Таверна "Перекрёсток"
Шрифт:
Наскоро отварив бобы и размочив мясо, чтобы Арку и Эймере легче было его съесть, сама Ветта доела вчерашний омлет, который даже холодным оказался неожиданно вкусным. Затем накрыла стол, сложив вместе две скатерти, прежде укрывавшие корзины с подарками от лесного народа. Сверху устроилась посуда и чан с бобами, поднос с мясом и сыром, тарелки и ложки заняли свои места в ожидании трапезы.
Огр спустился вниз первым, проведал свою лошадь пока лира таскала на стол завтрак, умылся и сел за стол, с интересом наблюдая за хозяйкой. Эльфов не было.
— Юная лира, — сдался перед натиском
Ветта смутилась от доброты и искренней заботы, прозвучавшей в голосе старика. Обманывать его отчего-то совсем не хотелось.
Выслушав внимательно краткий и сбивчивый рассказ, огр только покивал в задумчивости. С одной стороны узы, связывающие мужчину и женщину, окрашивают жизнь новыми и солнечными красками. С другой — краски эти темнеют и делают жизнь несчастной, если нет в этих узах любви. А наречённого своего лира даже не видела.
— Что ж, дело молодое, как-нибудь всё наладится, — тепло улыбнулся огр, и Ветте на миг стало теплее, что удалось с кем-то поделиться своим несчастьем.
— А ты почему так поздно оказался на тракте?
Огр улыбнулся, на этот раз грустно, но раз знатная лира ему доверилась, старику и тем паче скрывать нечего.
— Я знаю, что делать! — воскликнула Ветта, когда Арк закончил свой рассказ. — Ты бы хотел… перевезти жену сюда? И помогать мне немного, не больше, чем в ваших с ней силах! Вам не придётся больше разлучаться и беспокоиться о деньгах!
Замерев в ожидании, лира Норе не сводила с ошеломлённого огра своего взгляда — хоть бы согласился! За долгую свою поездку он получал от силы десяток серебрушек и считал их большими деньгами. Ветта могла платить ему больше, лишь бы помочь воссоединиться с семьёй и дожить свой век в покое.
— Лира слишком добра… — покачал головой Арк, мысленно прикидывая, как удивится жена, ведь ему больше не придётся уезжать. Дети уже встали на ноги и обзавелись своей землёй, живут молодой жизнью и редко навещают стариков. Огр не думал, что они или Има будут возражать.
— Я приеду через полнолуние, — заверил добрую лиру Арк Арнх. — Даю слово рода.
— Буду очень ждать, — Ветте прямо сейчас хотелось пуститься в пляс от его согласия, но Амрэль всё испортил, открыв дверь с громким скрипом:
— Так вот почему ты так далеко от дома, — улыбнулся мастер животных, протягивая Ветте внушительный букет из полевых цветов. — Вроде я видел здесь вчера вазу.
— Ты! — взвилась лира, распушив от возмущения хвост, прижав уши и отклонив от себя букет. — Разве тебя мама не учила, что подслушивать не хорошо?
— А тебя разве не учили, что сбегать из дома не хорошо? — парировал эльф с широкой ухмылкой, отправляясь на поиски нужного ему сосуда.
Почему-то при виде раздражённой аммилисы очень хотелось смеяться: лира словно вытянулась в струнку, околачивая себя по бокам распушившимся и ставшим в два раза толще хвостом, а уши стали почти не видны —
— Тебе говорили, что ты милая, когда злишься? — довольно насвистывая из-за своей проделки, Амрэль наконец нашёл ту вазу, что приметил вчера, и, наполнив её водой, поставил цветы.
Но в ответ лира только фыркнула, развернулась и, сославшись на то, что нужно проверить как там человеческая девушка, гордо ретировалась, чтобы избежать ещё большего падения в собственных глазах. Эльфа хотелось придушить, ну или отхлестать тем веником, который он притащил с собой. Нет, только придушить, цветы стало жалко. Среди них Ветта заметила васильки и календулу — из них получатся очень вкусные пирожные. Да, определённо, она сделает из его цветов пирожные. И точка!
Глава 9. Новая жизнь
Беспокойство Ветты оправдалось — Эймеру лихорадило, хоть она и выпила перед сном приготовленный для неё отвар. Слишком хрупкая девушка тряслась под пледом лиры, свернувшись в клубок, а на её лбу выступила испарина. Трав, что были у беглянки с собой, хватит только поддержать Эймеру, но не вылечить! Пришлось возвращаться к Амрэлю и просить ещё помощи. Долг перед эльфами стремительно рос — никакое варенье из шишек не спасёт!
Посетовав, что не смог уберечь человеческую девушку от болезни — та слишком долго пробыла в холодной болотной воде, — старый огр покинул таверну, чтобы вернуться домой, по пути продав, что осталось в телеге. А что не продаст, так сын продолжит дело, если пожелает, тогда смогут видеться.
Пока мастер животных отсутствовал, Ветта напоила больную ещё одной порцией поддерживающего отвара, мысленно прикидывая, когда можно будет приступить к сбору необходимых трав и есть ли они в этой лесисто-луговой местности. В холмах возле норных жилищ она знала все закутки с редкими травами. Или эльфы поделятся своими потайными местами сбора? Аммилисы не делились, предпочитая единоличничать в интересных для сбора угодьях.
Промокая оторванным от подола кусочком ткани горячий лоб человеческой девушки, лира Норе в очередной раз порадовалась, что до лета остались считанные дни — тёплые ночи даже с разбитыми окнами пережить легче, чем в суровую зиму морозы. Зимой Эймера просто погибла бы! Впрочем, зимой она бы не провалилась в болото.
— Ветта! — звонкий оклик с нижнего этажа заставил поспешить навстречу вернувшемуся Амрэлю, а с ним прибыли и мастера, которых лира ещё не видела.
Ещё старше Элеона возрастом, повидавшие всякого, они даже не обратили на Ветту особого внимания, сразу приступив к осмотру: один изучал черепки и уцелевшую посуду, другой принялся за механизм в комнатушке возле трапезной залы. Мастер металла назвал его «водяным насосом» и пояснил, что такой есть в каждом эльфийском доме, только не такого устаревшего вида. Пообещав вернуться с чертежами, бамбуком и металлическими стяжками, он уверял, что уже завтра сможет всё наладить.