Тайна двух сердец
Шрифт:
Маленький жемчужный кулон, ее единственное украшение, пристроился в ложбинке между грудями.
Она взглянула на часы, увидела, что уже почти восемь, вышла из комнаты в коридор и постучалась в дверь к Рою.
– Да, пожалуйста, – отозвался отчим.
Бет заглянула в комнату и увидела, что тот с еще влажными волосами и в рубашке пристегивает подтяжки.
– Уже почти восемь, – напомнила она.
Оценивающий взгляд Роя скользнул по ее стройной фигуре. Он пожал плечами:
– Я спущусь через несколько минут. Если ты уже готова,
– Я лучше подожду вас, – возразила Бет, разволновавшаяся из-за перспективы разговора с незнакомым человеком.
– Ерунда! – настаивал Рой. – Это будет просто невежливо, если никто из нас не спустится вовремя. – Отчим подмигнул – именно так, как Бет не любила.– Знаешь, он тебя не укусит.
В конце концов девушка с неохотой спустилась по широкой витой лестнице, гадая, в какую из множества выходящих в холл дубовых дверей ей следует войти. Пробы ради она открыла одну из них.
Множество портретов украшало стены огромной комнаты. Бет с благоговением озиралась, пытаясь понять, сколько же здесь картин. Она настолько засмотрелась, что сначала не заметила стоявшего у громадного камина мужчину. Увидев его, она вздрогнула.
– Кто вы? – резко спросила она. Темная бровь поднялась в недоумении.
– Я – Эрнан Дуарес. А вы?
Не может быть! Глаза Бет метались по лицу и фигуре незнакомца, отказываясь верить тому, что видели. Где брюшко, багровые жилки на лице, где дряблость мускулов? Где бизнесмен средних лет, которого она ожидала увидеть? Какая фея подменила этим прекрасным принцем оплывшего жирком коммерсанта?
Мужчина был высоким – более шести футов, и ни единой унции лишнего веса не портило его стройное тело, которое великолепно подчеркивал черный вечерний костюм. И выглядел он не более чем на тридцать лет... Определенно, этот человек не из поколения Роя.
Его цветом, без сомнения, был черный. Она ожидала этого, но никак не была готова увидеть гриву волос цвета воронова крыла, густых и вьющихся, как у цыгана, и глаза, непроницаемые, как ночь.
Несмотря на лето, в камине горел огонь. Пляшущие языки пламени отбрасывали отсветы на лицо мужчины, такое же красивое и привлекательное, как и все остальное в нем.
– Вы Эрнан Дуарес? – Потрясение от этого открытия начисто лишило Бет самообладания. Все, что она могла сейчас сделать, – это с выражением недоумения на лице переспросить хозяина.
– Вы ожидали увидеть здесь кого-нибудь другого? – В голосе испанца едва заметно проскальзывали нотки веселья.
– Д-да... Нет!– поправилась Бет, подумав, что она-то ожидала увидеть кого-то совершенно другого, хотя и не в том смысле, который он вложил в свой вопрос.
– А вы, насколько я понимаю, приемная дочь Роя?– Вопрос был задан по-английски каким-то шелковым, почти медоточивым тоном.
– Да... Я Элизабет Харди... но все зовут меня Бет... и вы тоже можете меня так звать, если хотите, – предложила она, все еще
– Бет? Гм... Мне нравится это имя. Оно подходит вам, – задумчиво и мягко произнес он.
Бет всегда считала свое имя довольно-таки простецким, но сейчас, произнесенное испанцем с весьма заметным оксфордским акцентом, оно казалось самым романтическим именем на свете.
Она заставила слушаться ставшие ватными ноги, подходя к камину. Горевший в нем огонь заливал комнату потоками тепла, но Бет могла бы поклясться, что было что-то неестественное в том обжигающем жаре, который пронизал ее, когда она подошла поближе к Эрнану.
Девушка почувствовала, как взгляд его темных глаз скользнул по ней, – ласковый и соблазнительно теплый, как луч солнца. Этот луч на секунду деликатно остановился на ее высокой груди и затем заскользил вниз, к плавной линии бедер и еще ниже – к длинным ногам, обтянутым шелком.
Помимо воли пальцы Бет нервно скользнули к жемчужному кулону. Странная летаргия сковала ее, заставив легкие замедлить работу почти до удушья. Вдох остановился в горле, а тело повиновалось настолько неохотно, что казалось чужим.
– Вы вовсе не такой, как я думала, – честно призналась Бет.
– Да и вы тоже, – сухо произнес Эрнан, хотя и не стал объяснять почему.
– Я думала, вы старше, – простодушно сказала Бет.
Она с робостью поймала его взгляд. В глубинах глаз испанца плясали огоньки, и на какое-то мгновение Бет поверила в собственное безумное предположение: в этих глазах отражаются сполохи бушующего в ней пожара.
Эрнан пошевелился, и огоньки исчезли, уступив место бархатной черноте. Утонуть в ней, панически осознала Бет, может оказаться очень нехитрым делом.
– Могу ли я предложить вам что-нибудь выпить? – спросил Эрнан.
– Благодарю.– Бет была потрясена хрипотой, неожиданно появившейся в ее голосе. Она чувствовала, что нужно что-нибудь плеснуть в горло, чтобы вывести мышцы из странного состояния пассивности, заставить их наконец работать. – Я бы предпочла белое вино.
Хозяин подошел к стоявшему к углу комнаты небольшому столику с напитками и наполнил бокал вином. Затем налил себе.
– Попробуйте. – Он протянул ей бокал.
Бет взяла его, старательно избегая прикосновения к сильным загорелым пальцам мужчины. Она сделала маленький глоток.
– Что это за сорт?
– Вернассио светлое. – Прочитав на лице гостьи удивление, вызванное незнакомым и странно звучащим названием, Эрнан добавил: – Это одно из местных андалусских вин. Мы производим не так уж много сортов белого вина, но этот один из самых редких. А конкретно – оно с моих виноградников.
– Мне нравится, – сказала Бет. И это было правдой, вино и впрямь нравилось ей. Но она знала, что сказала бы то же самое, даже если бы вино по вкусу походило на уксус.– А это все портреты членов вашей семьи? – спросила Бет, показывая на ряды картин.