистовстве из-за произошедшего, как и Джулиан с Софи. Они наверняка уже ищут ее. Но кто может сказать им, где она? Никто, а значит, она должна выбраться сама.
Три человека похитили ее: двое говорили точно, как Орвальд Маннерс, а вот у третьего был голос джентльмена.
Ни один из них по голосу не походил на Ричарда. Нет, это был кто-то еще, и она смутно припоминала, что где-то уже слышала этот голос.
Но разве не Ричард должен стоять за ее похищением? Это может быть только он. Роксана вспомнила слова мужчины, что они отправятся, как только она проснется. Отправятся куда? Страх пригвоздил ее к полу. Она задрожала.
Нет. Надо успокоиться.
Отсюда можно выбраться, и она найдет способ сделать это. Роксана быстро поняла, что ни один из находящихся в комнате предметов не удастся использовать как оружие. Похитители постарались убрать все подобные вещи из комнаты.
Оставалось окно, узкое, но Роксана смогла бы вылезти через него, если бы дотянулась. Она поставила стул к стене, взобралась на него и попробовала открыть окно, но оно не поддавалось. Роксана пригляделась. Почему же оно не открывается?
Она услышала голоса мужчин снаружи, быстро подвинула стул обратно, улеглась на кровать и закрыла глаза.
Дверь открылась. Она услышала тяжелые мужские шаги и постаралась лежать без движения. Могут ли они слышать, как стучит ее сердце? Надо дышать медленно
— Похоже, она все еще видит сны о разукрашенных платьях и танцах с герцогами.
— Ты сильно ударил ее, Крэнни.
— Не надо, Вик, я только легонько ее хлопнул. Посмотри, что она сделала с моим лицом, расцарапала к черту. У меня теперь будут проблемы с женщинами.
— Как будто хоть какая-нибудь стоящая женщина поднимет для тебя юбки. А вот что она сделала со мной — треснула так, что у меня чуть кишки не выпали.
— Заткнитесь, вы оба, — сказал третий. Голос его был спокоен и холоден как лед. Он подошел к кровати.
Не чихнуть, только бы не чихнуть.
Роксана почувствовала его дыхание. Не двигаться и притворяться не пришедшей в сознание стало еще сложнее. Она чуть не вздрогнула, когда он прикоснулся к ее щеке.
Не чихнуть, только бы не чихнуть! Но как же ей хотелось это сделать. То ли из-за запаха одежды одного из бандитов, то ли из-за пыли. Ей захотелось рассмеяться. Да что же с ней такое? Надо лежать тихо!
— Она весьма красива, — произнес задумчиво склонившийся над ней человек. В его голосе было что-то пугающее, он говорил о ней как о куске мяса. — Такая безупречно белая плоть, — продолжил он, — интересно…
— Ага, хороша штучка, — ответил Крэнни.
— Ты для нее слишком уродлив, — заметил Вик и хлопнул его не то по плечу, не то по голове.
— Эй! Это зачем ты сделал?
— Молчать, — отрезал главарь, — она скоро проснется. Ее щека стала фиолетовой. Ты действительно слишком сильно ударил, Крэнни.
Она снова почувствовала, как кто-то касается ее подбородка, и чуть не вскрикнула от боли.
— Но кость не сломана. Тихо.
Роксана чувствовала чей-то тяжелый взгляд. Кто это?
— Принц любит свою мать, но все же выбрал эту, а не нежную молоденькую, которую ему подобрала матушка. Думаю, он решил, что эта светла и полна смеха и радости — всего, о чем может мечтать мужчина.
— Сын никогда не делает, как велит ему мать, — печально заметил Крэнни.
— Что вы собираетесь делать с маленькой птичкой, когда она проснется? — спросил Вик.
— Не твое дело.
Роксана почувствовала, что говоривший отвернулся от нее. Слава Богу. Где же она слышала этот голос?
— Ничего хорошего, готов поспорить, — произнес Вик. — Бедная голубка.
С этими словами они оставили ее.
«Они думают, Принцу нужна я, а не Софи? Кто эти люди?»
Роксана заставила себя еще несколько минут лежать неподвижно, пока тишина не сгустилась настолько, что ждать больше стало невозможно.
Она взяла стул, осторожно взобралась на него и попыталась открыть окно. Злополучная рама не поддавалась.
Роксана чихнула, замерла и бросила взгляд на дверь. Никто не вошел.