Тайна
Шрифт:
Я оттянула ее от окна, она не сопротивлялась. Теперь, когда ее план не реализовался, она начала осознавать окружающее, и ее лихорадило все сильнее. Стуча зубами, она прижималась ко мне, чтобы согреться.
В переходе горел свет, которого раньше не было. Войдя, мы обнаружили там миссис Пендавс.
— О мое сокровище! — бросилась она к Клариссе. — Я чувствовала, что что-то не так. Что ты здесь делаешь в такой поздний час?
— Сейчас не время для объяснений, миссис Пендавс, — ответила я. — Кларисса босиком, она очень
— Боже, дитя мое! Как это ты вышла босиком? Пойдем в мою комнату, у меня горит камин, ты согреешься.
Она взяла Клариссу за плечи и увела к себе. Я хотела последовать за ними, но передумала. В холле осталась зажженная лампа, штора была не задернута. Мне не хотелось, чтобы в доме начались пересуды. Судя по Мэри, все слуги и без того были не в восторге от Вульфбернхолла.
Я сказала миссис Пендавс, что скоро приду, и поспешила в холл для прислуги. Там было тихо. Хорошо, что все так кончилось, могло быть хуже. Мысленно благодаря Бога, я подошла к окну, чтобы задернуть занавес. Как раз на уровне окна я заметила небольшой просвет в тумане. Вгляделась. Свет от лампы падал на стекло и освещал туман слабой полосой. Что-то серое мелькнуло в темной мгле.
Я наблюдала, не в силах пошевелиться. Это что-то начала приобретать очертания. Появилась голова и плечи, и я поняла — кто бы там ни стоял, он находится совсем близко от окна.
Вдруг я увидела лицо мужчины, прижатое к стеклу с наружной стороны окна, лицо, напоминавшее скорее зверя. Спутанные черные волосы закрывали лоб, он смотрел прямо на меня, пожирая глазами.
У меня перехватило дыхание, я закрыла рот рукой, чтобы не закричать. Что это или кто это? В этом нечеловеческом лице было что-то знакомое. Я узнала этот взгляд изголодавшегося хищника. Только недавно в его глазах я видела…
Я задрожала.
«Лорд Вульфберн!» — вырвалось у меня.
В глазах мелькнуло что-то, я поняла, что он меня слышал.
И узнал свое имя.
Тут же видение исчезло.
Туман заволок то место, где минуту назад стояло чудовище, замел его след. Только все еще державший меня в тисках страх свидетельствовал, что видение было реальностью. В целом все длилось считанные мгновения, хотя казалось, что прошло много времени.
Я отошла от окна и упала в стоявшее рядом кресло, ноги подкашивались от страха. Кого я видела? Тристана? Нет, это было просто немыслимо. Не мог человек претерпевать такие чудовищные превращения.
Мысль о превращениях напомнила о другом. Не это ли имела в виду Кларисса, когда говорила, что некоторые места могут сильно менять людей? Меня охватила дрожь. Что еще она могла иметь в виду? Внезапно ее страхи обрели смысл. Она видела это же самое лицо и узнала черты отца так же, как узнала я их позднее. Именно это существо она пыталась изобразить на рисунке. Мне казалось, что она рисовала женщину, но это был мужчина. Она говорила и думала не о матери, а об отце.
А я?
Что я сказала ему вечером? Что я сама хочу решать собственную судьбу, что меня не волнует, кто он есть на самом деле. А теперь, когда я узнала правду, я немею от ужаса и не могу держаться на ногах. Видя мое отвращение и страх, он убежал.
Я вскочила с кресла. Ноги дрожали, руки стали влажными от страха, но я убеждала себя, что он меня любит и не сделает ничего дурного. Даже Кларисса пришла к тому же убеждению. Я знала, что она права.
«Я должна выйти и найти его», — сказала я себе.
Сначала нужно было решить, как открыть дверь. У миссис Пендавс были ключи, она не сможет мне отказать. Я пробралась к ее двери и постучала.
Она тут же открыла. Кларисса, укутанная, сидела в кресле у камина. Она засыпала. Сверху она была укрыта еще одним одеялом, на ногах теплые тапочки. Мне стало легче от сознания, что она под надежным присмотром и в данный момент во мне не нуждается.
— Я пришла только попросить Вас еще немного побыть с Клариссой, и мне нужны ключи от кухонной двери.
— Зачем они Вам?
— Пожалуйста, не спрашивайте, — попросила я. — Мне нужно сделать одну вещь.
— Там есть ключ, его не забирают на ночь, — она нахмурилась. — На дворе холодно, Вы простудитесь — Вы почти раздеты.
— За меня не бойтесь. Но лорд Вульфберн забрал ключи. Дайте мне Ваши, пожалуйста.
— Зачем он это сделал? Раньше он их не забирал. Ее удивление и любопытство все возрастали, а мне нельзя было терять драгоценные минуты, если я хотела застать Тристана возле дома.
Миссис Пендавс заметила, как я нервничаю. Она укоризненно покачала головой, но не собиралась мне мешать. Удалившись на минуту, она вернулась к ключом и теплой шерстяной шалью.
— Накиньте эту шаль, Вам будет теплее.
Я послушалась, поблагодарила добрую женщину и взяла ключ. В следующую минуту я уже бежала со всех ног по коридору, зажав лампу в одной руке и ключ в другой.
Старый замок поддался не сразу, но наконец я вырвалась в темную сырую ноябрьскую ночь. Даже под шалью я чувствовала, как холод пронизывает меня до костей, а домашние туфли разбухают от влаги.
Не обращая внимания на озноб, я набрала в легкие воздух и закричала что было силы: «Лорд Вульфберн!»
Мой зов отозвался эхом над головой. Собаки, вопреки ожиданиям, не залаяли. Я приняла это за признак того, что мой запах и звук голоса уже не воспринимался ими как знак угрозы благополучию Холла. Или, как утверждала Кларисса, собаки по натуре были добродушными созданиями и не способными причинить вред никому, кроме самого лорда Вульфберна. И то лишь в тех случаях, когда он менялся до неузнаваемости, так, что даже его верные псы не могли признать в нем своего хозяина.