Тайная игра

Кононенко Людмила

«Вот какой правильный нашёлся. Там же есть наши эксперты. Нет чтобы сначала пообедать, а потом ехать. Так нет же: «Мы выезжаем», – думал Мурашов, но вслух проговорил:

– Ну что ж, поехали, старлей. На моей машине поедем, раз теперь работаем вместе, так будет быстрее.

Капитан Мурашов, скрепя сердце, повёл старшего лейтенанта к своей машине, открыл её и сел за руль. Новичок сел на пассажирское место. И уже через

мгновение оперативники были на месте происшествия.

– Саш, ты узнай у Плетнёва о ситуации в целом, – сказал Сергей, увидев красивую девушку, – а я опрошу девушку-продавца.

– Что, влюбился с первого взгляда? – шутливым тоном спросил Скороходов.

– Кто? Я?? – удивился Мурашов.

– Ну а что, нет, что ли? Раз рвёшься опрашивать девушку, значит…

– Саш, прекрати, а? Я капитан уголовного розыска, а здесь по ходу уголовкой пахнет. Значит, я и обязан опросить. При чём тут «влюбился»?

– Да ладно, Серёга, я пошутил. Уже и пошутить нельзя. Кстати, как мне к нему обратиться? Я же с Плетнёвым не успел познакомиться.

– Нельзя. Иди работай, шутник. Пошутил он… А я пошёл в ювелирный салон, опрошу там. Ну, подойдёшь, сам спросишь. Всё, я ушёл.

Плетнёв, осматривая место происшествия и услышав ответ капитана старшему лейтенанту, покачал головой. Мурашов зашёл в ювелирный салон, Скороходов приблизился к Плетнёву и сказал:

– Здравствуйте, извините…

– Привет, Сань. Я Олег Макарович, – ответил Плетнёв, поняв, что он хотел спросить, – обращайся по имени и на «ты». Как первый день у нас?

– Хорошо. Мурашов мне не сказал, как к тебе обращаться, вот я и хотел спросить. Первый день – нормально.

– Да я слышал, как он с тобой разговаривал, – ответил Олег. – На твой вопрос, как ко мне обращаться, он, можно сказать, отмахнулся от тебя, сказав, чтобы ты сам у меня спросил.

– Олег, а Каретин уже уехал?

– Егор уехал с пострадавшими в пятую городскую больницу, – ответил Плетнёв. – Там двое раненых, один из них в тяжёлом состоянии. Второго слегка зацепило вроде бы. А вот что с третьим – не знаю. Да, кстати, Каретин просил ему перезвонить.

– Хорошо, – сказал Скороходов. – У тебя что? Что можешь сказать?

Плетнёв ответил, что, судя по протекторам, приблизительно в полуметре от ювелирного стоял джип и стреляли с этого же места. Гильзы он собрал, более точно скажет после баллистической экспертизы.

– И, видимо, одна пуля отрикошетила и кого-то зацепила, – продолжил Олег.

– А отпечатки пальцев снял в самом салоне? – спросил Александр.

– В самом салоне я ещё не работал, сейчас пойду туда. Решил сначала тут поработать, но предупредил, чтобы там ничего не трогали. Сейчас и там сниму отпечатки.

Плетнёв зашёл в ювелирный магазин, предварительно сняв отпечатки с ручки двери, в салоне он подобрал пулю и гильзу у прилавка. На крыльце Скороходов звонил Каретину:

– Привет, Егор. Это Скороходов.

Как пострадавшие?.. Понял, а поговорить с ними можем?.. Только с Сухаревым и Караваевым?.. Ну хорошо, минут через десять-пятнадцать подъедем. Максимум через полчаса. Пусть никуда пока что не уходят.

Скороходов понял, что эксперты отнеслись к нему доброжелательно. «В общем, работать в таком коллективе можно», – решил он. А то, что Мурашов иногда прохладно с ним общается и, похоже, не рад его приходу, так всем понравиться невозможно. Он вошёл в ювелирный салон вслед за Плетнёвым.

В салоне Мурашов беседовал с испуганной продавщицей Анжелой. Он попросил её рассказать, что произошло, и спросил, есть ли ещё свидетели, кроме них с охранником. Она возбуждённо рассказывала, что перед обедом в магазин ворвались трое и, угрожая оружием, потребовали деньги, ранив охранника, подкрепляя свой рассказ закатыванием красивых глаз и жестикуляцией холёных ручек.

У Мурашова от её действий пробежали мурашки. Он был не прочь с ней пофлиртовать. Но сейчас он на работе, не до флирта. Да и неизвестно, как новичок на это отреагирует. Возможно, когда-нибудь они с ней встретятся. Он подумал:

«А она симпатичная. Надо будет потом как-то с ней встретиться».

– Они угрожали оружием? – осведомился Мурашов, улыбнувшись Анжеле. – О чём-то между собой разговаривали?

Анжела, всхлипывая, ответила, что между собой грабители ни о чём не разговаривали. Они, как вошли, сразу стали стрелять в воздух, и один из них направил на неё пистолет и потребовал, чтобы она отдала ему всё, что есть в кассе.

– Много было выручки? – спросил Мурашов. – А двое других что делали?

– Выручки восемьдесят пять тысяч было, – сказала сквозь слёзы Анжела. – Мне теперь не рассчитаться, второй ранил Андрея, охранника нашего. Третий стоял рядом с тем, который потребовал деньги.

– Анжела, успокойтесь, пожалуйста, – произнёс Сергей, давая одноразовый платочек и протягивая свою визитку, – мы их обязательно найдём. Вот вам моя визитка, если что-то вспомните, позвоните.

– Хорошо, я позвоню, если что-то вспомню, – проговорила Анжела.

– Но завтра вам нужно будет подойти в отделение и ещё раз под протокол дать показания. В одиннадцать сможете?

Оба были увлечены, и приход подтянутого, атлетической комплекции мужчины с букетом роз и коробкой конфет остался ими незамеченным. Ещё в дверях салона «Весна» он, а это был Станислав Рублёв, муж Анжелы, достал из нагрудного кармана билеты в театр и положил на коробку конфет. Он, ничего не зная о случившемся, радостно протягивая весь набор жене, выпалил:

– Анжела, любимая, поздравляю с пятилетием нашей свадьбы.

Но резко застыл на месте, увидев Мурашова и услышав его вопрос, сможет ли она подойти завтра в одиннадцать, взревел, вспылил: