Тайна Полтергейста

Недоруб Сергей

Борланд метался между ходячими мертвецами, что выбегали на него из темноты, наносил безошибочные разящие удары, которые на мгновение возвращали зомби их более раннее состояние — предсмертное. Это приводило к их окончательной гибели. О собственных травмированных руках сталкер и думать забыл. Обе ладони его прекрасно слушались, хотя все еще оставались насквозь проткнутыми. Это была самая удивительная схватка в его жизни, и сталкер знал, что если останется жив, то всегда будет помнить каждый ее миг.

Вскоре

все до единого бывшие "грешники" лежали у его ног в позах, не оставляющих сомнений, что их мертвое состояние окончательно и бесповоротно. Сталкер с ног до головы был залит кровью врагов.

— Красивое представление, — сказал Фармер.

Борланд вновь шагнул к нему.

— Никто не заслуживает умереть дважды, — произнес он.

— Правильно, — ответил контролер. — Потому что никто не заслуживает дважды жить.

— Отпусти их, — сказал Борланд. — Отпусти.

— Как зовут тебя? — спросил контролер.

— Борланд.

— Борланд. Я запомню. Запомни и ты мое имя. Тибет.

— Тибет, — повторил сталкер.

— Да. Я хотел бы поговорить с тобой, Борланд.

— Я тебя слушаю.

— Не здесь. Приходи ко мне один. Я хочу посмотреть на твой нож.

— Я не отдам его тебе, — сказал Борланд. Фармер замолчал.

— Ты меня слышишь, Тибет? — спросил сталкер. Контролер ничего не ответил.

Туман рассеялся. Воздух начал светлеть, постепенно обретая запах. Тепло стало возвращаться, и небо вновь поднялось.

Ожили громкоговорители, развешенные на всех корпусах Дикой Территории. Старые рупоры завывали невнятными голосами, их рев складывался в единую какофонию, злую пародию на стандартные музыкальные вступления, предшествующие массовым объявлениям.

Борланд повернулся и бросился бежать по разбитой дороге. Он промчался мимо неподвижных поездов, прыгая через рельсы, затем свернул к широкому поперечному мосту, под которым образовался своего рода тоннель.

Контролер стоял посередине. Он медленно поднял морщинистую голову, и его красные глаза злобно сверкнули. Борланд добежал до него и вонзил в мерзкое тело нож.

Рупоры сбились на монотонный хрип, затем умолкли.

Тибет в бешенстве раскрыл рот, продемонстрировав длинные, кривые зубы, которые тут же начали укорачиваться. На морде контролера появилось удивление, и спустя несколько мгновений морда уже стала напоминать лицо.

Борланд выдернул клинок и отошел назад, глядя, как контролер мутирует в обратном направлении. Кривые руки Тибета выпрямились, ноги приобрели человеческие формы. Еще минута — и перед сталкером стоял почти человек с бурой, вздувшейся кожей.

Тибет снова открыл рот, бессвязно чавкая. Издаваемые им звуки собрались в слово.

— Сс… спа-а… си-и… бо-о, — исторг контролер.

— Отпусти их, — приказал Борланд, подняв

нож снова.

— Уже отпустил, — сказал Тибет совершенно спокойно. Его уши, щеки и нос втянулись, окончательно приобретая человеческие очертания, а лоб укоротился, от чего череп стал выглядеть вполне как у человека. Лишь глаза остались красными.

Контролер посмотрел на свои руки.

— Как ты сделал это? — спросил он. — Откуда ты знаешь, как пользоваться ножом?

— Я не знал, — ответил Борланд. — Я хотел тебя убить.

— Теперь это не нужно, — покачал головой контролер. — Я не буду тебе мешать. Я пропускаю вас.

Послышался топот ног. Борланд повернулся. К нему мчалась вся его команда.

В живом, естественном состоянии.

— Я вынужден вмешаться в их мысли, — сказал Тибет. — Чтобы они меня не убили.

— Возвращайся к своим, — сказал Борланд. — Монолит к северу отсюда.

— Я вернусь, — ответил Тибет. — Позже. Сначала мне нужно многое обдумать. Ты вернул меня… почти.

— Значит, такова твоя судьба, — сказал Борланд.

— Судьбы нет, — произнес контролер, рассматривая природу вокруг. Он закрыл глаза и вдохнул воздух. — Радиация, — сказал он. — Хорошо.

Литера, Уотсон и Фармер подбежали к Борланду.

— Что случилось? — спросили они. — Ты цел?!

— Они не замечают меня, — сказал Тибет, скрывшийся за спиной Борланда. — Так надо.

Сталкер обнял своих друзей, не выпуская ножа из руки.

— Я рад видеть вас всех, — признался он, стараясь не думать о задумчивом контролере в метре за спиной и сохранить остатки разума в своей голове. — Честно, очень рад.

Борланд снова взглянул в глаза Литеры, веря, что на всем свете нет ничего чудеснее. Он совершенно не находил слов, чтобы выразить свое состояние.

— Ты… ты, — взволнованно шептала Литера, прижавшись к сталкеру. Ее губы дрожали, она вот-вот могла заплакать. На этот раз от радости.

— Она прекрасна, не так ли? — произнес Тибет. — Прекрасна и так загадочна.

Борланд продолжал смотреть на Литеру, стараясь разглядеть в ее глазах смысл всего безумия, что творилось вокруг.

"Ты знаешь, в чем ее связь со мной, Тибет?" — подумал Борланд.

— Знаю, — ответил контролер вслух. — Это занимательно даже для меня.

"Скажи мне!"

— Нет, — отказался контролер, опускаясь на корточки и срывая травинку. — Ты должен сам это выяснить. Идите. Ищите свою истину. Каждый из вас обретет ее. Но каждый обретет свою собственную.

Борланд направился через тоннель.

"Удачи тебе, Тибет".

— Мы еще увидимся, — ответил контролер. — Но все равно спасибо. И еще. Когда выйдете из тоннеля, не бойтесь смотреть на небо. Оно больше никогда не опустится. Я обещаю.