Тайна зеркала
Шрифт:
Он так и лучился добродушием и гостеприимством.
– А давайте навестим Люсю с Борисом? – предложила Катя. Прогуляться с молодым человеком все же хотелось.
–Увы, к ним не пускают. Это же инфекционная больница. Даже издалека рукой помахать не получится, потому что их окна выходят на больничный двор, – младший Бакчеев вздохнул с огорчением.
–Да, в инфекционную не пустят, – удрученно признала девушка.
Она быстро перебрала в уме варианты мест, куда можно было захватить с собой такого привлекательного попутчика,
Пока она раздумывала Аркадий быстро взглянул на часы, сделал озабоченное лицо и поспешил вежливо раскланяться. На прощание он еще раз пообещал ей всяческую поддержку и заботу и одарил родственницу обаятельнейшей улыбкой. Почудилось это Кате или в глазах его и впрямь мелькнула какая-то странная искорка, когда он закрывал за собой дверь?
После его ухода девушка сверилась с будильником и поняла, что магазины придется отложить на завтра. Чтобы не терять время она позвонила в салон красоты и с удовлетворением узнала, что Люсин мастер успеет ее постричь до конца рабочего дня если она поторопится.
Парикмахерская находилась поблизости, и уже через полтора часа похорошевшая, с новой стрижкой Катя вернулась в академическое жилище. К ее удивлению входная дверь была приоткрыта. Девушка проскользнула внутрь и замерла на пороге. Внутри квартиры царило непривычное оживление. Двери всех комнат были открыты, коридор наполнен суетящимися родственниками, странными запахами и разнообразными шумами, а также множеством сумок, пакетов и коробок разной величины.
Семен Степанович ожесточенно чистил сапоги на пороге своей спальни и перекрикивался с Аркадием малопонятными фразами.
– Ноль в двенадцатой и пшик получится… А где я найду рефреймеры?
– Одиннадцатая все равно наша, – уверенно отвечала большая коробка голосом Бакчеева-младшего, и над ней мелькнула его рука с отверткой.
Нонна Пална шумно искала по всем комнатам свои очки, передвигаясь с завидной скоростью, а Изольда поминутно выбегала в коридор с криком, полным отчаяния:
– Маргарита! Тюбик!
Не дождавшись ответа ни от Маргариты, ни от загадочного Тюбика, она бросалась обратно к себе, громко хлопая дверью, отчего Семен Степанович каждый раз вздрагивал и ронял щетку для обуви. Домработница степенно и сосредоточенно вышагивала по кухне. Она мало обращала внимание на Изольдины вопли и неспешно перекладывала пакеты с крупой из стенного шкафа в три объемные сумки, бормоча что-то себе под нос. Вошедшую девушку никто не заметил.
–Добрый вечер, – Катя шагнула вперед и неожиданно оказалась в центре всеобщего внимания.
Четыре пар глаз уставились на нее, словно до них впервые дошел факт ее присутствия, переглянулись, и в коридоре повисло неловкое молчание. Катя переступила с ноги на ногу и нервно поправила прическу. Она почувствовала себя ужасно неловко. Кажется, она все-таки появилась здесь не вовремя. Семен Степанович очнулся первым.
– О, Катенька! А мы,
Группа и впрямь была хороша. Аркадий, который к этому моменту выбрался из самой большой коробки, оказался в застиранных трениках, растянутой футболке и лакированных туфлях, хотя ухитрялся при этом выглядеть стильно. В руках он сжимал моток провода и две отвертки.
Семен Степанович поверх строгого серого костюма повязал кокетливый розовый фартук с надписью "Лучший в мире повар”. На бледной ткани в нескольких местах расплывались черные разводы от ваксы. Сапог, который он так старательно начищал, напоминал кожаный чулок.
Изольда с Нонной были в обычных домашних платьях, но Изольда трясла перед собой широченными красными шароварами, а Нонна обеими руками обнимала тулуп, вывернутый мехом наружу. Вид у тетушек был растерянный и виноватый, словно их поймали с поличным на краже печенья из супермаркета. Только домработница не проявила к Катиному появлению никакого интереса. Она лишь скользнула по девушке спокойным взглядом и вернулась к своему занятию.
– Холодно, наверное, на даче? – глядя на тулуп, несмело произнесла девушка, чтобы хоть что-то сказать.
Семен Степанович согласно закивал, а Изольда быстро спрятала шаровары за спину. Катя окончательно растерялась и хотела быстренько исчезнуть в своей комнате, но проход загородила Маргарита, появившись из кухни с двумя огромными сумками. Пока девушка сливалась со стеной, пытаясь разминуться с домработницей, Семен Степанович пустился в пространные рассуждения о том, что Катюше очень повезло, поскольку они все уезжают на дачу, и квартира будет в полном ее распоряжении, а значит, никакие "докучливые старики" не будут ей мешать.
Родственники сразу же вышли из ступора и одобрительно загудели, подтверждая слова дедуси. Кате показалось, что они вздохнули с облегчением и вернулись к своим сборам. Нонна Пална, бросив тулуп и схватив неподъемную коробку, устремилась следом за Маргаритой, но споткнулась и едва не упала. Катя стояла к ней ближе всех и кинулась на помощь. Толстушка была чуть больше коробки, и было совершенно ясно, что такая работа ей не под силу. Да и остальные, не считая Аркадия, совсем не тянули на грузчиков. Девушка почувствовала острый укол жалости к старикам и воскликнула:
– Давайте, я вам помогу!
Она решительно забрала коробку у Нонны и устремила взгляд на Семена Степановича.
– Куда нести?
В коридоре опять повисло смущенное молчание. Родственники вновь переглянулись и стали невнятно бормотать что-то в том смысле, что они сами справятся. Возражения звучали не слишком убедительно, и Катя, движимая благородным порывом помочь ближнему, предпочла не заметить явного нежелания этих самых ближних принимать помощь. Она решила, что старики стесняются и с нажимом добавила: