Таша
Шрифт:
Однако так же быстро, как и возник, хохот оборвал своё существование, стоило увидеть на парковке, практически напротив входа в аэропорт, припаркованный «Camaro». У меня будто воздух из лёгких выкачали!
«Это просто совпадение… Это просто совпадение…» — твердила про себя, холодея изнутри. Как оказалось, я не была готова встретиться с Ящеровым так сразу.
— Яна, ты на машине?
— Да. Чёрная приора. Недавно купила, — улыбнулась рыжая бестия, с довольным прищуром на глазах. Дементьева явно оценила мою реакцию на жёлтый вид транспорта, пробудивший
«Да, «Chevrolet» — машина не Руслана, а его рыжего друга, но её присутствие выбило у меня почву из-под ног.
— Ммм… здорово. Поздравляю с покупкой. А где она стоит? Ты же на ней приехала?
— Естественно, — Яна подняла глаза к небу, — не очкуй, партнёр! Нет тут стритрейсеров — я проверяла!
— Это точно не Макарова? — Сдала себя с потрохами, расслабляясь.
— Точно! Макаров без номеров не ездит. Что он — идиот, что ли?
Как оказалось, спустя десять минут — идиот.
Антон Макаров ждал нас возле той самой новенькой приоры, довольный собой и нашей реакцией на его присутствие, облокотившись на черный седан.
— Welcome to Russia! — Захохотал придурок, когда из моих пальцев выскользнули ручки саквояжа, роняя тот на серый мокрый асфальт, при виде одного из стритрейсеров.
«Чёрт… чёрт!!!»
— Макаров, ты не прифигел? — Прокомментировала Яночка телодвижения Антона, подхватившего мою сумку и осторожно пихавшего меня в обратном направлении, к жёлтому трансформеру. — Куда ты уводишь моего партнёра?!
— Прости, зая, Машкова у нас натурал. Найди себе другого партнёра… по-брутальнее.
— О какой Машковой ты говоришь!? МАКАРОВ! СТОЯТЬ!!!
— Дементьева, мне просто надо с ней поговорить, — уже нормально, без стёба, заговорил мужчина, поморщившись от резкого громкого голоса своей одноклассницы. Но надолго его не хватило, — тем более, что права ты только на прошлой неделе получила… нам нельзя так рисковать со вновь обретённой… Езжай вперёд, а мы за тобой, мой полководец!
Честно, я уже думала, что Антон, вместо полководца, скажет: «Mein F"uhrer!», но, видимо, патриотом он был самым настоящим, раз с лёгкостью заменял крылатые фразы мира, обособляя их в родной речи.
— Ладно. Только без глупостей. — Дементьева была растеряна, но расспрашивать ни о чем больше не стала.
Сняв сигнализацию, Яна впорхнула в салон, не переставая хмуриться, будто что-то вспоминая, а я взбунтовалась, впервые в своей жизни.
Выхватив локоть, остановилась.
— Я никуда с тобой не пойду.
— Да, ладно тебе, Цветочек. Не упрямься… или мне лучше к Ящерову сгонять? Думаю, Рус будет в восторге от недавно открывшейся мне новости…
С трудом проглотив ком в горле, забыла, как дышать. То ли облегчение, то ли, наоборот, разочарование, завладели мною полностью.
— … ты не сказал ему…
— Нет. К твоей радости, я привык использовать информацию более продуктивно.
Внезапный низкий тембр голоса навёл меня на кошмарную догадку:
«Макаров со мной флиртует?
Рука Антона провела по моему плечу, подушечками пальцев нежно касаясь щеки, которая тут же загорелась от злости.
— Ты — отвратительный друг! — Выхватив саквояж, развернулась к приоре, но меня дёрнули обратно.
— Ты вообще дура? — Зашипел Макаров, чуть ли не побелевший от злости, словно моё обвинение могло его смертельно ранить. — Нужна ты мне больно! Я только и хотел, что подробности личной жизни твоей сестрицы узнать!
— А больше ты ничего не хотел?
Возмущение выросло ещё сильнее.
«Посмотрите-ка на него! Вику ему подавай!»
— От тебя, мышонок? — В глазах Макарова стояла жалость.
Мне стало не по себе. Однако злость никуда не испарилась.
— Ты здесь ещё кого-то видишь?
— Вот именно, что «нет». Но, если ты не хочешь по-хорошему, я могу и по-плохому.
— Это как же?
— Выдам твою тайну.
— О чём ты, недалёкий? Какую ещё тайну? Ты в курсе, что я приехала только для того, чтобы всё рассказать Руслану? Хотя знаешь… а расскажи ему сам. Сделай мне услугу!
Эмоции захватили меня полностью, наполняя совершенно полярными чувствами: страхом, радостью, боязнью, любовью, ожиданием, нетерпением. Зудящее ощущение чужого внимания, сосредоточенного на моём затылке, усиливало эти эмоции во сто крат. Казалось, что за мной кто-то наблюдает, но понять с какой стороны это внимание отражается, не могла…
Руслан
«Один взгляд на неё — и вся выдержка насмарку», — я закурил, наблюдая за Цветочком с верхней платформы второго этажа парковки. — «Что ж, Наташа, пришло время заставить тебя умолять об исполнении твоей клятвы!»
Обручальное кольцо, надетое на палец какой-то час назад, тускло блеснуло, придавая моим мыслям мрачную решимость.
Наташа
Я чувствовала такой раздрай, что даже не заметила, как оказалась в салоне приоры, с лёгкостью забрасывая сумку на заднее сидение, при этом, не переставая нервно покусывать губу.
— Ты — «Машкова»? — Тихий вопрос Яны вернул меня в реальность.
— Приятно познакомиться.
— Как сказать… с тебя подробный рассказ!
Мотор глухо зарычал, и машина плавно проехала мимо Макарова, стоящего до сих пор с озадаченным лицом на месте и внимательно следящего за чёрной приорой, с помощью которой «рыбке» удалось сорваться с крючка.
«А всё потому, что «червячка» Рыжик подал слишком непрезентабельно…»
Беседа помогла прийти в себя, несмотря на заметное осуждение со стороны Дементьевой.
Лицо Яны прямо-таки кричало о том, что я бессовестная злыдня, но подобная реакция собеседника меня перестала трогать ещё четыре года назад. Воропаева выработала у меня стойкий иммунитет к такого рода осуждениям, да и мой совет «прочитать Библию и её притчи», поменял настрой делового партнёра, задумчиво уставившегося на дорогу.