Тайна пропавшего ожерелья
Шрифт:
Фатти остановился и посмотрел на старика.
– А знаешь, мне было бы очень легко загримироваться под него, – сказал он. – Меня так и подмывает попробовать. Честное слово, по-моему, у меня бы получилось.
– Но ты не сможешь сделать такие уши, как у него, – сказала Бетси. – У него ужасные уши.
– Нет, не смогу. Но я могу надвинуть шляпу еще ниже и немного их прикрыть. Да, это было бы очень легко сделать, и очень получилось бы здорово. Как-нибудь попробую. Пип и в самом деле ткнул его в бок?
– Да. А старик повторял; «Э? Ась?» –
Старик внезапно открыл глаза и увидел смотревших на него ребят.
Он решил, что они, должно быть, обратились к нему, и, охватив ладонью ухо, так, что оно свернулось трубочкой, прокряхтел свое излюбленное:
– Э?
Старуха-торговка подмигнула ребятам и присела рядом со стариком.
– Славный вечерок, – сказала она надтреснутым голосом, к которому ребята уже начали привыкать.
– Э? – переспросил старик, затем чихнул и проворно вытер нос тыльной стороной ладони. Фатти сделал в точности то же самое, и Бетси восторженно захихикала.
– СЛАВНЫЙ ВЕЧЕРОК, – сказал Фатти. – И УТРЕЧКО БЫЛО СЛАВНЫМ!
– Насчет утра никогда не знаю, – удивленно ответил старик. – Всегда сплю до обеда, да. Затем встаю, вроде как обедаю и иду на солнышко. Утро для меня – пустой звук.
Он опять чихнул, затем вытащил трубку и принялся ее набивать. Фатти наблюдал за всем, что он делает. Да, просто замечательно будет переодеться в этого старого чудака. Трубка, чиханье, глухота и прочее – Фатти все это может воспроизвести!
– Пошли, Фатти! – тихо сказал Пип. – Нам действительно пора по домам. Уже поздно становится.
Фатти встал и присоединился к друзьям. Очень скоро они расстались – все пошли домой, на свои улицы. Фатти прошел к себе через заднюю калитку, и его мать, срезавшая в саду душистый горошек для букета, заметила старую торговку воздушными шарами.
«Подруга поварихи, наверно, – подумала она. – Или хочет попробовать продать здесь воздушные шары?»
Она подождала, когда продавщица шаров пойдет назад, но та не возвращалась. Охваченная любопытством, миссис Троттевилл прошла к кухне и заглянула внутрь. Там не была никакой торговки шарами – только запарившаяся повариха, готовившая обед.
– Куда же подевалась эта старая торговка? – удивилась миссис Троттевилл. Но повариха не знала. И ничего удивительного: в настоящий момент торговка избавлялась от всех своих юбок в сарайчике в глубине сада и превращалась во взмокшего и необыкновенно взъерошенного Фатти.
«Что за диво! Торговка шарами словно испарилась», – подумала миссис Троттевилл. Да так оно и было.
ВИЗИТ К ИНСПЕКТОРУ ДЖЕНКСУ
Фатти получил огромное удовольствие от проделки с переодеванием в старую торговку шарами, да и остальные тоже. Он отдал Бетси свой серебряный выдвижной карандаш, и та была наверху блаженства.
– Такого чудесного карандаша у меня никогда не было! – сказала она. – Кроме обычного, простого цвета, он пишет еще красным и синим. Спасибо тебе огромное, Фатти.
– Каникулы
– Да, известно, – с мученическим видом проговорил Фатти. – Невыносимо думать, что Гун занят расследованием какой-то тайны, а мы даже понятия не имеем какой. Хотя, знаете, это, вполне возможно, те кражи, которые то и дело совершаются во всех окрестностях. Я так полагаю, что часть полиции рыщет сейчас, выслеживая банду, которая их организует.
– А может, нам тоже надо смотреть в оба? – загорелась Бетси. – Мы могли бы заметить где-то эту банду.
– Дурочка! По-твоему, они шатаются всем скопом и у всех у них воровской вид? – язвительно спросил Пип. – Они чертовски умны. У них есть свои места для встреч, свой метод передачи сообщений, свои способы сбывать украденные драгоценности – ведь верно, Фатти? И все это нам вряд ли удастся обнаружить, смотри мы даже в оба!
– А-а… – разочарованно протянула Бетси. – Ну… Разве мы не можем тогда спросить инспектора Дженкса, нет ли в наших местах какой-нибудь загадки и не позволит ли он нам помочь ему?
– Верно, почему бы и нет? – сказала Дэйзи. – Уверена, он нам расскажет. Мы ведь прежде немало ему помогли.
Инспектор Дженкс был их очень добрым другом. Жил он в ближайшем к Питерсвуду большом городе и был, как называла его Бетси, «важнопоставленным полицейским». При раскрытии ребятами предыдущих тайн инспектор Дженкс появлялся перед ними в самом конце и оставался очень доволен всем тем, что удалось сделать Тайноискателям. Мистер Гун, однако, бывал не столь доволен, поскольку его крайне раздражали эти «во все сующие нос дети, впутывающиеся в действия блюстителей закона», – особенно когда эти дети брали да выясняли то, чего Гуну не удавалось.
– По-моему, твоя идея очень хороша, Бетси, – сказал Фатти. – Да, очень хороша. Если ему известно, над раскрытием какой тайны трудится Гун – а ему наверняка это известно, – то не вижу, почему бы ему нам не сказать. Он ведь знает, что язык мы будем держать за зубами и сделаем все, что сможем, чтобы помочь.
Итак, на следующий день Пятеро Тайноискателей с Бастером в велосипедной корзинке Фатти выехали в город, в котором находилась штаб-квартира инспектора Дженкса. Добравшись до отделения полиции, они попросили о встрече с ним.
– Что? Увидеть самого инспектора? – спросил стоявший на посту констебль. – Да вы что, ребятишки? Он большой человек, и он слишком занят, чтобы возиться с детьми. Это просто нахальство с вашей стороны!
– Погоди-ка, – сказал другой полицейский, с приятным лицом и с ясными голубым глазами. – А вы случайно не те ребята, что помогли в одном-двух затруднительных делах в Питерсвуде?
– Да, это мы, – ответил Фатти. – Мы, конечно, не хотели бы докучать инспектору, если он занят, но нам нужно поговорить с ним кое о чем довольно важном. Важном для нас, я имею в виду.