Татуаж сердца

Лизуро Тамара

Вы упрекаете

Вы упрекаете в инфантильности?Что ж – имеете полное право…Я не кичусь иллюзорной всесильностью…И часто по-детски рыдаю от раны…Вы упрекаете в мечтательности?Да, проживаю я в розовом сне…И часто летаю столь бессознательноВ небе, где вы отдаетесь войне…Вы упрекаете в откровенности?Пожалуй, открыта больше, чем книга…Но прочитать мои смыслы усердностиВам не хватает ни года, ни мига…Вы упрекаете в графомании?Да уж, писать нынче дело нехитрое…Но отчего ж тогда в вашем сознанииВсе изувечено колкими рифмами?…

Семейная пустошь…

Семейные традиции, как в лучших книгах Бронте…Она, слегка уставшая,

а он навеселе…Пьют кофе, обсуждая непостоянство фронта,В котором виноват пролив Лавуазье…Попьют и посудачат о детях непослушных,Налоговых препонах и роскоши Гоа…Затем расскажет он о хлипкости несущих,О том, что ремонтировать давно уж их пора…Она, слегка зевнув и сделав три затяжки,Решает намекнуть о шубе мисс Бурбон…Увы, но мысль его все занимают ляжкиХорошенькой прислуги с огромным красным ртом…«Еще по кофе?» «Можно… а можно и с ликером…»«О чем поговорить?» – ее типичный страх…«О чем поговорить?» – он словно эхо вторит,Но произносят оба: «Как ветрено в горах…»И светит им в окно искусственное солнце,И освещает луч иллюзию семьи…К чему же только вам такое благородство,Коль лжете вы себе, немые старики?..Семейные традиции, как в лучших книгах Бронте,Их двадцать лет уже совместно стерегут…Но нет души семьи и нет живого солнца…И их сердца давно им песни не поют…

Моя подруга – муза

Муза пьет ром и курит кальян…В сердце – и дождь, и следы…Знаешь, наверно, мой главный изъян —Что перешли мы на «ты»…Не было флирта, кокетства и ласк —Тех пресловутых шагов,Что популярны у питерских масс —Словно разводка мостов…Муза в депрессии – что ж говорить…Музы часты в этом «вне»…Мне так вольготно с тобой говорить…Мне так уютно в тебе…Знаешь, хороший, я буду собой —В свете, в депрессии, в сне…Как же хочу я обняться с тобойВ сером бессмысленном дне…

Чужие мысли

Чужие стихи набили ватную голову.Нас научили не думать самим,А запоминать чужое.Чтобы мы однажды, но поздно поняли,Как достаточно было то, изначально пустое.Чужие истории будоражат зависть —Каждому кажется, что у соседа трава сочнее.Какая религия нами правит,Когда представляем себя в чужой постели.Чужие книги вкладываем в свою голову.Байты и биты кривой неприглядной речи.Они рассказали, что в человеке всего поровну —Дерьма и мыслей о чем-то сакрально-вечном…Полжизни учимся выполнять правила.Сначала скулим и притворно ищем свободу.А когда нам предлагают чуть заглянуть за грани,Говорим, что быть правильным – это сегодня модно.Когда я смотрю сейчас на еще младенцев,Я хочу всех спасти от взрослого этого бреда.Но матрица крепко их держит в ажурных чепцах,А тех, кто пытается спрыгнуть – просто зовет поэтом…

Парапет

Бывает так – сидишь на парапете,И вроде ливень льет, как из ведра.И скрип на старой плеерской кассетеВсе жилы завязал узлом с утра..Сидишь и внемлешь этому покою,Который, может, даже нищетойКому-то вдруг покажется порою.А ты богат. Ты счастлив. Ты живой.И также справедлива тень иллюзий:Когда роскошный завтрак на БалиНе вдохновляет. Тащит будто юзомПо берегам безрадостной земли.Сижу на подоконнике горячемИ вновь пишу в забытую тетрадь:«Как счастлива теперь быть снова зрячей.Смотреть. Любить. Писать и снова ждать».

Ведьма

Душа мечтает о покое,Душа намучилась сполна,И чувство странное такоеМне говорит: «Опять одна…»Я не хочу любить стихийно,Я не умею быть нежна,Быть может, в этом вечном миреУ каждого своя судьба?Моя судьба – моя дорога,Что круче все день ото дня.И я не гневаюсь на Бога,Что создал он такой меня.Да я не знаю страсти чувства,Да,

не любила никогда…И пусть мне будет очень грустно,Что я не встретила тебя…Иди себе другой дорогой,Иди спокойно, не спеша…И пусть не мучает тревога,Пусть отойдет души тоска.И я останусь незнакомкой,Другой, чужой и не твоей…К чему ж нам, милый, бабьи толки!Ты не зови меня своей…Во мне – ведьминский магнетизм,В моих глазах огонь шабаша,В душе моей сплошной цинизм.Сея судьба, увы, не наша…Обворожить могу любого,Могу навеки привязать…Но в мире нет пока такого,Кто б смог меня околдовать!И вылетаю я в окно,За ночью – ночь, за годом – годы…Быть может, мне предрешено,Метлой мести свои невзгоды?Лечу по небу, мысли ясны,В глазах чертовский огонек,И было, видно, все напрасно…Зачем влюбился, паренек?!Ведь сердце ведьмы – черный камень,Оно безжалостно стучит…Его разрушить сможет пламя,Но мой костер пока молчит!Пока готовят люди дровни,Пока вещают мне вердикт,Ищу я в небе себе ровню,Быть может, ОН и пролетит?!

Отцу

Мы сошлись в одной точке с тобойВ середине холодной апреля.Много зим пролетело за мной.Много лет и твоих пролетело.Коммунальный, но в сущности адМы все вместе прошли не в припрыжку,И я помню, как каждый был радВ своей комнате думать над книжкой.А потом шлейф твоей же судьбыУготовил нам странное чудо —Из своей ну почти беднотыМы сейчас можем много и всюду.Ты ведешь нас своею звездой,Трудолюбием, жизненным рвением.Нас теперь чуть побольше с тобой:И мы скажем тебе – С Днем Рождения!

А в Питере осень – знаешь?

А в Питере осень – знаешь?..Такая бездомная и пустая…Как разоренная герцогиня —Лишенная статуса, титула, имя…Такая безумно несчастная дама,Спасшая гордость и старую раму,Что подарила ей раньше прабабка…Она говорила, что будет несладко,И ежегодно поборники в зимуВ залог забирают их жизни картину…И каждый сезон – круговая порука —Рисует все заново – тонкости звука,Деревья, опавшие желтые листья,Промозглые ветры и темные мысли…Отходит, любуется, снова рисует…Меняет мольберты, палитры смакует…Но каждый ноябрь собиратели мздыПриходят под вечер при свете луны…И грубо снимают написанный холст,А ночь терпеливо сжигает тот мост,Что сроднил пуповиной герцогиню с зимой…И осень признала проигранный бой…Но, покорно смиряясь, продолжает опятьКаждый ранний сентябрь себя рисовать…

Черемуховые холода

Черемухи холодное дыханьеНа коже ощущаю, как укол…Как осени мое воспоминанье,Как безутешных проводов повтор…Но в этих холодах блеснет надежда —Июньская жара возьмет реванш…И снова все согреет солнцем нежным,И лето отчеканит звонкий марш…Но а сегодня – майская прохладаНас отчего-то дразнит холодцой…И птиц весенних громкая плеядаТоропит лето песнею про зной…

Вредная привычка

Сизым облаком привычкиЯ вдыхала вкус дурмана…Хохотала истеричкой,Ей же после и рыдала.Я курила сигаретуС редким именем твоимИ делила только с ветромВесь тлетворный никотин…Ты проник в мой каждый атом,Обволакивая больно…В сердце выкуренный кратер,И сказала я – «Довольно».Вот теперь уж многолетьемЯ хвалюсь – куренье в прошлом.Но порой доносит ветерЗапах едкой тяжкой ноши…И опять манит запретом,Что так больно может ранить…Бросить можно сигарету,Но не выдохнуть мне память…