Тайна башни (сборник)
Шрифт:
Лакей был прав. Лоб князя, видимо, был поражен сильными ударами, так как даже двойная и тройная перевязка не остановила крови.
— Не угодно ли будет присесть, мистер Холмс, — обратился раненый к сыщику, — вы, вероятно, хотите справиться об обстоятельствах, при которых меня ранили.
— Совершенно верно, ваше сиятельство, но я не желал бы вас, утомлять, тем более, что самое главное я уже узнал от вашего лакея. Вы застигли прошлой ночью вора за работой, не так ли?
Князь кивнул головой. Казалось, что он в
— Вы, вероятно, уже спали, ваше сиятельство, — продолжал Шерлок Холмс, — и были разбужены шумом?
— Именно так. Было около двух часов ночи, я находился в спальной и вдруг услышал в соседнем помещении, моем кабинете, какой-то треск. Одним прыжком я вскочил с постели. К сожалению, при мне не было оружия. Но вор, вероятно, услышал меня — еще прежде чем я увидел кого бы то ни было, меня дважды ударили по лбу каким-то тяжелым орудием, и я свалился на пол, лишившись сознания.
— Могу ли я осмотреть место происшествия?
— Конечно, потрудитесь перейти во вторую комнату.
Шерлок Холмс увидел на полу в кабинете большую лужу крови. Замок письменного стола был взломан ломом. На обоях также были видны брызги крови.
— Вор, вероятно, бил вас еще и тогда, когда вы уже лежали на полу, — сказал сыщик раненому, возвратившись опять в первую комнату.
Князь удивленно посмотрел на него; его глаза выражали не то испуг, не то сомнение.
— Не думаю этого, — медленно проговорил он, — почему вы так полагаете?
— Потому что на высоте приблизительно десяти сантиметров от пола на обоях имеются брызги крови, идущие по направлению снизу вверх.
— Черт возьми, — смеясь воскликнул князь Тамара, — вы действительно остроумный сыщик! Я готов был бы поклясться, что меня били только тогда, когда я стоял. Но ввиду приводимых вами наглядных доказательств ваше мнение, вероятно, правильнее.
— Помимо вас кому было известно о местонахождении денег? — осведомился сыщик.
— Каждому моему лакею. Но они выше всяких подозрений, так как служат у меня уже годами.
— Я и не думаю подозревать их. Видели ли вы преступника?
— Отнюдь нет, я даже не помню, видел ли я его тень. Но пусть вам расскажет мой лакей о своих наблюдениях сегодня утром.
Он надавил на кнопку стоявшего рядом с ним на столике серебряного звонка, после чего явился лакей, проводивший Шерлока Холмса к раненому.
— Бартоло, сообщи-ка этому господину твои наблюдения, — приказал ему князь.
— Сегодня утром, когда я узнал о нападении на его сиятельство, я искал по всей усадьбе следы, по которым можно было бы установить, каким образом вор проник сюда. Таких следов я не нашел; но на садовой калитке мелом было нарисовано три кружка, и в каждом из них по кресту. Так как этих знаков на этом месте вчера, наверно, не было, то они, конечно, нарисованы вором в виде знака для его соучастников.
—
— Надо было бы действительно в этом отношении поискать. А теперь знаки еще видны?
— Конечно, — подтвердил князь, — я нарочно распорядился, чтобы их не стерли.
Шерлок Холмс поспешил в сад, и действительно, на калитке виднелись три креста, окруженные кругом; для догадливого сыщика, конечно, тоже не было сомнения в том, что они могли быть нарисованы там только преступником.
А что они обозначали? Должны ли они служить приказом для соучастников разбойника собраться здесь в следующую ночь? Был ли это знак, обозначавший, что здесь опасаться нечего и что разбойник отказывается от помощи? И были ли сделаны такие знаки также и в других местах, где преступник успел уже совершить свои деяния?
Так как князь Тамара при всем желании не мог дать ему ответа на все эти вопросы, то Холмс распрощался.
— Надеюсь, вы в скором времени опять посетите меня, несчастного, — улыбаясь, сказал князь, — очень уж любопытно узнать, нападет ли хитрейший сыщик мира на верные следы разбойника. Одно только меня беспокоит.
Шерлок Холмс вопросительно посмотрел на князя.
— Что именно, ваше сиятельство?
— Было бы ужасно, если бы вы обвинили и арестовали невинного.
Сыщик от удивления попятился на шаг назад.
— Что с вами, мистер Холмс? — спросил князь. — Я, быть может, обидел вас?
— Не это меня поразило, ваше сиятельство, но несколько дней тому назад другое лицо высказало мне то же самое опасение и в точно таких же словах!
— А, это интересно. А кто же это лицо, у которого одинаковый со мной ход мыслей?
Шерлок Холмс помолчал с секунду, и взор его впился в блуждающие глаза его соседа.
— То была… графиня… Тереза… Гримальди, — произнес он с ударением на каждом слове.
Князь медленно отвернул голову, глаза его смотрели в пространство.
— Графиня Тереза Гримальди, — повторил он, — не помню такой дамы, по крайней мере, теперь не припоминаю. Возможно, что я видел ее когда-нибудь. Ну что же, — улыбаясь прибавил он, — очень мило с ее стороны, что у нее такое же мягкое сердце, как и у меня. Прощайте, милейший.
Шерлок Холмс в раздумье прошел по комнатам и по покрытому мраморными плитками коридору к широкой лестнице вестибюля. Шаги его на мягких коврах не были слышны; в тот момент, когда он взялся за ручку двери, он вдруг отшатнулся, как ужаленный.
Внезапно раздался сдавленный, злорадный смех, адский смех.
Откуда это? Он раздался не с боков и не сверху, так как видны были только гладкие стены и стеклянная крыша вестибюля:
Шерлок Холмс не мог ошибиться, его чуткий слух не мог обмануть его.