Тайны прошлого
Шрифт:
— А не мал ли ты, чтобы страхи слушать, еще и вправду старухе пожалуешься.
— Да нет, я уже большой, скоро четырнадцать! — Саня даже малость обиделся, как можно его до сих пор считать маленьким мальчиком.
— Ах, ну если четырнадцать, тогда слушай, — дядя Ваня подсел поближе и заговорщически начал рассказ.
Дед Петро хотя и сам знал эту историю с детства сел поближе и начал слушать, потому что никто в селе не умел так интересно рассказывать, как старый лесник. Чтобы смочить горло или чтобы самому не было страшно, лесник пропустил
— Эту историю рассказал мне мой дед, и не только мне, а всем кому было как тебе лет четырнадцать, мы тоже себя считали очень взрослыми. Для нас эта история была почти как сказка — страшная, но ужасно интересная.
Давным-давно в эти земли приехал страшный человек. Это был воин, известный под прозвищем «Свободный дракон». У него было очень много денег, он руководил походами на разные страны и, поговаривают, смог завоевать земли полные золота, отбив их у темнокожих племен.
— А где? — Санек хорошо зная историю, хотел предположить, кто же этот полководец.
— Не знаю. Одни говорят Индия, другие Африка, а где именно пес его знает. Но золота он нагреб не мало, да и людей собственноручно прикончил не одну сотню. Кроме одной девы, хотя была и темнокожая, но она пленила его своей красотой, да так, что не поднялась его бравая ручища, не знающая страха и сомнения. Взял он ее себе в жены. А так как она была темнокожей, не могли принять ее ни родня ни друзья, и вынужден был этот воин со всем своим богатством и красавицей женой купить наши земли и жить здесь, как тогда считали — в страшной глухомани.
Тут он обрел настоящее счастье, навсегда сложил свое оружие, нанял рабочих, которые построили ему чудесный замок, как раз возле нашего озера. Купил крепостных крестьян и так появилось наше село, правда от первых домов остались только воспоминания, да и от замка только холм, даже до фундамента надо долго рыть.
Его поместье процветало. Он стал настолько добр, что отпустил крепостных на волю. Те не сбежали, а остались жить и работать на его полях. Весь доход с поместья делился пополам: половину брал он, а другую — отдавал рабочим.
— Так чем же был страшен этот человек?
— Не перебивай, а слушай, — рявкнул дед Петро, сам захваченный историей.
— Ну так вот, — продолжил дядя Ваня, — наступил счастливый день в его жизни, его темнокожая жена забеременела. Воитель решил достать для нее лучший в мире подарок и отправился за ним в Европу на самых быстрых конях.
Неблагодарные крестьяне воспользовались этим. Для них, дикарей необразованных, черная женщина, которая иногда появлялась на балконе замка, была не кем иной, как ведьмой. Ею пугали своих детей, поговаривая, что она колдует по ночам и наводит порчу на весь их скот. Да и барина, как они считали, она околдовала. И собравшись с силами, пока не было барина, они решили избавится от сей нечести.
Была темная ночь. Вооружившись вилами, сколоченными крестами из осинового дерева,
Прямо перед замком на рассвете сложили огромный костер, и молодая жена с ребенком во чреве, была заживо сожжена.
Барин вернулся слишком поздно, костер уже догорел, но обугленное тело его возлюбленной продолжало тлеть. У костра была установлена большая надпись: «Сия ведьма, сожжена во имя и во славу святой церкви и непорочного Господа Иисуса Христа, с позволения отца Митрофана».
Вопль оглушил лес. Испуганные крестьяне забились в православную церквушку вместе с попом, который без устали бормотал молитвы.
Воитель ворвался в замок, увидел своих верных слуг мертвыми, озлобился еще больше — открыл сундук, в котором хранился его меч, выкованный из неведомой стали, легкий как перо и острый как зубы дракона. Воин встал у дверей храма, проклял святое имя Бога и призвал в помощь такую нечисть, что у меня и язык не повернется повторить. И с богохульствами на устах и глазами залитыми от ярости кровью, ворвался в храм и изрубил на части всех находящихся там, не жалея ни женщин, ни детей.
— Ой, ну ты можешь жути нагнать, — дед Петро, дрожащей рукой налил еще по чарочке себе и дяде Ване.
— А что дальше? — Саньку не терпелось узнать продолжение.
— А то. Продал он душу свою взамен на силу, чтобы бороться со святою церковью. Но перед этим поехал хоронить останки возлюбленной в землю предков, как и пообещал ей, когда брал в жены. Там-то в тех краях ведьмаков, да шайтанов пруд пруди, для каждого племени свой, да и не один нечистый. А нечисть до нечисти тянется, вот и сдружился там со всякими… Понаучился такому, что поговаривают по воздуху мог передвигаться — черти похватают по бокам и тянут его по воздуху.
Стал он тут церкви палить, православный народ губить, не было от него никакого спасу! Каждый раз как на охоту собирался, поговаривают, сопровождал его туман, да такой что будто на рассвете — алого цвета. Многие храбрецы хотели извести его со свету, да никто не одолел. Каждый, кто бросал ему вызов во имя Господа нашего Иисуса Христа живым после того не оставался.
Санек поежился, он чувствовал, как тошнота подошла к его горлу, еще немного и его вывернет наизнанку.
— Собрали тогда немалое войско, — продолжил свой рассказ дядя Ваня, — тысяч пять самых сильных, все под знаменем с крестом, в доспехах освященных, в шлемах с письменами из святого Писания, со всех краев посходились на битву…