Тайна Бреши
Шрифт:
Трэвис направился дальше, в хвост самолета, свернул за угол и оказался возле замкнутого темного пространства. Заглянув внутрь, он понял, что это склад оружия. «Бенелли М4» [33] и «Глок 19». Рядом стояли коробки с патронами. Однако чтобы достать оружие, требовалось приложить ладонь к сканнеру, который находился под ручкой дверцы.
Трэвис вернулся в коридор и дошел до его конца: там находились двойные двери, которые вели в апартаменты президента, занимавшие весь хвостовой
33
«Бенелли М4» – самозарядное магазинное ружье (дробовик). Разработано и создано в Италии и импортируется в США для Корпуса морской пехоты.
Внутреннее убранство поражало своей роскошью и практически не отличалось от Овального кабинета, как и всего Белого дома. Не приходилось сомневаться, что интерьером занимались одни и те же люди. С одной стороны находилась большая открытая кухня, с другой – гостиная, из которой коридор вел в невидимые помещения. Трэвис пересек открытое пространство и направился в коридор. Он прошел через ванную комнату и оказался в спальне с большим шкафом. Оставалась только одна дверь. Чейз подошел к ней и увидел то, что и ожидал.
Комната без окон. На стене портрет Джорджа Вашингтона. Ричард Гарнер был привязан к тележке, как Ганнибал Лектор, только без маски. Задняя часть тележки крепилась к стене за спиной Гарнера.
Больше в комнате никого не было.
Второй жертвы Трэвис не видел.
Неужели от него уже избавились?
Чейзу пришло в голову, что второй жертвой мог быть Кёртис Мойер, но он тут же отбросил эту мысль: получалась нестыковка по времени. Сон приснился Трэвису задолго до того, как Борт № 1 приземлился в Пограничном городе, если верить смартфону Дайера. В то время Мойер не мог здесь находиться.
В углу стоял письменный стол, который Трэвис не видел во сне – он находился слишком близко и остался у него за спиной. Очевидно, здесь был кабинет.
Чейз сосредоточился на Гарнере. Его глаза были полуоткрыты, он смотрел в пустоту. Президент остался в брюках от костюма и белой рубашке – одежде, в которой накануне обращался к народу. Пиджак и галстук исчезли, рукава рубашки отрезали до локтей. На коже Трэвис увидел следы от уколов.
Гарнер заморгал, приоткрыл глаза, но тут же снова расслабился. Похоже, действие наркотика заканчивалось.
Трэвис подошел к нему вплотную и прошептал:
– Мистер президент…
Гарнер вздрогнул и повернулся на голос. Однако он никого не увидел и стал смотреть в коридор.
– Кто здесь? – прошептал Гарнер.
Трэвис подошел ближе, чтобы его голос прозвучал уже внутри комнаты.
– Трэвис Чейз.
Объяснения не заняли много времени. Гарнер все знал, если не считать событий последних нескольких часов. Когда рассказ Трэвиса подошел к концу и он поведал о том, что произошло с Пэйдж, Бетани и Дайером, президент закрыл глаза и довольно долго молчал.
– Мне очень жаль, – наконец прошептал он. – Все получилось ужасно.
– Холту
Больше он ничего говорить не стал.
Теперь Чейз стоял примерно в том месте, где находился во время сна, и испытал странные ощущения, увидев комнату своими глазами.
– А кто находился здесь вместе с вами? – спросил Трэвис. – Кого еще они допрашивали?
Гарнера удивил этот вопрос.
– Никого, – ответил он.
– Но был еще один человек, – сказал Трэвис.
Он не успел рассказать сон в подробностях и теперь поведал о нем Гарнеру. Однако у того не появилось новых воспоминаний. Он лишь потряс головой, словно эта история смутила его не меньше, чем самого Трэвиса, когда он сумел открыть зеленую дверь.
– Мы решили, что существует объект, оказывающий такое воздействие, – продолжал Трэвис. – Объект, который способен передавать то, что видит или слышит какой-то человек. И отправлять видения кому-то другому.
– Никогда не слышал о таком объекте, – ответил Гарнер. – И я уверен, что со мной здесь никого не было. Я бы не забыл.
Несколько долгих секунд Чейз смотрел в пустоту и молчал. Никогда прежде он не попадал в столь необъяснимое положение. Его сон не мог оказаться просто сном. Он видел эту комнату, хотя никогда здесь не бывал. И код оказался верным. Но как соотнести новую информацию с тем, что сказал ему Гарнер, он не знал.
– Тебе нужно уходить отсюда, – прошептал президент. – У тебя есть костюм; этого достаточно, чтобы попасть в Пограничный город в 2016 году. Все остальное не имеет значения.
– Вы знаете, что я вас не оставлю, – сказал Трэвис.
На лице Гарнера появилось упрямое выражение.
– Не стоит так рисковать. Только ты имеешь сейчас значение. А я – нет.
– Пилоты заодно с Холтом? Они также участники заговора?
Гарнер покачал головой.
– Холт приказал им оставаться наверху; меня сюда привели до того, как они заняли свои места.
– Значит, при прочих равных, – сказал Трэвис, – вам следует получить контроль над самолетом, когда он поднимется в воздух? Тогда у вас будет возможность контролировать ситуацию. Вы сможете сами решить, где лучше приземлиться и кто вас должен встретить. Вы можете выступить по телевидению прямо отсюда и все объяснить. И тогда игра пойдет на ваших условиях. Это лучше, чем если бы события начали развиваться, пока самолет на земле.
– Намного, – сказал Гарнер.
– Ладно, – сказал Трэвис. – Пока мы будем сидеть тихо. Пусть эти люди проверят Рам-Лейк и самолет взлетит. Потом я прикончу всех.
Глава 42
С этого момента Трэвис не выходил из кабинета, считая разумным оставаться поближе к Гарнеру, чтобы иметь возможность быстро изменить план, если возникнет угроза жизни президента.
Большую часть времени он наблюдал за коридором, готовый в любой момент отойти в угол комнаты, чтобы кто-нибудь случайно его не задел.