Тайна астероидов
Шрифт:
– "Беспредельная Вселенная едина в своей материальной основе, а природа - добросовестная учительница науки, поэтому когда-нибудь вы пойдете дальше, чем наш ограниченный разум". Это прекрасное философское доказательство того, что вся Вселенная материально единая и состоит из одинаковых элементов, единого строительного материала. Вселенная познаваема, природа сама постепенно и настойчиво учит мыслящие существа разгадывать ее тайны. Прогноз Периты замечательно точный. Он знал, что на Земле, которую они называли Маномой, человек достигнет высшей степени совершенства, чем жители Торы,
Академик Владимиров, довольно поглаживая бородку, присоединился к молодому биологу.
– Перита приводит нам доказательства того, что материалистическое мировоззрение - непоколебимое, единственно правильное и возможное. Опубликование полученного материала будет иметь большое значение для всего человечества. Действительно гениальное послание!
Теперь уже молодой Балашов обратился к профессору Яшкевичу:
– Товарищ профессор, пожалуйста, переводите дальше вы, а то я вас всех заговорю.
Профессор засмеялся, взял перевод, вполголоса невнятно прочитал немного, а потом громче стал объяснять:
– Дальше Перита говорит об умирании Солнца, которое произойдет через несколько миллиардов лет, но к тому времени он предсказывает славную историю, которую будут творить после жителей Торы мыслящие существа на Бонгаве… Бонгаве…
– На Марсе, - с готовностью подсказал Олег.
– Да, на Марсе и у нас, на прекрасной Маноме. Кажется, Перита был романтиком. Далее идет интересный прогноз. Перита предрекает развитие мыслящих существ на Венере. А почему он прилетел на нашу Землю, когда Марс был ближе?
– Думаю, - ответил доктор Лэмар, - что объяснение есть во фразе: "Печальная судьба Торы и Бонгаве…". Перита, видимо, вспоминал о трагической судьбе двух планет.
– …Да, здесь речь идет о плохом, в частности, если принять во внимание его призыв "Остановитесь!" - согласился академик Владимиров.
– Есть и другие связи и вопросы, - добавил доктор Лэмар.
– Напрашивается ответ, что Перита мог выбрать себе убежищем только нашу планету, и избрал ее сознательно.
Яшкевич пробежал глазами несколько абзацев и горячо закивал:
– Да, уверенность его фразы: "Я знаю, что мое послание сохранится и вы читаете его", подтверждает мнение доктора Лэмара.
– По всему видно, - продолжал Владимиров, - что, написав послание, Перита не предусматривал аварии на дне океана, но вполне сознательно подготовил сохранение культурного богатства своей планеты для будущих поколений разумных существ.
Яшкевич снова углубился в перевод, а затем добавил:
– Вы правы, коллега. Это подтверждается словами: "Остановитесь! Остановите! Не раскрывайте последних тайн природы, пока это послание не прочтете миллионам ваших". Ведь это просьба, даже воззвание к сознанию всего человечества.
– Да, друзья, - отозвался Лэмар, - наша наука открывает последние дверь перед окончательной разгадкой тайны материи. Нам остался разве что только шаг до выяснения всех тайн
– Мы живем во времена безумных испытаний ядерного оружия. В западном полушарии царит военная истерия. Наиболее организованная материя - человеческий мозг начинает использовать сам себя для приближения собственной гибели! Человечество овладело уже не одной тайной природы, в том числе и тайной энергии атомного ядра… но как оно использует эти знания?!
– возмущенно произнес академик Владимиров.
Доктор Лэмар, расхаживавший по кабинету, остановился перед старым ученым:
– Уже во времена палеолита Перита говорил о сумасшествии, охватившем кучку сильных богатством, но слабых духом. И у нас на Земле это безумие охватило кучку сильных богатством, и теперь они играют со смертью. Больной мозг готовит новые Хиросимы!
Олег Балашов представил себе лес атомных грибов, которые могут вырасти на нашей планете, если это сумасшествие не вылечить. Подталкиваемый неудержимой силой внутренней решимости, он встал и взволнованно произнес:
– Спасибо тебе, неизвестный гений, за твой завет! Люди всего мира, все, кто имеет в себе хотя бы искорку сознания, услышат твое предостережение и узнают о судьбе тех, которые теперь в форме необъятных облаков космической пыли блуждают в межзвездном пространстве!..
На мгновение настала тишина - торжественная тишина, тишина присяги…
– ЭЛМО ждет!
– через минуту напомнил доктор Лэмар.
Все опомнились. Действительно! Электронный мозг ждет свою первую работу. Академик Владимиров подал доктору оригинал заметок Периты и вместе с другими пошел в центральный зал, где находилась сложная аппаратура электронного мозга.
Олег впервые был в этом институте, и поэтому очень радовался, что сможет обогатить свой опыт. Идя по длинному коридору, он услышал звук женских каблуков. Этот звук показался ему знакомым.
– Таня!
– воскликнул юноша и представил ученым Лебедеву. Они приветствовали девушку как давнюю знакомую.
Доктор Лэмар открыл дверь просторного зала. Таня и Олег на мгновение остановились, пораженные картиной, открывшейся их глазам. Все вокруг, кроме входной двери, было заполнено множеством крошечных сигнальных лампочек, измерительных приборов, соединительных кабелей, сотнями разных рубильников и кнопок. В центре зала стоял просторный пульт управления, а за ним - несколько рядов современных белых кресел.
Лэмар подошел к центральному пульту, предложил всем сесть. Потом вставил специальный ключ, который вынул из кожаного футляра, и повернул большую синюю ручку.
Аппаратура ожила!
Некоторые щитки горели разноцветными надписями, а круглая стена с сигнальными лампочками пульсировала, словно ясное небо с мерцающими звездами. Зал наполнило тихое таинственное жужжание.
– Друзья, наш автомат ждет приказов, - объявил конструктор и, нажав на кнопку, включил считывающий блок. Из нижней половины пульта выдвинулась прямоугольная площадка светившаяся бледно-зеленым сиянием. Справа была закреплена крышка с системой фотоэлементов.