Тайфун
Шрифт:
Джульетта с трудом проглотила кусок тоста. Она знала, что он имеет в виду. Ведь Люси и Ричарда там не будет. Она посмотрела ему прямо в глаза, понимая, что никогда себе не простит, если сейчас упустит второй шанс.
— Мне бы этого хотелось.
— Хорошо. — Его невыразительный голос противоречил теплоте, которая появилась в его глазах. — На тот случай, если ты планируешь сбежать обратно в роскошные апартаменты гостиницы, мисс Хеммонд, — знай, что ты передо мной в долгу и должна составить мне компанию сегодня.
На лице Джульетты тут же появилось настороженное выражение.
— Все,
— Пусть будет так. Как я могу тебе отказать? — сказала Джульетта, улыбнувшись в ответ, хотя ей было интересно, как именно Марк обычно любит расслабляться и подразумевает ли он, что и она должна в этом участвовать. Джульетта спросила:
— Дела с компанией правда настолько плохи?
— Я буду рад, когда все это закончится, каким бы ни оказался исход, — задумчиво ответил он. — Эти последние шесть месяцев были самые неприятные в моей жизни.
— И самые трудные, судя по обстоятельствам, — сочувственно заметила Джульетта.
— Да, это так, — согласился он, крепко сжав пальцами бокал в порыве гнева. — Но любой безумец с манией величия, который думает, что сможет саботировать Лонгриджей и меня, встретит ожесточенное сопротивление, и ему придется вступить в беспощадную схватку, которая произойдет по его вине! — сказал он с мрачной улыбкой, не предвещающей противнику ничего хорошего.
Джульетте стало немного не по себе. В это мгновение Марк выглядел совершенно безжалостным, ей не хотелось бы когда-нибудь вызвать его гнев. Он взял ее за руку, большим пальцем медленно поглаживая ее ладонь.
— Давай забудем про дела и выйдем на балкон, чтобы понежиться на солнышке; здесь оно нечастый гость. Одна из невыгодных сторон жизни на вершине заключается в том, что гора почти всегда закрыта тучами!
Он вынес ей кресло с высокой спинкой, принес несколько книг, которые оставила здесь Белинда, когда в последний раз гостила у него, и, подвинув свое кресло ближе к ней, принялся извиняться за свое продолжительное отсутствие, объясняя это тем, что он выбирал книги. Джульетта не знала, радоваться ей или огорчаться.
Она не могла сосредоточиться на чтении легкой готической новеллы, ей хотелось смотреть на Марка, изучать его стройные ноги, смуглую кожу, покрытую густыми черными волосами, чтобы навсегда запечатлеть в памяти каждую его частичку. Было трудно сосредоточить взгляд на расплывающихся перед глазами строчках текста; она снова взглянула на него исподтишка и увидела, что книга лежит на его коленях, а он спит. «Он действительно выглядит очень измученным», — с болью подумала она, уже без опаски изучая его лицо. Она спросила себя, сколько часов он позволял себе спать по ночам с тех пор, как начал бороться за будущее своей компании. Он был такой разносторонний: стойкий бизнесмен и плейбой, обольститель женщин и внимательный к другим человек. Такой нежный и сочувствующий, когда он ухаживал за ней во время болезни, — и такой беззащитный в своем
«Но это я стала совсем беззащитной», — подумала Джульетта уныло. За эти три коротких дня Марк разрушил все так тщательно сооружавшиеся ею преграды. Что же случилось? Девочка, приехавшая в Гонконг, покинет его женщиной, изведав в полной мере всю полноту и гамму эмоций зрелого человека, в которых она так долго себе отказывала.
Луч солнца, пробившийся сквозь завесу из пальмовых листьев, упал на лицо Марка. Он вздрогнул и быстро открыл глаза.
— Я не так планировал развлекать тебя, Джульетта, — покаянно сказал он. — Наблюдать за тем, как я сплю, — не слишком увлекательно.
— Это как раз то, что мне нужно, чтобы немного расслабиться, — сказала Джульетта, хотя мысли ее были далеко не так безоблачны. Она повернулась к нему, улыбаясь. — К тому же все было мирно и хорошо. У тебя, может быть, много недостатков, Марк, но, по крайней мере, ты не храпишь!
— Конечно же, нет! — оскорбленно воскликнул он, сладко потянувшись. Джульетта залюбовалась игрой его мускулов под рубашкой.
Он обхватил руками колени, пристально глядя на нее.
— Почему ты хотела выйти замуж за Эдварда?
Джульетта взглянула на него, испугавшись внезапности вопроса. Она знала, что для него очень важно, чтобы она ответила ему честно.
— Я приняла свои чувства за любовь. Было так приятно, что этот красивый мужчина старше меня захотел на мне жениться, если учесть, что местные ребята никогда не смотрели на меня дважды! — добавила она.
— Я не удивлен, — сказал Марк.
Джульетта изумленно посмотрела на него, его слова едва ли можно было принять за комплимент; глаза Марка потемнели, и он добавил:
— Ты не из тех женщин, которые привлекают юношей, они предпочитают бросающихся в глаза своей красотой девушек, которые часто оказываются на самом деле растрепанными и неряшливыми. Только зрелый мужчина может оценить утонченную красоту, которая очень долго не увянет. — Он зачарованно наблюдал, как краска стыда заливает ее шею и лицо.
— Я была ослеплена внешним блеском, — сказала она, когда наконец смогла произнести хоть одно слово. — Я думала, что это, должно быть, любовь, но когда пелена упала с моих глаз, я поняла, что совсем не люблю его, но, — она честно добавила, — мне все еще было трудно смириться с тем, что все, на что я надеялась, больше не существует.
Марк понял, что она хотела сказать.
— Я знал в то время, что ты не плачешь из-за того, что потеряла свой счастливый билет, — нахмурился он, — но впервые в жизни я позволил Эдварду повлиять на свое решение.
— Эдварду? — воскликнула Джульетта.
— Он удивительно снисходительно отозвался о тебе, только намекнув, что не стоит доверять хорошенькой картинке. И я позволил своему гневу и обиде убедить меня в том, что это правда.
— Но это Эдвард настроил меня против тебя! — сказала Джульетта. — Он сказал мне, что ты всегда приводишь девушек в летний домик, чтобы соблазнять их там, намекая, что я просто была одной из них!