Тайна
Шрифт:
Слушая его, она размышляла, что никогда, пожалуй, не влюблялась в Брэда. Ведь она даже не знала его. Это было одним из тех волнующих приключений, которые сгорали, как свечи, сами собой. Она хотела бы никогда не приезжать на Гавайи, тем более теперь, когда он в таком состоянии. Но человек искал сочувствия, открыл ей свое сердце, свою жизнь. Она должна была выслушать его и постараться помочь.
— Я солгал тебе про Обезьяну, -сказал Брэд. — Он сбежал с острова потому, что был виноват в смерти служанки. Ее звали Малуйя. Она была молодой и красивой. Он изнасиловал ее, и она бросилась со скалы. Но каким-то
Фил встретилась глазами с Брэдом. Она увидела в них отчаяние, которое глубоко тронуло ее.
— Понимаешь, для Джека ранчо Канои было всем в этой жизни. Он ценил его превыше всего. Превыше морали, даже собственной жизни. Как и жизни своего отца.
Джек был в Гонолулу в тот день, когда японцы бомбили Пирл-Харбор. Он сказал, что, когда увидел последствия этого, его переполнило желание мстить и убивать. Он хотел бы быть там и убить этих ублюдков собственными руками. Америка тоже вступила в войну, и стране нужна была финансовая поддержка. Но, благодаря правительству, владельцам ранчо была дана финансовая отсрочка, и Джек пошел служить в Морфлот.
Брэд внезапно засмеялся, его настроение изменилось.
— Бог ты мой, каким он был воякой! — гордо сказал он.-Джек заслужил кучу медалей за свою непроходящую ненависть к врагу. «Никто так не ненавидит их, как Джек Кейн, — говорили его друзья-моряки. — Все, что ему нужно, это убивать».
Арчер дослужился до чина майора, занимаясь канцелярской работой по интернированию японцев с острова, и это оставляло ему много времени, чтобы заниматься делами на ранчо.
Когда война кончилась и со всей остротой опять встал вопрос нехватки денег, Арчер придумал план. Европа лежала в руинах, прошло много времени с тех пор, как умерла его французская жена. Теперь Обезьяна как раз был бы в возрасте совершеннолетия. У них не было доказательств, что Обезьяна мертв, и они понимали, что Арчеру будет сложно требовать наследство во французском суде. Поэтому он взял с собой Джека и выдал его за сына Мари.
Он сказал, что это было нетрудно. Все старые адвокаты и банкиры, помнившие «уродину», уже умерли, и все бумаги давно утеряны. Он просто предъявил им свидетельство о рождении якобы Джонни, и они получили наследство.
— Как видишь, -сказал он, разводя руками. — Они первыми получили все. Может быть, это не было до конца законно, но Джек сказал, что они поступили правильно.
— И ты с этим согласен?-спросила Фил.
— Конечно. Я и сам бы так поступил.-Он нетерпеливо отмахнулся.-Деньги должны были достаться Арчеру, не Франции же!
Брэд вновь начал нервно расхаживать взад-вперед. Собака сидела у двери и ждала команды, но Брэд молчал.
— Они приехали в Париж, -вдруг продолжил он. — Джек сказал, что Арчер был просто пьян своей удачей. Итак, наследство «уродины» было наконец в наших руках. Никто не имел права отнять его у нас. Теперь
Джеку тогда было двадцать четыре года, но он знал, что должен получить контроль над ранчо прежде, чем Арчер растратит деньги на игру, женщин и роскошную жизнь, как уже было не раз.
Они сидели в баре «Риц», лили шампанское и поздравляли друг друга, когда Джек заметил роскошно одетую блондинку. Она глядела в их сторону и улыбалась. Она была немолода, но все еще очень привлекательна, и в ней было что-то очень знакомое. Она поймала его взгляд и, оставив свой столик, подошла к ним.
— Вот это сюрприз, -сказала она, целуя Арчера в щеку. Он смотрел на нее с тупым изумлением. Она повернулась к Джеку и сказала: — Последний раз, когда я видела тебя, ты был мокрым, краснолицым ребенком. Должна заметить, ты преуспел с тех пор.
Она поцеловала его и захохотала, закинув голову.
— Ты знаешь, кто я?-спросила она, все еще смеясь.-Я-Шанталь 0'Хиггинс, твоя мать.
Джек сказал, что вдруг почувствовал к ней ту же ненависть, что к японцам после бомбежки Пирл-Харбора. Ему внезапно страстно захотелось убить ее здесь же, собственными руками. Он никогда не видел ее раньше, но читал о ней множество грязных сплетен в светских колонках новостей.
Брэд взглянул на Фил и горько сказал:
— Я говорил тебе о том, что мужчины семейства Кейн умеют выбирать себе достойных женщин? Да, Шанталь была первоклассной стервой.
Она рассказала, что приехала во Францию, чтобы потребовать свое имущество в Шаранте.
— Слава Богу, -смеялась она, -немцы очень любят коньяк, и они сохранили все в лучшем виде. К счастью для меня, наши фамильные денежки лежат в швейцарском банке.
Она стояла и смеялась над ними. Потом сказала:
— Я слышала, твоя третья жена оставила твоему сыну миллионы. Кстати, я не сказала вам еще, что встретилась с Джонни. Конечно, он совсем не так красив, как ты, Джек. Но, должна вам сказать, он силен в постели.
Ее насмешливый голос звучал в ушах, когда она повернулась и пошла прочь.
Джек рванулся за ней, но Арчер удержал его.
— Сиди, дурак, -зло сказал он.-Не надо давать ей удовольствия почувствовать, что мы поверили ей.
Но Джек поверил ей. Не похоже было, что Шанталь выдумала историю, чтобы взбесить их. Его проклятый братец жив. И он отымел его мамочку. Он сказал отцу, едва сдерживаясь:
— Когда-нибудь я найду этого подонка Обезьяну. И убью его.
— Да уж, так будет лучше, -ответил Арчер, заказав еще скотч.-Или он явится и потребует деньги. И чье тогда будет ранчо?
Брэд налил себе бренди. Он взболтал жидкость, тупо уставившись в стакан. Фил показалось, что он почти забыл о ее присутствии, так был захвачен своим прошлым.
Наконец он выпил напиток и сказал:
— Джек понимал, что Арчер может спустить это состояние так же быстро, как прочие. Но в этот раз все было записано на имя Джека. Все, что ему нужно, это-ранчо: оно было всей его жизнью. Он дал Арчеру достаточно денег, чтобы жить роскошно, а сам принялся восстанавливать хозяйство.
Джек вложил в ранчо все, что имел. И сделал все, чтобы оно вновь приносило доход. Но он всегда помнил: Обезьяна жив, и однажды он придет за наследством.