Тайна привратников
Шрифт:
Я поёжилась, вспоминая предыдущий раз, когда мне пришлось воспользоваться этим сырым тоннелем. Тогда он был полон ядовитых красных водорослей, поэтому нам с Лиамом пришлось надеть маски, чтобы защититься от испарений. Но даже сейчас, без вонючей слизи, тут было не слишком уютно.
Вытащив из кармана налобный фонарик, я включила его и закрепила на голове. Яркая лампочка осветила грязные бетонные стены. Потолок из крошащегося кирпича нависал слишком низко даже для меня, тринадцатилетки среднего роста, поэтому приходилось пригибаться. Вздохнув, я отправилась в путешествие по длинному тоннелю, уводящему вниз, всё глубже
Несмотря на давящую массу земли над головой, я запретила себе думать о том, что потолок может обвалиться. Ладони и костяшки пальцев то и дело задевали камень и кирпич, а шея затекла, потому что приходилось всё время выгибать голову под неудобным углом. Кроме того, я то и дело останавливалась, чтобы растирать гудящие мышцы ног.
Я и не замечала, что задерживаю дыхание, пока проход не вывел меня к широкой пещере, где я стала жадно хватать ртом воздух. И зачем нужно было самой себе усложнять путь? Выпрямив спину, я слегка встряхнулась. Как же это здорово – стоять прямо!
Второй этап завершён.
На другом конце пещеры находилась железная дверь, вся в заклёпках, как будто вход в старинный замок. От ржавчины она приобрела почти такой же оттенок, что кирпичи вокруг, и стала практически невидимой. Теперь мне нужен был следующий ключ: тот, которым я пообещала профессору Д’Оливейре никогда-никогда не пользоваться.
Я вытянула из-за ворота рубашки массивный металлический ключ и вставила его в замок. На миг мне представилось, как мама поворачивает его в тайных воротах и дверях. Когда я сама пользовалась этим ключом, то особенно ощущала связь с ней. Замок был хорошо смазан, ключ повернулся в нём легко и бесшумно. Я оставила фонарик на земле, приоткрыла дверь на узенькую щёлочку – ровно настолько, чтобы убедиться, нет ли за ней охраны, а потом зашла внутрь и закрыла за собой дверь.
Как-то уж очень всё легко получилось: Гильдии Привратников стоит серьёзно поработать над безопасностью.
Я двинулась в глубь длинного освещённого коридора, выстланного мягким красным ковром. Через пару сотен метров ковёр кончился и начался сплошной камень. Я добралась до стойки с велосипедами. Сотни велосипедов – всех видов, от высокотехнологичных горных и внедорожных моделей до старых и простеньких. Тоннели Гильдии тянутся на много миль, поэтому её члены предпочитают везде, где только можно, ездить на велосипедах, экономя время и силы.
Несколько секунд я развлекалась, представляя себе хозяев разных моделей. Например, при виде громоздкого чёрного горного велосипеда вообразила сурового мужчину в тёмном костюме. А заметив розовый велосипедик со стразами, как у Барби, подумала, что его, скорее всего, какая-нибудь мама одолжила у своей дочки. Я-то знала, каким велосипедом воспользуюсь сама. Тем, что принадлежал маме: голубым городского типа с корзинкой сзади. Профессор обещала хранить его для меня.
Но его здесь не оказалось.
Я дважды обошла все стойки, но маминого велосипеда совершенно определённо не было. Его кто-то забрал? Или он просто хранится в каком-нибудь надёжном месте? Я сделала мысленную пометку «Спросить у профессора». Сердце сжалось от внезапной боли: я ожидала найти тут частицу мамы, но не нашла. Это же всего-навсего велосипед, напомнила я себе. Потом прикинула, не взять ли какой-нибудь другой, но это уже смахивало на воровство. Придётся бежать трусцой.
Я припустила вперёд по главному
Мой волшебный ключик отпер и этот замок. Я зашла внутрь, закрыла за собой ворота и оставила свой отвратительный дождевик у подножия небольшой лестницы, ведущей к музею. Очередной поворот ключа – и я уже за деревянной дверью наверху.
За ней находилась крохотная комнатка, где помещалась одна лишь лестничная клетка. Я легко припустила наверх по ступенькам. Я была в приличной физической форме, потому что тренировалась всё лето. Очень скоро я достигла площадки – насколько я могла судить, первого этажа. Здесь находилась дверь с запылённым окошком. Я протёрла ладонью стекло и, заглянув внутрь, увидела длинный коридор. Вокруг никого не было, поэтому я проскользнула за дверь и без труда нашла дорогу к главному вестибюлю музея.
Этап третий завершён.
Папа постоянно водил меня на выставки в Британский музей, поэтому я знала, как там всё устроено изнутри. Я тихо, но уверенно шагала через открытую для публики часть. По дороге мне никто не встретился, однако, приблизившись к месту, где произошло убийство, я услышала голоса. Стараясь не привлекать к себе внимания, я подошла к двери, из-за которой они доносились, и переступила порог. Достав блокнот и ручку, я остановилась перед первой попавшейся витриной и притворилась, будто делаю какие-то заметки. Если меня заметят, мне понадобится убедительная легенда.
Несмотря на тщательную подготовку, я так и застыла на месте, когда рядом раздался тихий голос. Наверняка меня заметили. Но нет, обращались не ко мне.
– Так, значит, пропавший предмет – это глиняная чашка?
Я обернулась посмотреть на того, кто задал вопрос. Это оказалась женщина-полицейский со светло-каштановыми волосами, забранными в хвостик на затылке. Она что-то записывала в блокноте.
А обращалась она к мужчине лет тридцати пяти с короткой стрижкой и круглыми очками, которые он постоянно поправлял на носу. Он явно нервничал – на лбу у него я заметила капельки пота. Такое волнение и дорогой костюм наводили на мысль, что он, скорее всего, главное официальное лицо в музее. Кто-то из сотрудников музея, один из его подчинённых, погиб на службе – ещё бы ему не переживать! Я и представить не могла, как тяжело чувствовать свою ответственность за подобную трагедию.
Он откашлялся.
– Да, верно. Странный выбор для грабителя.
– Почему?
– Ну, например, видите вот тот предмет, рядом с дырой?
Я вытянула шею, пытаясь разглядеть, о чём это он, но была слишком далеко.
– С головой льва?
– Верно. Великолепный образец горшечного мастерства этрусков, почти бесценный. Глиняная чашка же не слишком дорогая.
– Так вы утверждаете…
– Я утверждаю, что это странно: грабитель пошёл на убийство ради глиняной чашки. Может быть, он случайно перепутал?.. Мне до сих пор не верится, что погиб один из наших сотрудников!