Тайник
Шрифт:
— Странно все это.
— Чего тут странного?
— Я точно знаю, что всех этих вдов засунули в захудалую психушку, а детей — в сиротский дом. Правда, некоторые из них сбежали, живут теперь на улице и кидают бомбы почем зря.
Фрингс заметил, что Самуэльсон прищурился, и понял, что сболтнул лишнее.
— Разве у Литоу не было дома, как у всех нормальных людей?
— Их держат там взаперти.
Самуэльсон остановился.
— Мы так не договаривались. Они нам пели совсем другое. А куда же деваются все эти чертовы
Фрингс пожал плечами. Самуэльсон был явно озадачен.
— У нас здесь свои бомбисты. По некоторым парням тюрьма плачет. Этим проклятым выродкам только там и место. Когда узнал, что они поставили над нами Бороду, я просто обалдел. Он настоящий психопат. Эту сволочь надо посадить на электрический стул или держать в тюрьме, пока не сдохнет. А этот хренов Джонни Яблочное семечко [2] всем здесь заправляет. Но, видать, он тут не шибко разбогатеет.
— Вряд ли он обрадуется, когда это узнает.
2
Герой американского фольклора, посадивший яблоневые сады по всему Среднему Западу.
Они подходили к дому, когда Самуэльсон вдруг резко остановился. Фрингс, погруженный в свои мысли, не сразу это заметил и прошел несколько шагов по тропинке. Вернувшись к действительности, он взглянул на Самуэльсона. Тот пристально смотрел туда, где под сенью старых дубов тропинка выходила к ручью, через который были перекинуты две старые шпалы. Фрингс тоже повернул голову. Ручей переходили трое мужчин в мокрых куртках и джинсах. В руках были ружья, которые они держали с привычной уверенностью. Двое из них Фрингсу были незнакомы, но возглавлял шествие сам Макэдам по кличке Борода.
Бежать уже не было смысла. Фрингс быстро взглянул на Самуэльсона — тот вытянул руки, чтобы показать, что он без оружия. Не обратив на него внимания, Борода склонил голову набок и с сожалением взглянул на Фрингса.
— Что за парень? — спросил он у Самуэльсона, не сводя глаз с журналиста.
— Фрэнсис Фрингс.
Борода изумленно поднял брови.
— Неужто?
Он приблизился к Фрингсу и демонстративно стал его оглядывать. Фрингс почувствовал мерзкий запах перегара. Вблизи Борода производил довольно устрашающее впечатление — широкие плечи, здоровенные ручищи, агрессивная поза. Лицо, заросшее знаменитой бородой, было не лишено мужественности — длинный приплюснутый нос, широкий рот, ровные зубы. Но пустые алчные глаза делали его отталкивающим, и этот человек не вызывал ничего, кроме страха и отвращения.
— Давно я тебя дожидался, — произнес Борода, вплотную подойдя к Фрингсу. Тот инстинктивно отшатнулся.
На лице бандита появилась самодовольная ухмылка.
— Только тебя нам тут и не хватало.
— Я не уверен… — начал Фрингс.
— Ах, ты не уверен, — передразнил Борода.
Самуэльсон
— Вот что, братишка Фрингс. Мы тут живем уже сто лет. И сюда никто никогда не совался. Ты думал, мы куда делись? Думал, они нас прикончили, в реке утопили как котят?
Фрингс не был уверен, что Борода хочет получить ответ на свой вопрос, но тот молчал, и надо было как-то заполнить паузу.
— Мы думали, вы в тюрьме. Все, кого приговорили, — сказал Фрингс, кивнув в сторону Отто и двух других.
Борода длинно сплюнул.
— Так какого хрена ты здесь ошиваешься? — спросил он, задрав подбородок, чтобы казаться выше.
Фрингс судорожно соображал, что бы ответить. Борода нетерпеливо взглянул на него.
— Ну? — рявкнул он в лицо Фрингсу.
— Меня прислал Берналь.
Борода с удивлением воззрился на него. Фрингс нашел в себе мужество, чтобы не отвести взгляд.
— Берналь? И зачем?
— Поговорить с Отто.
Борода помолчал, задумчиво жуя нижнюю губу. Потом повернулся и направился к побелевшему Отто, которому едва доставал до груди. Самуэльсон оказался выше его на голову и фунтов на пятьдесят тяжелее, но было очевидно, что он испытывает ужас перед этим коротышкой.
— Почему Берналь послал этого мудака к тебе?
— Откуда я, на хрен, знаю.
Борода замахнулся, и Отто испуганно отскочил.
— «Откуда я, на хрен, знаю», — передразнил его бандит. — А зачем потащил его на поле?
Самуэльсон не ответил. Борода задумчиво склонил голову и чуть отступил от него. Фрингс видел, что Отто трясется от страха.
— Да ладно тебе, Борода, — произнес Отто и посмотрел на Фрингса. — Расскажи и ему тоже.
Борода перевел взгляд на Фрингса.
— Повтори-ка еще раз, братец Отто.
— Он мне кое-что сказал. Тебя тоже касается.
Борода недобро усмехнулся. Кивнув, он повернулся к Фрингсу. Вид его не предвещал ничего хорошего. Приставив ствол к лицу Фрингса, он стал водить им по его губам.
— Что ты там наплел братишке Отто?
Борода нажал стволом на шов, и Фрингс почувствовал на губах металлический привкус крови. Бандит убрал ружье. Фрингс хотел сплюнуть, но не решился.
— Семьи, которым вы выплачиваете деньги, на самом деле их не получают. Почти все деньги куда-то уходят.
Борода удивленно вскинул голову.
— А ты не брешешь?
— Вы зарабатываете деньги для мэра. А может, и для его дружков.
Борода прикрыл глаза, переваривая услышанное. Сквозь дождь пробилось солнце, и капельки на листьях засверкали как бриллианты.
Борода извлек из кармана куртки металлическую фляжку. Отвернув пробку, сделал большой глоток, спрятал виски в карман и подошел к своим братьям «фермерам».
— Слыхали? — спросил он с пугающим безразличием. — Ну и козел этот Генри, мать его…